Навстречу завтрашнему дню - Сандра Браун

— Дакс, — легким вздохом прозвучало его имя, прежде чем она приникла к его губам.

— Как ты думаешь, сможешь ли ты справиться с избирательной кампанией? Я имею в виду, сможешь ли сочетать свою работу на радиостанции и все прочее? — Губы его замерли, когда он услышал ее тихий смех.

— Ты всегда остаешься дипломатом и политиком, не правда ли? — Ему хватило такта пристыжено усмехнуться. Запустив пальцы в его волосы, она покачала головой. — Думаю, все мое время будет посвящено любви к тебе.

Глаза цвета черного дерева наполнились любовью.

— Мне это нравится, — небрежно произнес он.

— Дакс?

— Хмм?

— Маделин?

— Что по поводу Маделин?

— Что по поводу Маделин? — повторила она.

Он поднял голову.

— Абсолютно ничего, Кили. И никогда не было, даже до того, как я встретил тебя. Тем более ничего не будет отныне. Она хотела этого. Пресса хотела. Никто не спросил моего мнения. Я воспользовался возможностью привлечь внимание со стороны общественности, которое она всегда привлекала. Возможно, я был не прав, но теперь с этим покончено. Если она захочет внести свой вклад в мою кампанию, то сможет сделать это через соответствующие официальные каналы.

— Останься со мной сегодня ночью.

То, с какой готовностью она приняла его объяснение, прозвучало залогом доверия и любви. Она протянула руку и выключила свет над кроватью, а когда он бросил опасливый взгляд на дверь, она засмеялась.

— Тому, кто попытается зайти, придется пройти мимо Николь, и, думаю, это окажется невозможной задачей.

Даже во тьме она увидела его улыбку. Он сбросил ботинки и лег рядом с ней, нежно прижав ее к себе. Без лишних слов его губы нашли ее губы, слились с ними, приоткрылись. Его язык заскользил по ее зубам и мимо них в ложбину рта, напоминая о тех временах, когда они были близки.

Одна ладонь легла на ее щеку нежно и властно, другая заскользила под пеньюар и нежно легла на грудь. Большой палец принялся легонько ласкать сосок.

— Дакс, — пробормотала она, поворачиваясь к нему лицом, прижимаясь к нему всем телом.

— О боже, Кили, — застонал он, отстраняясь от нее. — Этого не должно произойти. Я должен уйти.

— Нет! — воскликнула она, хватаясь за лацканы его рубашки.

— Мы не можем заниматься любовью. Ты должна отдыхать, выспаться…

— Я отдохну, обещаю, только, пожалуйста, не покидай меня.

Внезапно она оказалась в крепких объятиях.

— Никогда, никогда, — поклялся он. — Я люблю тебя, Кили, и никогда не покину тебя. Никогда.

Он прижал ее голову к своему сердцу, и, ощущая его сильные, ровные удары, она почувствовала, как ее прежние тревоги постепенно исчезают. Это было начало. Вчерашняя душевная боль ушла, сегодняшний день был великолепен, и они с надеждой смотрели в завтрашний день, который так много обещал им.