Владычица грез - Кэтрин Гарбера

Она знала, что рискует своей работой, но не могла отказаться от возможности быть с ним. Лаская его грудь, поглаживая отлично развитые мускулы, подрагивавшие от ее прикосновений, она тихо взмолилась:

— Не уходи.

Из книги Стефани Грейс «Владычица Адама»

Последние пятнадцать лет Адам жил один, и надо было хотя бы попытаться научиться готовить, чтобы не умереть с голоду.

Первые пять лет после гибели родителей с ним оставалась их прислуга, но затем Адам узнал, что скрывали семейные тайны… Уволить прислугу было одним из наиболее трудных для него решений, но, если бы Молли и Хьюберт Джонсон продолжали работать на него, он не научился бы жить самостоятельно. Молли всегда мечтала о магазинчике рыболовных принадлежностей в своем родном городе, и Адам помог ей это осуществить. Хьюберт был рад уехать вместе с женой и приступить к работе в магазине.

Постепенно Адам начал строить свою жизнь так, чтобы можно было все контролировать.

Одного взгляда, которым Грейс окинула убранство кухни, хватило, чтобы понять: Адам умеет вести хозяйство и мастерски готовит еду.

— Вы меня не обманули, — сказала она. — Многие парни считают, что приготовить ужин — значит кинуть что-нибудь на гриль или разогреть рис в микроволновке.

Напряжение не исчезло с ее лица. Она все еще нервничала и чувствовала себя скованно. Адаму хотелось создать ситуацию, в которой бы Грейс расслабилась настолько, чтобы поведать ему о своих тайнах.

— Мой папа обычно готовил нам на ужин рис, когда не было ничего другого, — добавила девушка.

— А где же была ваша мама?

Грейс нервно сжала пальцами ножку своего бокала, и Адам понял, что вышел за рамки светской беседы и вторгся на запретную территорию.

— А дом у вас очень милый, — переменила она тему. — Я никак не могу привыкнуть к тому, какие большие дома здесь в округе.

На самом деле его дом был скромным по сравнению с остальными владениями, которые были у него по всему миру. Но ему нравились огромные окна и просторная терраса, на которой в хорошую погоду так замечательно работать с ноутбуком.

С тех пор как уехали Джонсоны, к нему из агентства периодически являлись приходящие домработницы делать уборку. Адам велел им подготовить кухню к своему приезду. Может, стоит делать это чаще, если он действительно решит остаться в Плано на ближайшие полгода.

— Где вы живете? — спросил Адам и подумал: все, что касается жизни Грейс, постепенно становится очень важным для него. Он был бы весьма не прочь добиться от нее признания, что он всегда ей нравился и что она написала о них двоих небольшую эротическую историю.

— Не очень далеко от школы. Квартал, где я живу, построен несколько лет назад.

Грейс отпила из своего бокала. Адам уже разложил помидоры и лук поверх лосося и завернул все в фольгу, прежде чем отправить в духовку. Убедившись, что вода на плите закипела, он закинул туда баранину и овощи, а затем снова повернулся к гостье. Та, не мигая, смотрела на него.

— Что такое?

— Хотела удостовериться, что вы не притворяетесь, говоря, будто умеете готовить. Думала, стоит мне отвлечься — вы вытащите из холодильника готовые блюда.

— Грейс, что бы вы ни думали обо мне, знайте: я никогда не лгу.

— Никогда? А если бы я спросила, хорошо ли сидит на мне этот костюм?

— Я ответил бы, что цвет гармонирует с цветом кожи, но фасон вас не красит.

Она удивленно приподняла бровь.

— А если вас остановят за превышение скорости?

— Я не стал бы врать. Не вижу смысла выдумывать истории.

— Даже когда вы хотите произвести на женщину хорошее впечатление?

Адам покачал головой:

— Это задало бы нашим отношениям такой тон, будто я обманываю человека, а мне это не по душе.

— А вам кто-нибудь лгал?

Вся жизнь Адама была построена на лжи, а он даже не осознавал этого до двадцати пяти лет. В этом возрасте, когда многие люди примиряются со своим прошлым, Адам понял, что он — притворщик.

— Это тот же самый шкаф, который вы закрыли на замок.

— Какой шкаф? Что я закрыла?

— Тот, на котором висит табличка с надписью «личное». Вы закрыли его, когда сменили тему, чтобы не говорить о своей матери. Я не пытаюсь заключить с вами сделку. Просто хочу сказать, что когда люди строят отношения, некоторые темы не принято обсуждать так рано.

— А мы собираемся строить отношения?

— Раньше я никого из администрации не приглашал на ужин к себе домой.

— Конечно, не приглашали. — Грейс поставила на стойку свой бокал с вином и подошла к Адаму. — Но почему? Почему вы вдруг посмотрели на меня как на женщину, а не просто как на сотрудницу?

Адам понял, что сам себя загнал в угол.

— Сегодня я увидел вас с другой стороны. Я был… заинтригован.

— Доведенная до отчаяния и готовая сделать все что угодно, чтобы спасти школу — немудрено, что вы мною заинтересовались!

Адам рассмеялся, хотя очень хорошо понимал, что не должен успокаиваться, пока Грейс не откроет ему правду. Пока она не признается, что он уже давно нравится ей.

— Я не заметил никакого отчаяния.

— И тем не менее оно было. А вы, оказывается, очень милый человек, с которым приятно иметь дело.

— Никто никогда не называл меня милым.

— Я знаю, что вы с этим не согласитесь, но заступиться за меня и школу… Вы были так добры и действительно заслуживаете благодарности.

Адам притянул Грейс к себе. Наклонив голову, он коснулся губами ее губ, понимая, что с ним что-то происходит. Ему впервые захотелось обнять женщину и никогда ее не отпускать.

Для человека, любившего уединенную жизнь, эта мысль прозвучала пугающе.

Грейс обвила руками его талию и крепко вцепилась в него, боясь пробудиться от чудесного сна. Мучившие ее последние десять лет тревоги поблекли и отошли на задний план. Она желала поцелуя Адама с первого мгновения их встречи.