Отчаянные - С. Стивенс

– Нет, – заявил Келлан, сделав глубокий вдох. – Я остаюсь.

Ник продолжил как ни в чем не бывало:

– Сиенну оповестили, и она любезно предоставила тебе место. Ваш багаж переправят вечером, о чем, я думаю, ты уже знаешь. Сразу после выступления машина заберет тебя и доставит в аэропорт. В Лос-Анджелесе вас будет ждать лимузин – это еще один добрый жест со стороны мисс Секстон.

Келлан выпустил мою руку и скрестил на груди свои:

– Сказано же: я остаюсь.

Ник медленно встал. Он был ниже Келлана, но это не имело значения.

– А я сказал, что не тебе решать. Если бы ты перечитал контракт, как якобы и сделал, то увидел бы, что последнее слово в отношении графика остается за компанией. Если нам захочется снять тебя с одного тура и приписать к другому, мы так и поступим. Захотим отправить тебя на Аляску, чтобы ты исполнил свой сингл полсотни раз, – отправим. И ты полетишь, потому что, похоже, так пока и не понял, что… – Приблизившись к Келлану вплотную, он доверительно сообщил: – Ты принадлежишь нам. – Отстранившись, Ник потрепал Келлана по плечу. – К тому же – и я надеюсь, что процитирую дословно, – ты заявил мне: «Я всеми силами помогу тебе рекламировать альбом… в пределах разумного». – Он шмыгнул носом и одернул пиджак. – По-моему, вполне разумно просить тебя поучаствовать в турне, круче которого нет… – Он вскинул бровь. – Согласен?

Ответить Келлану было нечем. Ник победил и знал это. Он знал всегда. Именно поэтому и не возникло переполоха, когда Келлан взбунтовался. Ник неизменно сохранял над ним власть.

Когда Ник вышел, Келлана трясло. На шее вздулись вены, он кипел от ярости. Я молчала, давая ему успокоиться. Но это не помогло. Взревев от досады, Келлан схватил стул и запустил им в стену, оставив пару округлых вмятин в гипсокартоне.

Я вздрогнула и осторожно тронула его за плечо:

– Келлан, все образуется.

– Мне казалось, что с манипулированием покончено, но стоит дернуться – и ниточки натягиваются!

Кивнув, я погладила его по щеке. Кожа была теплой, глаза пылали. И будь я проклята, если он не выглядел чертовски прекрасным.

– Я понимаю, что это паршиво. Понимаю, поверь. Но… Ник, возможно, прав.

Келлан свел брови, однако гнев его немного улегся.

– О чем ты говоришь?

Довольная тем, что он начал остывать, я обняла его за шею:

– Я очень люблю Джастина и ребят, но ты круче. Смотри, ты уже заканчиваешь концерты, а не разогреваешь. Тебе и впрямь пора на стадион. – Я с улыбкой потрепала ему волосы. – А «Стэйплс-центр», Келлан… это неимоверная круть.

Келлан угрюмо зыркнул на меня.

– Мне нравятся места поменьше, – чарующе улыбнулся он. – Я люблю интим.

– Понятно-понятно, – шепнула я, потянувшись поцеловать его волшебные губы. – Но вдруг тебе и это понравится? Никогда не знаешь, пока не попробуешь. – Я пожала плечами. – Может, будет очень даже неплохо.

– По-моему, ты снова наивна, – покачал головой Келлан.

В мыслях у меня пронесся миллион жутких сценариев, в том числе вполне вероятных, где Сиенна оказывалась постоянной занозой в заднице, а также фантастических, где фирма пичкала Келлана каким-нибудь наркотиком, чтобы Сиенна соблазнила его и затащила в постель. В итоге Сиенна забеременела бы и стала вынашивать самое долгожданное в мире дитя. Ник бы назвал его Платиной.

От этих мыслей я помрачнела.

– Я стараюсь увидеть плюсы.

– Пожалуй, пора сообщить ребятам «хорошие» новости, – протяжно вздохнул Келлан.

