Жаворонок - Джо Беверли

— А что вы представили в качестве доказательства лорду Колдфорту? — Лаура не смогла сдержать своего любопытства, увлеченная рассказом Генри и его романтическои историей, превосходившей все то, что можно встретить у лорда Байрона.

— Подробное описание дома, особенно тех его частей, которые не видны посетителям.

— Так просто, — удивилась Лаура. — Мне искренне жаль, кузен Генри, что вам пришлось столько всего пережить. Вы уверены в том, что не хотите вернуть себе свой титул?

Лорд отвел глаза и, поколебавшись, ответил:

— Совершенно уверен.

Может быть, ему все же хотелось вернуться в свой дом и жить в Англии? У Лауры опять появилась надежда. Но тут Генри сказал:

— Я очень долго жил в другой стране. Англия кажется мне незнакомой и слишком холодной.

— Сейчас осень, — заметил Стивен, — летом здесь будет тепло.

— На смену лету приходит осень, потом зима. Таков закон природы. — Генри улыбнулся, и Лаура увидела некоторое сходство с портретом Генри Гардейна.

Правда, едва заметное. Генри прав. Он стал совсем другим.

— Куда вы намерены отправиться? — спросила Лаура.

Генри улыбнулся:

— Туда, где всегда тепло. Возможно, мы объедем несколько теплых стран, пока не найдем подходящее место. Но нам нужны деньги.

Ей предстояло принять решение. Окинув всех присутствующих взглядом, Лаура заговорила:

— Мой отец сказал, что лорд Колдфорт совсем плох, так что расстраивать его не стоит. Вскоре он узнает о том, что Джек пострадал, но это можно представить так, будто Джек лишь пытался выяснить истину, пожар возник совершенно случайно, и Джек даже повел себя геройски. Если вы твердо решили не претендовать на титул виконта, кузен Генри, я полагаю, вы могли бы написать письмо лорду, сообщить, что это был обман, и вы отказались от своего плана, не желая рисковать. Это снимет груз с его совести и позволит спокойно покинуть этот мир.

— Согласен, — сказал Генри, — но нам нужны деньги. Мы оказались совсем без средств. Даже то, что у нас было, пропало во время пожара. У нас нет даже одежды.

— Я понимаю, что вы должны получить какие-то деньги от имения, но не вижу, каким образом я могла бы это сделать сейчас. У меня самой весьма скромные средства. — Лаура посмотрела на Стивена, ожидая от него помощи.

— Небольшую сумму вы можете получить прямо сейчас, — сказал Стивен, — и ежеквартальные выплаты в будущем. Мы с друзьями это организуем. А потом можно будет получать часть прибыли от имения.

Генри перевел взгляд со Стивена на Николаса.

— Филантропическое общество, организующее помощь бывшим рабам и несостоявшимся виконтам?

— Что-то в этом роде. Вам придется поверить мне на слово.

Переглянувшись с Десом, Генри кивнул в знак согласия.

— Теперь мы свободны? — спросил он.

— Конечно, — ответил Стивен.

— Но вы весьма обяжете меня, сэр, — заговорил Николас, — если посетите мое имение Редокс. Это недалеко отсюда. Вы сказали, что нуждаетесь в средствах. А мне бы хотелось узнать побольше об Алжире и о жизни в арабском мире.

Генри пришел в замешательство, не зная, как реагировать на приглашение, но потом сказал:

— Мы будем весьма благодарны за ваше гостеприимство, сэр.

— Это я должен быть вам благодарен, — возразил Николас. — Я пойду и все устрою. — Он вышел из комнаты, оставив Лауру и Стивена в обществе Генри и Деса.

— Рада была познакомиться с вами, кузен Генри, — сказала она. — Жаль, что мы не сможем видеться в будущем. — Поколебавшись, Лаура спросила: — Не хотите ли посетить Колдфорт, прежде чем покинете Англию? Я смогла бы это устроить без лишнего шума.

Впервые за все время разговора Генри улыбнулся.

— Вы весьма любезны, кузина. Конечно, хочу. Я провел там счастливое детство, и мне приятно было бы показать Десу мой прежний дом. Там есть несколько вещей, которые дороги мне, если, конечно, они сохранились. И очень хотелось бы посетить могилы матери и отца.

— Там есть памятник, установленный вам.

Генри рассмеялся.

— Как интересно, — проговорил он, — я обязательно должен его увидеть.

Лаура повернулась к Десу.

— Есть надежда на то, что вы сможете ходить, сэр? — спросила она.

— Да, конечно. — Он улыбнулся, и Лаура вспомнила свою беседу с ним в Дрейкоме. — Если я как следует отдохну. Я и сейчас могу двигаться, но это вызывает боль. Кроме того, я хромаю и стесняюсь ходить при посторонних. Но с каждым днем мне становится все лучше. Как вы думаете, — спросил он, — кто-нибудь в Р-доксе знает, как играть в казино?

— Я сам знаю, как играть в казино, Дес, — вмешался Генри. — Именно этим вы занимались с миссис Пенфолд? Я научу тебя и более сложным карточным играм.

— Мне все это интересно. Хочется узнать побольше о жизни разных людей. — Он улыбнулся. — Благодарю вас, Лаура Гардейн. Вы были ко мне добры, даже когда считали, что я злодей, и я это оценил.

Вернулся Николас и предложил Генри и Десу отправиться с ним в особняк Керслейк. Там он сможет найти для них подходящий транспорт, чтобы добраться до Редокса.

Обменявшись многозначительными улыбками, Лаура и Стивен сказали, что им необходимо задержаться. Никто не возражал. И они вернулись в комнату, где был нарисован страшный дракон.

— Это нехорошо, — проговорила Лаура, когда Стивен стал запирать дверь.

— Нехорошо, — согласился Стивен, — тебя это волнует?

— Нисколько. Но, сэр, у этого платья застежка на спине, так что я не смогу справиться без вашей помощи.

Стивен подошел, повернул ее спиной к себе и стал осторожно расстегивать пуговицы.

— Корсет тоже придется расстегивать, — заметил он.

— Да. — Сердце Лауры бешено колотилось, ей трудно было дышать. — Это неудобно. Придется носить более мягкий корсет, такой, как предпочитает Элеонора.

— Как хочешь. — Он справился со всеми пуговицами, и она почувствовала прохладу на спине. — Но иногда корсет доставляет удовольствие. Должен признаться, — продолжал Стивен, царапая пальцами ее спину, — когда я мечтал о тебе, то представлял себе твое нижнее белье невероятно шикарным.

Лаура издала какой-то нечленораздельный звук, слегка покачнулась, и Стивен ее поддержал.

— У меня есть корсет из красного шелка, с весьма низким вырезом на спине, — пробормотала Лаура.

Он стал расшнуровывать корсет медленно, осторожно, с необычайной нежностью.

— Надеюсь, ты сможешь его надеть?

— Конечно. Но он вряд ли годится для тихой семейной жизни.

— А ты не предпочитаешь тихую семейную жизнь?

Вспомнив их разговор прошлой ночью, Лаура улыбнулась.