Укрощение любовью, или Уитни - Джудит Макнот

— Я доктор Уитком, — объявил он дворецкому. — Прибыл сюда изЛондона с указанием осмотреть леди Джилберт.

Его проводили в салон, и, когда там появилась Леди Энн,доктор вежливо улыбнулся в ответ на ее Недоумевающий взгляд.

— Его светлость, герцог Клеймор, послал за мной С просьбойосмотреть колено мисс Стоун.

Леди Джилберт так побелела, что Уитком встревоженноосведомился о ее здоровье, однако, попросив его немного подождать, она вышла изкомнаты. Подобрав юбки, она пробежала по коридору и взлетела по лестнице сбыстротой, несвойственной даме ее возраста.

— Что?!

Уитни вскочила, не обратив внимания на то, что томик«Гордости и предубеждения»[6] с глухим стуком свалился на пол.

— Ах он, злобный, мерзкий, коварный…

— Для всего этого будет еще время, — задыхаясь, выпалилаледи Энн, дрожащими пальцами расстегивая платье Уитни и бесцеремонно стаскиваяего через голову.

Кларисса всполошенно расстелила постель и, метнувшись кгардеробу, достала оттуда легкий пеньюар.

— Не могли бы вы сказать ему, что я сплю или что-нибудь вэтом роде, и отослать в Лондон? — неуверенно спросила Уитни, ныряя в кровать инатягивая одеяло до подбородка.

— Доктор Уитком, — решительно возразила леди Энн, все ещестараясь отдышаться, — не дурак, поверь мне. Его прислали сюда осмотреть твоеколено, и он не уедет, пока не выполнит приказ. — Бросив быстрый критическийвзгляд на племянницу, она добавила: — Кларисса, принеси две подушки и подложиих под ногу Уитни, потом разыщи в моей комнате флакончик с нюхательными солямии поставь на ночной столик. Думаю, это вполне убедительная деталь. — Я задержудоктора Уиткома сколько смогу, чтобы дать тебе время, но не рассчитывай больше,чем на несколько минут, — направившись к двери, бросила она на ходу.

Кларисса застыла с остекленевшими глазами, словнопригвожденная к полу, судорожно вцепившись в спинку стула.

— Кларисса! — резко окликнула леди Энн. — Не вздумай толькоупасть в обморок!

— Благодарю, леди Джилберт, не стоит, — повторил докторУитком, в третий раз отказываясь от еды и подкрепляющих напитков, которые дамав порыве чрезмерной вежливости предлагала ему.

Он уже ответил на все расспросы относительно лондонскойпогоды, погоды в сельской местности и в подробностях описал свою поездку. Когдаже она попыталась втянуть его в дискуссию относительно того, сколько снегаожидается зимой, доктор Уитком без обиняков заявил:

— Прошу прощения, не мог бы я осмотреть Мисс Стоун?

Леди Джилберт повела его наверх и постучала в четвертуюдверь слева по коридору. После неоправданно долгой паузы дверь открылаприземистая пожилая горничная, чей чепец косо сидел на седой голове, то и делоугрожая свалиться. Доктор Уитком, давно и хорошо знакомый с характерами итемпераментами богатых, избалованных молодых леди, немедленно предположил, чтомисс Стоун, капризная, испорченная особа, загоняла до полусмерти несчастнуюгорничную, и теперь та едва держится на ногах.

Это заключение подкреплялось видом самой пациентки, девушкипоразительной красоты со здоровым румянцем на лице, лежавшей, однако, наширокой кровати и взиравшей на несчастного доктора с плохо скрытойвраждебностью. Взгляд нефритово-зеленых глаз на миг остановился на его лице,безразлично скользнул по черному сюртуку и с тревогой остановился на кожаном саквояже.

Повинуясm профессиональному долгу, доктор попытался отвлечьвнимание перепуганной пациентки от саквояжа с инструментами и поэтому, поставивего на пол у постели, ободряюще заметил:

— Его светлость герцог Клеймор крайне обеспокоен вашимздоровьем.

Два багровых пятна выступили на высоких скулах девушки.

— Он — само воплощение доброты и участия, — прошептала онасдавленно.

— Совершенно верно, — согласился доктор Уитком, не в силахповерить, что действительно расслышал некий саркастический оттенок в словахдевушки. — Насколько я понимаю, мисс Стоун, вы упали с лестницы и сильноушиблись. — И протянув руку к одеялу, вежливо предложил: — Давайте посмотрим наваше колено.

— Не нужно! — внезапно завопила девушка, прижимая одеяло кподбородку и злобно оглядывая доктора.

Тот в недоумении уставился на пациентку, но тут же понял,что ее тревожит, и, немного смягчившись, подвинул стул и сел,

— Дорогая моя, — мягко начал он, — мы живем не всредневековье, когда женщина отказывалась обратиться к доктору лишь потому, чтотот родился мужчиной. Поверьте, я восхищаюсь вашей скромностью, Господь видит,подобные качества так редки в наши дни, но сейчас для этого неподходящиймомент, и я уверен, ваша тетя поддержит меня. Ну а теперь…

Он снова попытался откинуть одеяло, но пациентка лишьсудорожно стискивала кулачки.

Доктор Уитком пожал плечами, начиная раздражаться.

— Смею заверить, я опытный врач, у которого много пациентокженщин, включая ее величество королеву. Надеюсь, это убедит вас, что боятьсянечего, мисс Стоун.

— Но это ничуть меня не убеждает! — выпалила пациенткаудивительно сильным голосом для человека, которого терзает мучительная боль.

— Юная леди, — предупредил доктор, — его светлостьнастоятельно велел мне осмотреть ваше колено и прописать необходимое лечение.И, — добавил он зловеще, — герцог потребовал, чтобы вас удерживали силой, еслиэто понадобится!

— Силой?! — взорвалась Уитни. — Какая невероятная наглость!Хотела бы я знать, кто посмеет сделать подобную…

Она осеклась, ясно представляя, как Клейтон врывается вспальню в нарушение всех законов приличия и благопристойности, прижимает ее кпостели, пока доктор осматривает «больную» ногу.

Девушка в отчаянии пыталась найти способ не дать врачуприблизиться к ней. Единственной надеждой оставалась чрезмерная скромность. Онаустало прикрыла глаза, но тут же кокетливо приподняла ресницы, взирая надоктора в очаровательном смущении, и начала застенчиво перебирать складкипростыни.

— Я знаю, какой глупенькой и наивной кажусь вам, докторУитком, но, честное слово, просто умираю от стыда при мысли, что придется…придется обнажиться… перед незнакомым мужчиной… пусть даже и доктором.

— Но, дорогая, речь идет всего-навсего о том, чтобы обнажитьколено!

— Я ничего не могу с собой поделать! — с видом оскорбленнойдобродетели запротестовала Уитни. — Вы не знаете меня, но его светлость долженбыл принять в расчет мои нежные чувства! Я просто шокирована таким грубымпренебрежением к моей… моей…