Едва «Чудилы» отыграли, нас моментально увели с площадки. Толпа, как обычно, требовала исполнить «С печалью», но ребятам не оставили времени. Ни на это, ни на что-либо другое. Их умыкнули так быстро, что Келлан не успел прихватить свою драгоценную гитару. Весь перелет он переживал по поводу инструмента. Я наскоро прикинула, не перепихнуться ли с ним в туалете, дабы просто отвлечь его, но в итоге заверила мужа, что его сокровище в надежных руках.

Лимузин, ожидавший нас в Лос-Анджелесе, впечатлял: вместо обычной машины приехал удлиненный «хаммер», и у Гриффина чуть не случился удар. Он хищно нырнул в салон, и мы услышали:

– Боже ты мой, Келлан, да здесь есть бар! И шест для стриптиза поместится! Сбылась моя мечта!

Келлан закатил глаза и помог мне погрузиться в гаргантюанский символ достатка – целое состояние на колесах. Ребята обалдели, когда мы поделились новостями. Им нравились «Уходя от расплаты» и все, с кем мы путешествовали, однако турне с Сиенной было крупным событием и сулило еще большие возможности. Резонанс обещал превзойти все ожидания.

К моему удивлению, в автомобиле была и Сиенна. Она держала откупоренную бутылку шампанского и наполняла бокалы, которые подставлял Гриффин.

– Добро пожаловать, милые мои! – воскликнула она, когда мы заняли места.

Мэтт и Эван сердечно приветствовали ее, тогда как Келлан лишь коротко улыбнулся. Сиенна знаком велела Гриффину передавать бокалы и грустно вздохнула:

– Простите, ради бога, что так резко выдернула вас из турне. Да, Ник поступил правильно, но все равно неудобно перед другими группами. Ему не следовало этого делать. – Закончив разливать напиток, она покачала головой, якобы вовсе не понимая менеджера. – Я говорила ему, что так нельзя, пусть оставит вашу команду в покое, но… Ника, бывает, изрядно заносит.

Она выдала очаровательную сочувственную улыбку, но у меня остались сомнения. Излагала-то она хорошо, но ситуация была выгодна ей так же, как и Нику, и я не могла поверить, что Сиенна не приложила к этому руку. Когда бокалы оказались у всех, она подняла свой:

– Начало, может, и не идеальное, но мы достигнем высот! – Она потянулась бокалом в центр салона. – За грандиознейшее в мире турне!

Келлан вздохнул, но чокнулся, как и все. Коль скоро он поддержал тост, его слегка отпустило. Подобно мне, он вряд ли поверил Сиенне, но согласился с ее настроем. Бросить Джастина было нехорошо, однако сделанного не вернешь, и нам предстояло жить дальше.

– Ребята, а автобус-то будет какой! – по-детски взвизгнула Сиенна, отхлебнув шампанского. – Скорее бы вам его увидеть! Вам понравится. Он в тысячу раз лучше прежнего!

Келлан огляделся по сторонам, оценивая роскошь, в которую уже окунулся. Он был не особенно впечатлен. Знай его Сиенна по-настоящему, то поняла бы, что это известие мало что значило для Келлана. Вещи как таковые не радовали его.

Невзирая на поздний – или, напротив, ранний – час, Сиенна настояла на осмотре автобусов. Огни были погашены, но певица объяснила, что караван подтянулся вечером и мальчики спали в ближайшей гостинице. Я воодушевилась. Значит, мы и в отелях будем ночевать? Это была роскошь, которой не могли позволить себе Джастин и компания.

Чуть не светясь от победного ликования, Сиенна устроила нам экскурсию по нашему новому дому. Шествуя по центральному проходу, она проводила рукой по дорогим сиденьям, расставленным вокруг прочно закрепленных столов. Значительную часть «гостиной» занимал скругленный диван, а перед ним к стене крепился плоский телевизор, соседний же отсек был набит видеоиграми. Сиенна не обманула: автобус был намного лучше предыдущего. Живописуя все удобства подряд с чарующим акцентом, благодаря которому даже забавнейшие словечки звучали изысканно, Сиенна проводила нас в спальную зону. В этом автобусе имелись такие же отсеки, как в прежнем, но их было значительно меньше, а потому каждый оказался просторным. Два человека помещались отлично, если лежать в обнимку.