Украденный бриллиант - Жюльетта Бенцони

– Надеюсь, князь не повернул обратно, – усмехнулся египтолог.

– Все может быть, – откликнулся Питер, – лодка легкая, он вряд ли может ею управлять.

План-Крепен молча пыталась справиться с невольной дрожью в руке. Прошло совсем немного времени, но всем оно показалось вечностью, и маятник заколебался. План-Крепен воскликнула:

– Нет, никуда он не повернул! Я нашла его, он по-прежнему плывет по течению, но теперь ближе к правому берегу. А Финч? Что мы будем делать с Финчем?

– Разберемся потом! Главное, перехватить Альдо!

Мари-Анжелин указала новое направление, и ее компаньоны, поплевав по старинной традиции на ладони, принялись грести с удвоенной энергией. Если уж работать, так работать! Лодка полетела, как птица. И расстояние уменьшалось, уменьшалось… Вскоре они увидели небольшую лодчонку. До победы они могли дотянуться рукой. Еще несколько гребков, и Альдо очутится у них в объятиях. А там они поднажмут, доплывут до устья, где их ждет Кледерман на мощном катере, который домчит их до того места, где стоит его самолет.

Гребок, еще гребок. Лодка без руля и ветрил была в пределах их досягаемости. Вот она уже рядом. Адальбер с радостным восклицанием готов перепрыгнуть в нее. Он в нее заглянул. И… Никого не увидел!

Адальбер не поверил своим глазам. Не сразу понял, как это может быть. Где же Альдо? Что с ним случилось? Лодка же не перевернулась, попав в водоворот. За князем кто-то следил и снова его похитил?

Мари-Анжелин в отчаянии не решалась задать вопрос маятнику.

Сдавленным глухим голосом Адальбер приказал:

– Спрашивайте! Нам нужно знать. У нас нет времени!

– Я боюсь.

– Задайте вопрос по-другому. Его похитили?

– Нет.

– Он упал в воду? – подсказал Питер.

Мари-Анжелин наконец ожила. Маятник завертелся.

– Так. Скорее всего, он жив.

– Почему скорее всего?

– Потому что на воде маятник менее чувствителен, чем на земле.

– Но Альдо же венецианец! Он морской человек и плавает, как рыба.

«Если только он в нормальной форме, – подумал про себя Питер. – Но сейчас это не так…»

На этот раз План-Крепен задала вопрос и радостно воскликнула:

– Да, он в воде, и его нужно найти немедленно!

Они повернули назад. Но грести против течения совсем не то, что по течению. И какая мощная и широкая эта Темза… Сердце Адальбера болезненно сжалось. Как они найдут Альдо в этой могучей темной реке?

Радость План-Крепен оказалась недолгой, она слабела вместе с движением маятника, а он двигался едва-едва, едва-едва. Глаза План-Крепен наполнялись слезами.

– Альдо вот-вот утонет… – прошептала она.

– А нам предстоит самый жуткий кошмар, какой только можно пережить, – произнес Адальбер. – Как мы скажем тете Амели, Лизе, детям, что утратили самое дорогое?..

В это время в доме Саржентов радовались счастливой новости. Сэр Джон должен был приехать на следующий день, и не только жена, но и маркиза де Соммьер ждали его с нетерпением.

Еще в Египте, когда из-за легендарного кольца и жестокосердия принца случилась трагедия, «родовому гнезду Альдо», как называла маркизу и ее окружение Лиза, стало понятно, что сэр Джон занимает весьма высокий пост, но служба у него сугубо секретная. И теперь обе женщины надеялись только на сэра Джона.

Загорелый, чуть больше, чем всегда, со снежно-белыми усами и волосами, подстриженными по моде индийской армии, прямой, как буква I, в дорожном костюме от лучшего портного, бывший полковник 17-го Гуркхского полка, появился на пороге своего дома. Жена встретила его так, словно он вернулся с охоты на куропаток в Шотландии, а не с противоположного конца обширной Британской империи.

– Вы хорошо себя чувствуете, Джон?

– Великолепно! И вы, как я вижу, Клементина, не хуже. Счастлив видеть вас, дорогая госпожа маркиза де Соммьер! Не стану лукавить и спрашивать о здоровье ваших близких. Я в курсе этой скверной истории и считаю ее пятном на чести Англии.

– Его можно смыть, как вы считаете, Джон? – спросила ласково жена.

– Необходимо, Клементина! Смешно было бы предположить, что я пройду мимо такого безобразия. Да еще по вине женщины, которую я всегда считал настоящей чумой. Я просто понять не могу, как ей позволили распускать подобные гнусности и не призвали к порядку.

– Она все-таки дождалась грозы на свою голову. Роль эту взяла на себя герцогиня Каролина. Она устроила бал, украсила себя великолепной копией «Санси», и Ава попала в ловушку. Мы не присутствовали на празднике из-за всей этой истории, но нам обо всем рассказал Питер. Каролина устроила ей публичную экзекуцию и в прямом смысле слова выставила из дома, объявив друзьям, что в дальнейшем им придется выбирать, кого они хотят у себя видеть, ее или Аву.

– Нетрудно догадаться, куда склонятся весы в высшем обществе. Не меньше меня изумляет долготерпение Асторов. Им бы давным-давно откреститься от этой мегеры. Возможно, дают о себе знать американские корни. Однако с войны за независимость прошло столько лет… И мы их знаем как честных и порядочных людей.

– В таком случае, почему Астор не забрал своей жалобы, зная Кледермана столько лет? Для него существует только одно: у него украли бриллиант, – с горечью сказала госпожа де Соммьер. – Может быть, было правильнее направить все силы на поиски «Санси», а не Альдо?

– Этот бриллиант – один из самых красивых в мире, – вздохнула леди Клементина. – Я убедилась, что драгоценные камни могут лишить человека разума. Астор обезумел и стал обвинять Морозини в своем несчастье.

– Клементина, человек может быть человеком, а может не быть им, увы! А теперь велите подать шампанского! Или после столь долгого отсутствия я его не заслуживаю?

– Мы ждали вас и не могли дождаться. Скажите, если не секрет, что вы собираетесь делать в ближайшее время.

– Отчитаться о поездке. И… позвольте мне ничего не говорить о дальнейшем. Вы пребывали в неведении относительно меня не один месяц, так что еще несколько часов особого труда не составят. Не правда ли?

– Жаль, что вы, как всегда, правы, Джон.

– Надеюсь оставаться правым еще очень долго, – сообщил полковник и предложил маркизе руку, чтобы вести ее к столу.

Оперевшись на надежную руку мужчины, де Соммьер внезапно почувствовала себя гораздо спокойнее. Дружба этого человека, нет, этой пары, стоила любого сокровища.

На следующее утро полковник в штатском платье и без всяких знаков отличия появился у себя в министерстве в качестве добросовестного служащего. Затем ему предстоял визит… к одной своей знакомой. И в тот же вечер многое изменилось.

Огромный автомобиль с двумя шоферами появился перед подвесным мостом замка Хивер. Флажок с гербом Британской империи свидетельствовал, что это официальный визит. Стражник уставился на машину с почтительным удивлением. Автомобиль был из Форин-офис^[35], и прибывшее в нем лицо пожелало быть немедленно принятым лордом Астором. И это приказ короля.