Каждый твой вздох - Джудит Макнот

– Неплохой аргумент, но почему он повел тебя в казино и, самое главное, почему сидел с тобой в постели, любуясь рассветом? Типы, которым нужен только секс, немедленно поворачиваются к женщине спиной и засыпают.

К полному унижению Кейт, она жадно схватилась за это слабое утешение. Не потому что поверила. Просто отчаянно нуждалась в любом средстве, способном хоть немного облегчить бремя стыда.

– Однако, – жизнерадостно заявила Холли, – это не меняет того факта, что он холодный, расчетливый подонок с гигантским эго, и ты просто обязана отомстить. Любым способом. Даже самым подлым.

– Но как мне это сделать? – спросила Кейт, зачарованно глядя на Холли.

– Веди себя так, словно он всего лишь мимолетное, легко забываемое увлечение.

– Он не поверит. Знает, как я к нему отношусь. Я оставила его, пообещав порвать с Эваном и вернуться назад.

– Да, но он не может быть на сто процентов уверен, что ты это сделала. Далее он не может быть на сто процентов уверен, что ты не использовала его как племенного жеребца в отсутствие Эвана. И кроме того, он не может быть на сто процентов уверен, что ты с самого начала не знала, кто он, и что твоей целью не было вытянуть из него кое-какие смачные подробности, чтобы поделиться со своими подружками!

– Но кто способен на такую гнусность? – фыркнула Кейт.

– Женщины в твоем новом социальном кругу, который также является и его кругом, – спокойно заявила Холли. – Поверь, я знаю, каковы они. Выросла в их храме злобных шуточек и ледяных сердец. Эван инстинктивно понимает, по каким правилам следует играть, поэтому и хотел, чтобы ты сегодня была здесь. Он постарается, чтобы Уайатт увидел тебя с ним, веселую, смеющуюся, гордую. Главное – высоко держать голову. Присутствие Эвана покажет Уайатту, что он просто ничтожество и ничего для тебя не значит.

– Подумать только, – с грустной улыбкой выдохнула Кейт, – что из нас двоих именно мне полагается разбираться в психологии.

– Учебники по психологии пишутся не для избранного общества. Словом, теперь картина тебе окончательно ясна, верно?

– Абсолютно.

– Итак, единственная эмоция, которую тебе позволено проявить при встрече с Уайаттом… единственная эмоция, которая даст тебе некоторое удовлетворение…

– Сдаюсь, – вздохнула Кейт, улыбнувшись столь драматичной паузе. – И что это за эмоция?

– Улыбка! Ты должна обращаться с ним чуть свысока и с веселой улыбкой, словно знаешь забавный маленький секрет, о котором он понятия не имеет.

– И какой же секрет мне известен? – с некоторым раздражением спросила Кейт.

– Это тот самый вопрос, который станет его мучить. Вопрос, который еще долго не даст ему покоя.

Мэтт и Мередит обменялись смеющимися взглядами с Митчелом, пытавшимся развернуть тетку в их сторону. Но старушка цеплялась за его руку, радостно щебеча и заставляя его останавливаться каждые несколько шагов, чтобы представить племянника очередному гостю. Он был выше ее на фут с лишним, и чтобы понять смысл ее болтовни, то и дело сгибался в три погибели.

Мэтт подошел к бару и заказал водку для Митчела, а к тому времени как вернулся со стаканом, Митчел уже стоял рядом с Мередит. Протянув ему водку, Мэтт объявил:

– Это твоя награда за успешное окончание долгого, изнурительного путешествия.

– Выпивка не помешает, – согласился Митчел и, поднеся стакан к губам, поднял глаза…

И увидел Кейт.

Увидел и застыл, недоверчиво сведя брови. Как она оказалась здесь? Как девчонка с курчавыми рыжими волосами, целовавшая его на лоджии отеля, превратилась в светскую даму в элегантном, дорогом атласном платье, спокойно общавшуюся с сильными мира сего, членами высшего общества, многие из которых отводили ее в сторону, чтобы чмокнуть в щечку и поболтать.

– Это Кейт Донован, – пояснил Мэтт, проследив за направлением его взгляда. – Ее отец недавно умер, и, насколько я понял, она пытается управлять его рестораном. Разве мы никогда не ужинали у Донована, когда ты приезжал сюда?

– Никогда.

– Обязательно сходим, когда ты соберешься сюда в следующий раз. Кстати, когда ее отец был жив, приходилось заказывать столик не меньше чем за две недели. Может, теперь все будет по-другому.

– Знаете, что Кейт только что обручилась на островах? – вставила Оливия, спеша принять участие в беседе.

– Н-нет, – пробормотала Мередит, заметив, что Митчел опять смотрит в сторону Кейт.

Оливия утвердительно кивнула и обратилась к Митчелу:

– Не правда ли, романтично?

– Мне трудно судить, – коротко ответил племянник.

– Объявление появилось в четверг в «Трибюн», – добавила тетка и, заметив, что Кейт как раз отошла от группы собеседников, жизнерадостно окликнула: – Кейт, дорогая, иди к нам! – Довольная тем, что девушка ее заметила, Оливия повернулась к Митчелу и добавила: – Ты, кажется, знаком с женихом, дорогой?

– Разве?

– Да. Она помолвлена с Эваном Бартлеттом.

Митчел пристально рассматривал содержимое стакана.

– Неужели? С Эваном Бартлеттом? – переспросил он с холодной, иронической усмешкой.

Глаза супругов встретились, и Мэтт едва заметно кивнул жене. Значит, это и есть та самая Кейт!

Колени Кейт тряслись, а сама она от всей души жалела, что в бокале осталось всего несколько капель шампанского и с каждой минутой она все больше теряет присутствие духа.

Кейт сама не понимала, как умудряется сохранять внешнее спокойствие и сдержанность. Она нашла в себе силы ответить на призыв Оливии и готова встретить человека, который использовал ее и бросил.

– Здравствуй, дорогая! – воскликнула Оливия, целуя ее в щеку. – Надеюсь, вы с Эваном будете счастливы.

Этот ритуал повторялся сегодня десятки раз: приветствие, наилучшие пожелания и традиционно-равнодушный поцелуй. Должно быть, так принято в тех кругах, где вращается Эван, и всех обрученных поздравляют подобным образом. Она напряглась, ожидая, что Митчел последует примеру тетки, особенно после того, как Оливия официальным тоном добавила:

– Позволь представить моего племянника, Митчела…

Как ни странно, но, несмотря на состояние Кейт, все шло словно по маслу. Она взглянула в потемневшие глаза Митчела с таким видом, словно знала забавный маленький секрет, который не собиралась с ним делить.

– Мы уже знакомы, – ответила она, слегка подавшись вперед и механически подставляя щеку в ожидании приветственного поцелуя.

– … и уже целовались, – холодно бросил Митчел, игнорируя подставленную щеку.

Мэтт поспешно встал перед растерявшейся Оливией, положил ее руку себе на сгиб локтя и торжественно повел к столу.

Потрясенная, но полная решимости казаться беспечной и спокойной, что бы он ни сказал или ни сделал, Кейт склонила голову набок и одарила его игривой улыбкой.