Там, где хочешь - Ирина Кудесова

Для работы Марине выделили комнату, где «картина с кошечкой» (второй трогательный портрет кота Пепе). Сюда едва вмещаются пузатый буфет, небольшой диван песочного цвета, тумбочка темного дерева и стол — мраморный, на тонких чугунных ножках крест-накрест. Стол хронически холодный, и чтобы сесть за него — ноябрь! — требуется присутствие духа. У двери — подобие шкафчика, там хранятся три ружья: мсье Дель Анна когда-то на кабанов охотился, а теперь ружья нужны, чтобы от воров обороняться. Комната расположена возле лестницы, и тут слышно все, что происходит наверху: «Тонио! То-о-о-они-и-ио!» — зовет мадам Дель Анна мужа — он не слышит, в гараж ушел. “Non é possibile! — это она по телефону. — Che cosa ti ha risposto? Ah il bastardo! Dimentica, Francesca, vieni a cenare ‘sta sera… Certo… certo…”

«Черто, черто» — «конечно, конечно» звучит по сто раз на дню. Марину в этих телефонных разговорах интонация умиляет: как у Ноэля, «американские горки».

Франческа — подруга хозяйки дома, дама лет за пятьдесят с пышными формами. Тоже с Сицилии. Вышла замуж за француза тридцать лет назад, о чем столько же лет сожалеет. Она живет неподалеку, приезжает почти каждый день на стареньком «фиате». Дети выросли, злобный супруг засел бельмом на глазу.

Идея проживания с мамой, папой, Франческой и бесконечными родственниками Ноэлю не по душе. Надумал снять квартиру, обязательно четырехкомнатную. Марина против: зачем ежемесячно выбрасывать по две тысячи евро, когда можно взять кредит и купить жилье? Да и никуда ей отсюда не хочется. Так уютно посидеть с мадам Дель Анна, пошептаться…

— Зачем ему четыре комнаты, Марина?

— Каждому — по одной: ему, мне, Клелии. А четвертая — для Джованни. Когда он будет в гости приезжать.

— Для Клелии! Для Джованни! — мадам Дель Анна картинно всплескивает руками. — Да Ноэлю некогда Клелией заниматься! Ты видела — появится, потискает и — за компьютер! Что до Джованни, так он себе любой отель снимет! Целиком.

— Ноэль говорит, что дома ему приятнее…

— Приятнее! — Мадам Дель Анна хватается за голову. — Ноэль за лишнюю комнату станет платить, чтобы Джованни ублажить! Марина, это абсурд, абсурд! А ты знаешь, что он не мешки денег зарабатывает? Да, да! Все вкладывается в фирму. Если примется снимать жилье — прощайте рестораны, он их себе уже не позволит!

Никогда бы не подумала. Но это смущает меньше всего.

В кухню заходит Клелия. Вторник, она тут до завтрашнего вечера. Выяснила, что Марина супер как живописует кошечек-собачек-ежиков, и теперь нет покоя.

— Идем, ти будешь рисовать коти.

Мелкие ошибки не в счет. Ребенок в пять лет говорит на трех языках: по-русски — с матерью, по-французски — с отцом и по-итальянски — с бабой-дедой.

И тут хлопает дверь гаража: когда нет гостей, через него в дом проходят, чтобы на парадной лестнице не топтать.

— Папа! — Клелия прыгает к Ноэлю на руки, и он тискает ее, целует в шею, где первый позвонок, а она жмурится.

Марине вспоминается разговор, случившийся неделю назад.