Как очаровать графиню - Карен Хокинс

— Что там? В сундуке?

Лили озадаченно поглядела на сестру.

— Тут платье… Ой, Роуз, посмотри только!

— Я бы посмотрела, если бы Далия не загораживала…

— Ох, прости, пожалуйста! — Далия отодвинулась в сторону, а Лили, разорвав оберточную бумагу, достала из сундука платье столь потрясающей красоты, что Роуз лишилась дара речи.

Широкие нижние юбки небесно-голубого шелка по подолу отделаны были широкой полосой пышного белоснежного кружева, а верхняя юбка была из нежнейшего газа. Широкие пышные рукава и вырез декольте отделаны были синими шелковыми лентами, расшитыми жемчугом, такие же ленты опоясывали лиф под грудью.

— Наверняка его шила парижская модистка! — ахала Лили, поглаживая нежный шелк. — Никогда не видела такой красоты!

— И я тоже. — Любопытство Роуз росло с каждой минутой. — Неужели на сундуке нет адреса?

— Нет. А в записке только твое имя и ничего больше…

— О-о-о, Роуз! — в голосе Далии звучало благоговение. Сестра держала в руках пару туфель столь дивной красоты, что у Роуз захватило дух. Сшитые из мягчайшей кожи козленка, они покрыты были тускло-золотым лаком, отчего казались сделанными из стекла.

Роуз протянула руку к туфелькам, однако Далия вновь склонилась над сундуком:

— А что это там еще за сверток?

Развернув его, Роуз увидела великолепный шарф в греческом стиле — тускло-золотой шелк необычайно подходил к туфлям и бело-голубому платью. Весь наряд был само совершенство!

— Тут еще перчатки! — Лили пошуршала бумагой и извлекла на свет пару белоснежных, длинных, до локтей, перчаток. — Роуз, я знаю, какую прическу тебе сделать! Ты поднимешь волосы на восточный манер и вплетешь в них голубые цветочки…

Роуз тихо рассмеялась:

— Полно, Лили, это какая-то ошибка! Это предназначалось вовсе не мне… может быть, тут есть письмо? Давайте поднимем бумагу и посмотрим…

— Вот! — Далия выхватила из сундука удлиненный изящный конверт с печатью. Эту печать Роуз тотчас узнала.

— Ты знаешь, от кого это? — допытывалась Лили.

— Это от герцогини Роксборо…

— Ну теперь-то ты рада, что съездила к крестной в гости! — тормошила ее Далия.

— Читай скорее! Наверное, она объясняет, почему прислала тебе платье, — вторила сестре Лили. — Поторопись, я сгораю от нетерпения!

Сломав печать, Роуз отошла к окошку и раскрыла письмо.

Моя дорогая мисс Бальфур!

Пишу это письмо с тяжелым сердцем. С тобой недостойно поступили под крышей моего дома, что несказанно печалит меня. Я уже пожилая женщина, не слишком здоровая, так что ты премного меня обяжешь, если примешь этот маленький подарок и приглашение на бал, что состоится завтра вечером.

Необдуманный поступок моего племянника наверняка послужил пищей для пересудов, и слухи стремительно распространяются. Но ты уже научена горьким опытом и знаешь, что бегство — худший способ борьбы с ними. Твое присутствие на балу, равно как и теплый прием, который я тебе окажу, заткнут злобные рты — никто не поверит, что я принимаю в своем доме одну из многочисленных любовниц Сина. Как бы ни было тебе трудно, детка, но ты должна сделать это и ради сестер. Так что приготовься улыбаться в лицо презренным сплетникам!

Единственное, что может тебя удерживать, — это опасение, что ты можешь столкнуться с Известной Персоной. Однако успокою тебя: Синклера на моем балу не будет. После твоего отъезда мы с ним рассорились в пух и прах, и я поклялась на могиле моей дражайшей тёти Агаты, что ноги его в моем доме больше не будет!

Надеюсь увидеть тебя завтра. Я пришлю за тобой экипаж к пяти часам.

Искренне уважающая тебя,

Маргарет, герцогиня Роксборо

Закусив губу, Роуз еще раз перечитала письмо. Син был так раздражен, когда они виделись в последний раз — он злился оттого, что она желала гораздо большего, чем он готов был ей дать… Она заморгала, стараясь не дать воли слезам, и отвернулась.

Лили торопливо протянула сестре кружевной платочек. Роуз вытерла предательские слезинки.

— Простите… я вовсе не собиралась реветь, я просто не ожидала… Лили! Далия! Ах вы, маленькие негодяйки!

Сестрицы тем временем склонились над письмом герцогини. Лили, беззвучно шевеля губами, отмахнулась от Роуз.

— Далия, Лили! Письмо адресовано не вам!

— А кто такой Синклер? — с лукавой улыбкой спросила Далия.

— Это не тот граф из… — Глаза Лили сделались совершенно круглыми.

Роуз вырвала у них листок.

— Я не позволяла вам это читать!

— Да ладно, — тормошила ее Лили, — расскажи нам про Синклера!

Далия присела на краешек дивана, прижимая к груди чудесные туфельки:

— Да, расскажи!

— Да нечего рассказывать…

Далия громко фыркнула:

— Вероятно, есть. Начни с того, отчего это вдруг ты так внезапно покинула замок Флорз?

— Да ничего особенного, — вздохнула Роуз. — Мы встретились с Синклером у крестной, и выяснилось, что он все еще злится на меня за Тот Самый Случай шесть лет назад. В отместку он намеревался… — Роуз умолкла.

— Что? Что намеревался? — не унималась Лили.

— Ну… сказал, что соблазнит меня.

Далия подалась вперед с горящими глазами:

— Роуз! И ему это удалось?

— Разумеется, нет! — Роуз и сама уже не понимала, кто из них кого соблазнил. — Беда была в том, что я… что он мне понравился. И куда сильнее, чем я ему. — Ей стало вдруг тяжело дышать. — И я побоялась попасть в совсем уж дурацкое положение, и вот я… я… — Далия понимающе кивнула, однако Лили смотрела на сестру скептически. Роуз с сожалением поглядела на прекрасное платье: — Вот почему я должна всё это вернуть.

— Нет! — воскликнула Далия.

— Ты едешь на бал, Роуз! — Лили вскочила. — Когда приедет экипаж, ты будешь уже наряжена. Ты не можешь подвести герцогиню, отвергнув ее извинения. К тому же, если лорда Синклера там всё равно не будет, какую отговорку ты еще сможешь выдумать? Или… — Лили испытующе поглядела на сестру, — … ты от нас что-то скрыла?

— Конечно же, нет! — скорчила гримаску Роуз.

Взгляд ее упал на письмо герцогини. Как раз на те строчки, где говорилось о сплетнях. Я должна сделать это. Ради Далии и Лили. Ибо от моих ошибок более всего пострадают они…

Выбора у нее не было.

— Я поеду.

Далия радостно запрыгала.

— Пойду принесу бумагу и перо, и мы отошлем герцогине записку!

Лили ласково потрепала Роуз по руке:

— Вот увидишь, ты сама будешь рада, что поехала! Я точно знаю!