Татуировка герцога - Майя Родейл

Элиза не хотела этого признавать, но оказаться в таком плену, как она, ужасно скучно.

Сутки она провела в маленькой грязной комнатушке у порта. Выискивала возможность побега, когда ее вели на корабль. Но к ее спине были приставлены пистолеты, и она знала, что они выстрелят при малейшем ее шаге в сторону. Это не то, что ей надо.

Они поднялись на борт вечером, — ночью ей труднее будет сбежать, так сказал Лайам.

Элиза услышала, что за стеной ужинают. Почувствовала запах. Ужасно хотелось есть. Руки у нее были связаны. Она устала от постоянного напряжения. И от скуки. Лучше просто закрыть глаза и поспать.

Можно сбежать утром по дороге в банк.

Вдруг дверь распахнулась и ударилась о стену.

Элиза увидела Уиклиффа.

Она подумала, что грезит.

— Вам туда нельзя! — запальчиво крикнул Лайам. — Это моя каюта.

— А может, это комната для вашей любовницы? — громко спросил Уиклифф.

Элиза не понимала, что он говорит, но вопросов не задавала, потому что полностью доверяла ему.

— Любовница?! — взвизгнула женщина. — Я его жена! А не какая-нибудь там любовница. Какого черта вы решили, что…

— Мадам, похоже, вам с мужем надо многое обсудить. Вы говорите, это ваш муж? — спросил Уиклифф.

Элиза вдруг оживилась. Если Лайам женат… то кто она?

— На данный момент муж, — резко ответила женщина, тряхнув светлыми кудрями. — Но может оказаться покойным мужем раньше, чем кончится ночь.

Никто не пытался ей перечить. Она прошла мимо мужчин в комнату Элизы.

— Простите, не могу встать, чтобы познакомиться с вами, я связана, — сказала Элиза.

— Кто вы, черт побери? — уперла руки в бока женщина. Она была статная, с копной светлых кудрей.

— Я Элиза Филдинг. А вы кто? — любезно спросила Элиза.

— Мэгги Филдинг.

— Не думаю, что нам стоит сейчас обсуждать это, — начал Лайам.

— Заткнись, Лайам! — в унисон рявкнули обе жены, даже не взглянув на него.

— Мы обе не можем быть замужем за одним и тем же мужчиной, — безапелляционно заявила Элиза. Потом задумалась. — На самом деле можем, но тогда кому-то грозит двоебрачие.

— Нет, если второй брак недействителен, — с торжеством сказал Лайам.

Элиза на миг встретилась глазами с Уиклиффом. В ее сердце затеплилась надежда.

«Ты понимаешь, что это значит?»

Вопрос не прозвучал, но он был и в глазах Уиклиффа, и в ее глазах. Это шанс…

И он здесь, с Найтли! Невероятно! Элиза знала, ее глаза искрятся счастьем, хотя она связана и в плену. Уиклифф пришел за ней, а Лайам, возможно, двоеженец. Прекрасные новости.

Ничто теперь не стоит между ними. Никакие глупые формальности. Они свободны и могут быть вместе, если захотят.

Уиклифф нетерпеливо отпихнул Лайама, прошел мимо второй миссис Филдинг и, опустившись на колени, занялся путами Элизы. Он развязывал их мягко, без излишней поспешности.

— И давно они тебя так держат? — тихо спросил он.

— С бала, — ответила она. — Со времени твоей помолвки.

Он выругался. Поцеловал ее запястья.

— Прости, что не мог найти тебя быстрее. А помолвки не было, — прошептал он.

Элиза улыбнулась. Уиклифф подал ей руку, помогая подняться. И своей руки он не отпустил.

— Что вы делаете? Куда это вы? — попытался вмешаться Лайам.

Найтли отдернул его назад.

Как ни странно, но в этой ужасной, невозможной ситуации витало чувство любви. И радости. Элиза обняла Уиклиффа и прижалась к нему.

— Мистер Филдинг, не так ли? — небрежно сказал Уиклифф. — Похоже, вы повинны в похищении и двоеженстве, не говоря уже о других преступлениях, из-за которых вы собрались бежать в Америку.

— Похищение? Двоеженство? — громко повторила Мэгги.

Лайам поежился.

— Не глупи, — ответил он ей спокойным тоном опытного лжеца. — Все не так, как кажется.

Уиклифф повернулся к Мэгги:

— Когда вы вышли за этого…

— …мерзавца? — договорила Мэгги, повторив недавние слова Элизы. — Дайте подумать. Это было летом, после сильной грозы, через полгода после свадьбы моей сестры. Он приехал в город с театральной труппой. Это было в тысяча восемьсот шестнадцатом году.

— А наша свадьба была в тысяча восемьсот восемнадцатом.

— В тысяча восемьсот восемнадцатом… В то лето я переболела лихорадкой, — припомнила Мэгги, — и была слишком слаба, чтобы ехать с труппой.

— Мы поженились тайно, — сказала Элиза. — Мне тогда только-только исполнилось восемнадцать. У меня был букет полевых цветов.

Как же она была тогда легкомысленна! Лайам был так красив, так обходителен. Она воображала себе красивую жизнь в разъездах по стране с актером-звездой. Глупые-глупые мечты.

— Я подписала документ. В церкви. Перед Богом, — продолжала Мэгги. — И ты тоже, Лайам Филдинг. Я тогда была дома, заботилась о рожавшей сестре. А ты, значит, женился тогда на другой?

— Я просто очарован этим матримониальным диспутом, — протянул Уиклифф, — но кое-что нужно прояснить.

— Значит, наш с тобой брак незаконный, Лайам? — Элиза старалась говорить спокойно, боясь, что голос выдаст ее.

— Уж извини, — пожал плечами Лайам. — Но это не означает, что я собираюсь тебя отпустить. Когда на кону десять тысяч фунтов.

— Слышите? — вмешался Найтли.

Все замолчали. Слышался нарастающий шум. Зазвенело разбитое стекло.

— Похоже, толпа штурмует корабль. Это чуточку осложнит наш побег, — сказал Уиклифф, притянув Элизу ближе.

— Это судно перевозит не только пассажиров, — менторским тоном заметил Найтли, — но и значительный запас пороха. Вы бы это знали, если бы читали газеты. Поэтому предлагаю бежать.