Долгий уик-энд - Вероника Генри

– Ох… – В ее голосе послышалось искреннее сочувствие. – Господи, какой кошмар…

– Во всей этой истории единственным безгрешным человеком была Венди. Она и не догадывалась о том, что происходит. А потом… потеряла первенца. На нее свалилось ужасное горе, Лора.

– А другие дети у вас есть?

– Нет. Она не могла. Венди не могла…

– Очень, очень жаль…

– Да. – Тони вновь для храбрости приложился к водке. Ему еще ни с кем не приходилось обсуждать тот период своей жизни. – Потому-то я вам и соврал. Если Венди узнает о том, что у меня есть ребенок от другой женщины, это окончательно разобьет ей сердце. А она такого не заслуживает.

– Конечно, – согласилась Лора. – Конечно, я понимаю.

Она вновь задумалась.

– Но… факт остается фактом. Вы – мой отец?

– Видимо, да.

Они через стол посмотрели друг на друга.

– Я хотел бы познакомиться с вами, Лора. Вы – моя дочь; по крайней мере, давайте так считать. И для меня это бесценно. Мне не терпится узнать о вас побольше. Однако все так сложно. Я не могу впустить вас в свою жизнь. Просто не могу.

Лора уставилась в стол. Тони жадно разглядывал ее лицо, ища в нем черты Марины, собственные черты. Его не покидала мысль: похожа ли Лора с той новорожденной девочкой, которую он потерял много лет назад? Они ведь почти одного возраста.

Он знал – Венди до сих пор ведет подсчеты. Если ее спросить, сколько лет было бы сегодня их дочери, она ответила бы не приблизительно – точно. Возможно даже, глядя на Лору, жена подумала: «Розалинде сейчас было бы столько же». От этой мысли у Тони перехватило дыхание.

– Мне тоже интересно узнать вас. – Лора вскинула голову, щурясь от яркого солнца. – Узнать о своей второй половине. Но я, конечно, понимаю. Не хочу, чтобы Венди страдала. – Она поболтала в своем стакане черешком сельдерея. – Мы с Даном подумываем купить здесь домик…

– Правда?

– Наверняка говорить еще рано… Нам просто пришло в голову – чем приобретать квартиру в Лондоне, лучше обзавестись местом, куда можно время от времени сбежать от городской суеты. А если еще и сдавать его в аренду, получится немного заработать.

Они вновь посмотрели друг на друга, пытаясь отыскать взаимное сходство.

«У меня есть дочь, – думал Тони. – Дочь, которая не даст моим генам исчезнуть бесследно».

«У меня есть отец, – думала Лора. – Наконец-то я пойму, кто я».

– Если вы купите здесь дом, мы сможем видеться, – нарушил молчание Тони. – При условии, что будем соблюдать осторожность.

Лора заметила в конце террасы Дана и помахала ему рукой, подзывая.

– Тони, это Дан. Дан, это мой отец.

Сердце в груди подскочило – ей никогда раньше не доводилось произносить таких слов.

– Как поживаете? – Дан непринужденно улыбнулся и присел к ним за стол.

Вопрос был риторическим. Дан не имел привычки совать нос в чужие дела. Но Тони все равно ответил:

– Хорошо. Очень… неплохо.

– Я сказал в агентстве, что мы заинтересовались коттеджем, и назвал нашу цену. – Дан посмотрел на Лору. – Предупредил, что нам понадобится время на решение финансовых вопросов. Агент с нами свяжется.

Тони допил «Кровавую Мэри».

– Мне очень хочется заказать шампанское, – признался он. – Дочерей обретаешь не каждый день. Вот только…

Он дернул плечом. Кто-нибудь увидит. Кто-нибудь обмолвится об этом в разговоре с Венди.

– Ничего страшного, – заверила Лора. – Я понимаю.

– Мне пора. – Тони поднялся. – Я вообще-то якобы за газетой пошел.

Лора тоже вскочила. Они в неловком замешательстве посмотрели друг на друга, затем она коротко его обняла.

– Я напишу вам по электронной почте, – сказала Лора.

И он ушел – вскинув руку в прощальном жесте, который любому стороннему наблюдателю не сказал бы ровным счетом ничего.

Колин наблюдал, как от дверей ресторана к ним возвращается Челси, зажав в ладошках воскресную газету и журнал. Сердце забилось быстрее. Он испытывал удивительное чувство гордости за дочь и надежду на ее счастливое будущее. Она такая маленькая, такая беззащитная. Господи, пусть все у нас сложится!

– Элисон, это Челси, – произнес Колин, когда девочка положила перед ним газету.

– Здравствуй, Челси. – Элисон с улыбкой повернулась к ней.

Челси и бровью не повела. Наградила Элисон беглым взглядом и ответила лучезарной улыбкой.

– Здравствуйте. – Девочка скользнула на диванчик рядом с Колином, шлепнула на стол глянцевый розовый журнал, заправила волосы за уши и углубилась в чтение.

Колин оглядел зал ресторана. Наверное, все вокруг считают их обычной семьей. Хотя, может, и нет – если видели его накануне с Карен. Не исключено, что люди гадают, какая история за этим кроется. Пытаются вычислить, кто же из женщин – его жена. Ну и бог с ними. Колину наплевать. Тайны есть у каждого. Сокровенные и не очень.

– Мы с Челси собирались пойти сегодня на пляж, – обратился он к Элисон. – Присоединяйся, если хочешь.

– С удовольствием, – кивнула Элисон.

– И еще хотели задержаться тут на пару дней.

Возможно, если знакомство жены с Челси состоится на нейтральной территории, оно пройдет не так болезнено. А Колин тем временем постарается решить юридические вопросы.

– Я ничего с собой не брала, – засомневалась Элисон. – Ни одежды, ни туалетных принадлежностей. Пришлось даже зубную щетку покупать.

– Здесь можно найти все необходимое, – отмел ее возражения Колин. – Есть неплохие магазины.

Челси выглянула из-за журнала. На личике проступило недоумение.

– Так вы – его жена?

Она явно пыталась разобраться в происходящем.

Колин стушевался.

– Да, – ответила Элисон. – Я – миссис Тернер. Но ты, если хочешь, можешь звать меня Элисон.

Челси обдумала предложение и пожала плечами.

– Хорошо, – сказала она и вернулась к чтению.

Колин с женой переглянулись.

– Я позвоню и отменю завтрашнюю игру в теннис, – произнесла Элисон. – Партнерша, думаю, не обрадуется…

Тревор с Моникой позавтракали очень рано и сразу же отплыли на «Белокурой бестии» – хотели обойти залив и взглянуть на другие городки корнуоллского побережья. Они причалили в уютной маленькой гавани, купили воскресные газеты и бутылку вина. Яхта мягко покачивалась на волнах, а Парфитты сидели на палубе, наслаждаясь покоем и обществом друг друга. Примерно через час можно будет отправиться на берег и где-нибудь пообедать.

В безмятежной тишине прошло немало времени. Наконец Тревор оторвался от газеты, поискал взглядом жену. Та стояла у левого борта, вновь уставившись на свой треклятый мобильник.