Легенда о седьмой деве - Виктория Холт

Настал день похорон. Родственники и друзья продолжали присылать цветы, и дом заполнил аромат лилий. Казалось, это запах смерти.

Мы все с ужасом ожидали этого дня. Когда я надела свою шляпу, стала сама на себя не похожа. Черное мне не идет. Я сделала пробор посередине и завязала волосы в узел на затылке. В ушах покачивались длинные агатовые серьги, а на шее — агатовое ожерелье. На бледном лице глаза мои казались огромными — после смерти Джудит я плохо спала, а когда все-таки засыпала, меня преследовали кошмары. Мне снилось, что я стою на платформе для наемных работников в Трелинкете, а Меллиора подходит ко мне и берет за руку. Однажды мне приснилось, что я смотрю на свои ноги, а у меня выросли раздвоенные копыта.

Джонни в своем черном цилиндре и черном сюртуке выглядел степенным, как никогда. Он подошел и стал рядом со мной возле зеркала.

— Ты выглядишь… царственно, — сказал он, наклоняясь, чтобы не зацепить мою шляпу, и чмокнул меня в нос. — Он вдруг грустно рассмеялся и произнес: — Господи, вся округа только об этом и говорит.

Я вздрогнула. Меня раздражало его самодовольство.

— Его вечно ставили мне в пример — моего божественного братца. Знаешь, как они теперь его называют?

— И знать не хочу.

Он поднял брови.

— Это на тебя не похоже, дорогая супруга. Ты обычно обожаешь во все совать свой нос. Есть только одна причина, почему ты не хочешь, чтобы я тебе сказал. Ты уже знаешь. Да, моя дорогая, они говорят, что мой божественный брат убил свою жену.

— Надеюсь, ты сказал им, что это полный абсурд?

— Неужели ты думаешь, что мои слова что-то изменят?

— А кто это говорит? Начальница почтового отделения? Или другая такая же сплетница?

— Не сомневаюсь, что так оно и есть. Эта старая лиса с удовольствием смакует подробности любого скандала и бесконечно треплет своим грязным языком. Однако вряд ли это можно воспринимать как неожиданность. Тем не менее замечу, что моему брату будет сложно пережить этот скандал.

— Но ведь все знали, что Джудит пила.

— Все знали, что он хотел от нее избавиться.

— Она была его супругой!

— Была его супругой! — Джонни с издевкой повторил мои слова. — Что случилось с моей разумной женушкой? Керенза, а ты-то сама как думаешь?

— Он невиновен.

— У тебя чистые помыслы. Но ты — единственная, кто так считает.

— Однако расследование…

— Несчастный случай. Это все скрывает. Я тебе вот что скажу: никто никогда не забудет этого, и если Джастин женится на Меллиоре, что он собирается сделать после некоторого пристойного ожидания, этот слух еще больше разрастется. Ты же знаешь, как бывает в здешних местах. Из поколения в поколение передаются одни и те же истории. И так будет всегда… скелет в шкафу. И никто не знает, когда какой-нибудь озорник откроет дверцу этого шкафа.

Он был прав. Мне придется сказать правду.

Я содрогнулась. Я не сказала всей правды во время расследования. Как я могу начать говорить теперь? И как я могу не сделать этого, если собственный брат Джастина допускает, что Джастин — убийца?

Джонни сел на край кровати и стал разглядывать носки своих ботинок.

— Не знаю, смогут ли они когда-нибудь пожениться, — сказал он. — Единственный способ остановить подобные слухи — отказаться от этого брака.

Мои глаза засияли — просто неестественно засияли! Если они не поженятся, если Джастин никогда не женится на Меллиоре, будущему Карлиона ничто не будет угрожать.

Послышались удары церковного колокола.

— Нам пора, — сказал Джонни и взял меня за руку. — Какая ты холодная! Не горюй! Это же не мои похороны!

Я просто ненавидела его! Ему плевать на неприятности брата. Самоуверенный и довольный собой, он понимал, что больше не будет страдать от неудачного сравнения с братом, потому что отныне никто и никогда не сможет поставить Джастина ему в пример.

«Господи, за кого я вышла замуж?! — спросила я себя, и за этим вопросом немедленно последовал другой, который волновал меня гораздо больше: — Что я за женщина?»

Это оказалось еще более суровым испытанием, чем мы ожидали. Создавалось впечатление, что на похороны Джудит собрались не только обитатели Сент-Ларнстона, но все жители округи.

В церкви было душно, дурманяще пахли лилии. Казалось, преподобный Джеймс Хэмфилл никогда не закончит службу.

Джастин, его мать и родители Джудит сидели в первом ряду, мы с Джонни — во втором. Я не осмеливалась смотреть на постамент, на котором стоял гроб, заваленный цветами, и поэтому уставилась в спину Джастина, гадая, что он будет делать дальше. Я не могла сосредоточиться на том, что говорил преподобный Джеймс Хэмфилл. Я только смотрела на скамью для семьи священника, на которой сидели миссис Хэмфилл и три ее дочери, и вспоминала, как сидела там вместе с Меллиорой и была горда тем, что она дала мне бумазейное клетчатое платье и соломенную шляпу. Я постоянно вспоминала прошлое и все, что сделала для меня Меллиора.

Служба закончилась. Теперь нам предстояло выйти из церкви и направиться к склепу на кладбище. Я наблюдала, как преподобный Джеймс Хэмфилл спускается с кафедры. О, эта атмосфера похорон!

И тут я увидела Джейн Карвилайн. Она представляла собой необычайное зрелище! Старуха, согнувшаяся почти пополам, медленно брела к гробу. Мы все замерли, так что стук ее палки по проходу между рядами эхом отзывался под сводами церкви. Все были так удивлены, что никто не попытался ее остановить.

Она остановилась у гроба, потом подняла палку и направила ее в сторону скамьи, где сидели Сент-Ларнстоны.

— Моя молодая госпожа умерла, — тихо произнесла она. Потом ее голос зазвучал громче: — Я проклинаю всех, кто принес ей зло!

Миссис Хэмфилл, как достойная жена священника, быстро встала со своей скамьи, обняла Джейн Карвилайн. Я слышала, как она сдержанно и отрывисто приговаривала:

— Ну-ну, успокойтесь. Мы все знаем, как вы расстроены…

Но Джейн пришла в церковь, чтобы устроить скандал, и ее непросто было остановить.

Она на секунду замерла, глядя в сторону скамьи Сент-Ларнстонов, а затем вновь погрозила палкой.

Когда миссис Хэмфилл попыталась увести старуху в задние помещения церкви, послышались громкие рыдания — и я увидела, что мать Джудит спрятала лицо в ладонях.

— Зачем я согласилась на этот брак?!.

Ее слова слышали все, и в этот момент, казалось, ждали знака с небес, некую кару свыше, возмездие тем, кого они считали убийцами Джудит.

Отец Джудит обнял жену. Когда Джастин поднялся со скамьи, позади меня раздался какой-то новый шум. Там сидели слуги из Эббаса.

— Она потеряла сознание, — услышала я и поняла, о ком это, еще до того, как повернулась.