Сокровище души - Линда Ховард

— Ты ей все рассказал? — неодобрительно спросил Роберт.

— Нет, она уже знала. Хочешь вина?

Король засмеялся.

— Твоего красного, — сказал он и тут же посерьезнел. — Ты убил вождя клана, уничтожил весь клан и теперь спрашиваешь, хочу ли я вина? Дворяне требуют, чтобы я поднял армию и изгнал из Шотландии вероотступника из Крег-Дью.

— Хуве напал на меня, — холодно ответил Ниал. — Но я освободил всех Хеев, которые остались в живых после битвы.

— Знаю. И пришел тебя просить… умолять… я, король!.. чтобы ты больше не проливал кровь.

— Если это в моей власти. С сегодняшнего дня я намерен вести очень мирную жизнь. Ты желаешь мне счастья?

— Всегда. — Роберт обнял брата и подмигнул Грейс, которая опять покраснела. — Ты можешь разговаривать, девушка?

— Да, конечно, — ответила она, радуясь, что голос у нее не дрогнул. — Я рада познакомиться с вами… — Грейс остановилась, не зная, как к нему обращаться. Сир? Ваше высочество? Ваше величество?

— Роберт, — подсказал король. — Для семьи я только Роберт. — Он покачал головой. — У тебя странный акцент, не английский, не французский. Ты откуда?

— Из Крег-Дью, — твердо сказал Ниал. — Здесь ее дом.

Брюс кивнул, сознавая, что это еще одна тайна брата.

— Когда ты женился?

— Сегодня.

— Сегодня! — Роберт опять засмеялся. — Неудивительно, что ты держишь полуголую девушку на коленях! В таком случае покидаю вас, не стану мешать брачной ночи и желаю тебе всяческих удовольствий.

— Как только ты уйдешь, — заявил Ниал. Продолжая смеяться, Роберт шагнул в темноту, и плита встала на место.

— Сколько же еще в Крег-Дью потайных ходов? — удивилась Грейс.

— Это самый потайной из них, — ответил Ниал, заключая ее в объятия и неся на кровать.

Он лег рядом, крепко прижимая к себе жену, словно боясь ее потерять.

— Как ты все точно чувствуешь, будто ты — часть меня и не можешь находиться в другом месте.

— Я и хочу быть только здесь.

— Тогда завтра утром, любовь моя, я напишу те бумаги, которые привели тебя ко мне. Я не хочу, чтобы произошла какая-нибудь ошибка. — Он положил ей руку на живот, где рос его ребенок, и не убрал ее, даже когда они уснули.