Найди меня Шерхан - Тала Тоцка

Вспоминал, как ворвался в палату роддома и увидел усталое, измученное лицо своей девочки. Как впервые услышал ее голос, ее признание в любви, а потом впервые взял на руки сына. В мире теперь есть два Арсена Ямпольских, и за это Арсен, как и обещал, не уставал ее благодарить.

И Тагира. Потому что будь он хоть сто раз негодяй и мерзавец, но не приди ему в голову эта бредовая идея — обменять сына Ямпольского на наследство Маркелова, у Арсена не было бы ни жены, ни сына.

​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​Алексей вычислил роддом, где рожала Агата. Ямпольский говорил с профессором Деревянко, который принимал роды, и знал, что отслойка плаценты началась от того, что Агата ударилась животом.

Тагир успел доставить ее в клинику вовремя. Поэтому Арсен не стал вмешиваться, когда покровители Мансурова попытались достать его из саудовской тюрьмы, где он сидит уже второй месяц.

Камень признали поддельным, хоть все эксперты в один голос заявили о высочайшем уровне выполненной работы. А сами саудиты зашли в тупик: или Тагир подменил бриллиант, или оказался жертвой обмана.

Покровителям Мансурова нужны активы Рината, саудитам нужны бриллиант и оружие, Тагиру нужны деньги и свобода. Вот пускай как хотят, так и договариваются. Другое дело Ирма.

Она умоляла Арсена о встрече, но он уже давал ей шанс. Поэтому больше никаких встреч не было, вместо него Алексей объяснил, что не стоило поднимать руку на жену и сына Ямпольского. Пятнадцать лет строгого режима, Арсен даже не стал вникать, по какой статье.

Подготовка к свадьбе у девчонок заняла два месяца. Арсен мысленно просил прощения у Леры с Пашкой за то, что снова дал себе шанс и позволил быть счастливым.

«Вы всегда останетесь в моем сердце, но я не думал, что смогу еще так полюбить».

Его сердце оказалось способно делиться на части. Все его дети носят метку Шерхана, но маленький Арсен с родимым пятном над лопаткой — там, где у Агаты татуировка — занимает в отцовском сердце чуть больше места.

Когда Агата кладет мальчика ему на грудь, Арсен старается медленнее дышать, чтобы не мешать засыпать своему сыну. И когда следом его Шерханка мостится под боком, мир смыкается вокруг гармоничным коконом. Но девочки любят свадьбы, поэтому сегодня будет свадьба.

— Тыква… ой, простите, карета подана, — заглянул Макар. Арсен в последний раз посмотрел в зеркало. Макар старческим голосом проскрипел: — Только помни, Золушка, ровно в двенадцать ночи твоя одежда превратится в лохмотья!

— Да, Арсен Павлович, идемте, пора, — позвал Алексей, стараясь не делать резких движений.

Ладно Макар, а этот чего набрался на мальчишнике? Чуть трезвее зятя был, тот все порывался «нашим девочкам» устроить стриптиз по телефону, а Леха его отговаривал. Наржались они с Борисом и Ромой на месяц вперед.

— Лишь бы ты до двенадцати ночи в дрова не превратился, — благожелательно ответил зятю Ямпольский.

Макар с момента, как Тагир увез Агату, предоставил себя в полное распоряжение Арсена, страховал на переговорах с Мансуровым, и как только Алексей вычислил город и роддом, вылетел туда вместе с ними. На обратном пути у него получилось рассмешить Агату, потребовав себе право первым сменить памперс Арсену Ямпольскому. Так что теперь Макару можно все. Главное, не озвучивать это вслух.

— Я в завязке, сегодня только сок, буду тебя на брачное ложе сопровождать.

— Как он тебя терпит? — укоризненно покачал головой Роман, с недовольством глядя на сына.

— У него нет выхода, — с видом глубокого удовлетворения сказал Макар, — у него от меня слишком много внуков.

У Арсена в груди заворочалось нехорошее предчувствие.

— Два? — резко повернулся он, вопросительно глядя на Макара.

Тот загадочно улыбнулся, поднят вверх три пальца и направился к двери. Прихватил по дороге Алексея и увлек за собой, напевая под нос, но так, чтобы Арсену было слышно:

— Нас не догонят, нас не догонят*…

— Ну? — сердито глянул на Романа Ямпольский, когда молодежь скрылась на лестнице. — Я тебе что говорил?

— Мда… — почесал тот затылок, — так это, дело молодое…

— Вот же засранец! — Арсен стукнул кулаком по косяку.

— Все, все, не психуй… Что ж, им к тебе за разрешением бегать? Арсен, — он с надеждой посмотрел на Ямпольского, — а ты помнишь, про завод говорил? Если второй мальчик будет…

— Завод? Какой? — рассеянно глянул Арсен на Демидова, а потом спохватился. — Ах, завод!.. Да уймись ты уже, будет тебе завод. Если это пацан, — и вздохнул. — Девочке зачем завод, мы ей тогда чего-нибудь другое подыщем. Все, поехали, Рома, пора.

И подтолкнул к двери повеселевшего родственника.

***

— А правда, что...  что... — мнется Машка, — это правда?..

Наклоняюсь к девочке осторожно, чтобы не измять платье.

— Правда, что ты теперь моя бабушка? — шепчет она доверительно на ухо, но при с таким страдальческим личиком, что мне ее становится безумно жаль. 

— Это кто тебе сказал, Машенька?

— Папа...

Вероника выдает беззвучное ругательство, Эва прячет смешок — несмотря на наши перешептывания, все нас слышат. 

Беспомощно смотрю на девчонок в ожидании поддержки и сразу же ее получаю. Вероника подходит и присаживается возле девочки. 

— Машунь, я тебе кто? Бабушка? — успокаивающе гладит она ее по руке. Машка мотает головой, отчего светлые локоны смешно разлетаются по сторонам. — А кто?

— Жена дедушки! — с готовностью отвечает девочка.

— Вот! — подбадривает Вероника. — Значит Агата тебе кто?

— Жена Арсена? — вопросительно смотрит она на Веронику. 

Мы все радостно киваем, и довольная Машка отправляется к люльке с маленьким Арсенчиком.

Девочка в полном восторге от своего нового родственника, особенно, когда узнала, что это её дядя. Дядя Арсен.

Мы с Арсеном-старшим не видимся с четверга, как и положено жениху и невесте. У мужчин был мальчишник, у нас девичник. 

Прилетела из Парижа Кристинка, и мы провели замечательный вечер с Эвой, Вероникой и детьми. Онлайн нас развлекали Макар и Алексей, которые с каждым звонком выглядели все хмельнее и загадочнее.

— Леха, давай станцуем девочкам стриптиз! — стягивал футболку Макар.