Опасность желания - Элизабет Эссекс

Черт бы побрал этого щеголя! Ей следовало понять, что от него будут одни только неприятности, в ту же секунду, когда увидела его.

Меггс нырнула в подворотню. Ей надо было перевести дыхание и убедиться, что тип с ледяными глазами больше ее не преследует. Она была уже почти рядом с Ковент-Гарден — там можно чувствовать себя в безопасности.

Меггс прислонилась к стене, разжала кулак и тихонько зашипела от боли. Кровь никак не останавливалась. Это плохо. И порез выглядел ужасно, протянувшись от нижнего сустава указательного пальца через всю ладонь, — на руке словно появилась новая линия судьбы, только кровавая.

Тьфу! Ну что за невезуха! Меггс не могла припомнить ни одного бранного слова, способного выразить страх, тоску и отчаяние, сжавшие ее сердце.

Черт возьми, она ни за что не раскиснет, как какая-нибудь слабачка. Не этому ее учила старая Нэн. Она со всем справится. Сейчас она добудет картофелину с прилавка на рынке, разрежет ее и приложит к ране. Картошка — верное средство. Старуха Нэн как-то привязала ее к ожогу на руке, и он зажил в два раза быстрее.

На рынке Меггс не стала красть картофелину, а заплатила за нее. Слишком уж она измучилась, а под рукой был кошелек того типа с глазами дьявола. Она выудила из него пару монет и, не глядя, затолкала остальные в карман, прежде чем бросить замшевую улику в мусор, где его непременно обнаружит какой-нибудь остроглазый уличный мальчишка и отнесет скупщику краденого или старьевщице.

Меггс стянула с шеи смятый платок и аккуратно прикрыла рану.

— Меггс! — Откуда-то появился Тимми. — Что случилось? Тебя так долго не было! Я уже думал, что тебя схватили легавые и посадили в кутузку.

Из соображений безопасности Меггс не возражала, чтобы Тимми на улице использовал жаргонные словечки.

— Меня пытался поймать вовсе не легавый. — Она покачала головой и кивком предложила ему идти вперед, ощущая острое непреодолимое желание двигаться. Они вышли с рынка и направились в сторону Грейт-Рассел-стрит. — Франт был быстр, но мне все же удалось уйти от него. Он потерял меня где-то возле Олд-Раунд-Корт.

— Тот жирный пузан? Не думал, что он умеет бегать.

— Нет, это другой. Калека.

— За тобой бежал калека? Какого черта? Мы что, и его карманы обчистили?

— Нет, — соврала Меггс. — Но он тащился за мной всю дорогу от Кокспер-стрит. И еще, похоже, я чертовски сильно поранила руку.

Смех Тимми был одновременно удивленным и веселым. Обычно Меггс следила за своим языком, разговаривая с ним. Не то чтобы он не слышал самого разного жаргона на улицах, но все же… Она всегда считала своим долгом показывать ему хороший пример.

— Дай гляну! — потребовал Тимми, дрожа от любопытства.

Она не позволила.

— Не надо. Пойдем. — Они снова повернули на юг к восточной части Стрэнда, держась в стороне и от Севен-Дайалса на севере и от Сент-Джайлса на востоке, поскольку добыча все еще была в их карманах. Меггс казалось, что, попав в один из этих районов, они обязательно нарвутся на какого-нибудь умника, который захочет, чтобы она воровала для него.

Ну, конечно, другого умника. Она уже побегала от франта с ледяными глазами. Для одного дня достаточно.

Когда старуха Нэн встретила свой конец, Меггс поклялась, что будет воровать только для себя и Тимми. После стольких лет нищенского существования она была исполнена решимости сделать все возможное, чтобы только не отдавать львиную долю добычи кому-то другому. Сегодня и каждый день после прошлой пасхальной недели все симпатичные золотые монеты, попадавшие в их карманы, были только для них с Тимми.

Убедившись, что их никто не преследует, Меггс нашла спокойное местечко у церкви Святого Клемента, чтобы разобраться с добычей. Привалившись спиной к стене, она сунула руку в потайной карман и стала перебирать монеты. Она знала, что кошелек франта с холодными глазами был тяжелым, но один только вес может ничего и не значить. Ей уже попадались кошельки, в которых оказывалась лишь горсть однопенсовиков. Но эти монеты даже на ощупь были другими — тяжелыми и теплыми, — и она вытащила одну.

Золотые гинеи. Пальцы машинально пересчитали добычу. Четыре гинеи и какая-то мелочь. Слава Богу. Ей даже думать не хотелось, что все ее сегодняшние страдания могли быть из-за нескольких пенсов. Но из-за гиней — на улице их называли меггсы — можно было и побегать. Что ж, добыча вполне пристойная. Они смогут довольно-таки сносно просуществовать некоторое время, даже если она не будет работать из-за больной руки.

— Ладно, — шепотом проговорила Меггс. Не следовало привлекать к себе внимание. — Что у тебя?

Тимми ответил быстрее, чем кассир в банке:

— Пять фунтов казначейскими билетами. — Он отдал Меггс банкноты. — Два, три и шесть — это было у первого… — Он быстро пересчитал оставшиеся монеты. — Восемнадцать меггсов, шесть и четыре — у того пузана. Ты везунчик, Меггс.

— И у меня четыре, значит, всего…

— Тридцать один, три и десять. Здорово, Меггс! Чертовски здорово!

— Ш-ш-ш. — Она опасливо оглянулась по сторонам. Вроде бы никто не подслушивал. Вокруг было тихо и пусто. Но осторожность никогда не бывает лишней. — Держи язык за зубами. Он тебе еще пригодится. А это слишком большая сумма, чтобы носить с собой.

Иметь при себе слишком много денег — это всегда большая ошибка. Много денег искушают человека, подталкивают к безрассудным тратам. Когда у него есть так много, слишком велик соблазн истратить все на пироги и ботинки, одеяла и уголь. Но Меггс и Тимми уже так долго обходились без самого необходимого, что могут потерпеть еще немного.

Она избавится от этих денег, спрячет их туда, откуда взять их будет непросто. Чтобы не было искушения.

— Я иду на Треднидл-стрит.

— А как насчет пирога?

Боже, мальчишка всегда голоден. И он ужасно тощий. Глаза на худеньком личике кажутся огромными, словно блюдца. Конечно же, часть столь внушительной суммы можно потратить на приличную еду. По крайней мере для него.

— Я же дала тебе слово. — Она отсчитала несколько мелких монет. — Ты сможешь купить себе целый пирог на Темпл-Бар.

Тимми издал восторженный клич и вскочил на ноги, готовый немедленно бежать. Меггс не поспешила за ним.

— А ты?

Она покачала головой.

— Я иду на Треднидл-стрит. А потом постараюсь продать скупщику часы пузана. А ты заверни на Стрэнд и посмотри, может, тебе удастся найти корзинку где-нибудь на Уайн-стрит. Знаешь, это небольшая улочка, ведущая к…

— Знаю! — Тимми не стал больше слушать и со всех ног понесся на поиски завтрака.

— Будь осторожен, Таннер! — крикнула она вслед, но мальчишка уже скрылся из виду. Но она все равно тихо договорила: — И всегда будь настороже.

Да уж, это не помешает. Теперь, когда мальчишка убежал, Меггс развернула окровавленную тряпицу и взглянула на свою ладонь. Отрицать очевидное смысла не было. Дела не просто плохи. Они ужасны. Острая боль заставила Меггс скрипнуть зубами. Пожалуй, сырая картошка тут не поможет. Ничего не поможет.