Жить, чтобы любить - Ребекка Донован

– Ты же знаешь, что это бесполезно, – ответила я, пытаясь приглушить панические нотки в голосе.

– Знаю, – сокрушенно вздохнула Сара.

– Поверить не могу, что вела себя как последняя дура, – выпалила я, вспомнив, как была смертельно напугана там, в машине. – Эван, наверное, теперь точно считает, что у меня с головой не все в порядке.

– Он просто волнуется, – попыталась утешить меня Сара. – И уверена, не стал думать о тебе хуже.

Я сделала глубокий вдох в отчаянной попытке унять дрожь, пока этого, не дай бог, не заметила Сара. Ведь я не могла сказать ей, что если ее мама позвонит Кэрол, то будет еще хуже. И я не могла показать ей, что одна мысль о том, что завтра утром придется вернуться в тот дом, вводит меня в ступор. Я прекрасно понимала, что Кэрол не нуждалась в доказательствах моей вины. Ей достаточно было верить, что я ее ослушалась.

* * *

Я села, вся в мокром поту. Стала судорожно озираться, чтобы понять, где нахожусь. Потом увидела Сару и разжала пальцы, мертвой хваткой вцепившиеся в одеяло.

– Ты стонала. Кричала, что тебе нечем дышать.

– Просто ночной кошмар, – объяснила я и попыталась немного расслабиться. – Который час?

– Половина седьмого, – ответила Сара, явно обеспокоенная моими криками. – Может, хочешь поговорить об этом?

– Даже не помню, что мне снилось, – соврала я. – Тебе надо еще немного поспать. А я пойду приму душ. Хорошо?

У меня в носу все еще стоял запах земли, а легкие до сих пор горели, так как ощущение тяжести сырых комьев, придавивших грудь и мешавших дышать, не проходило. Я вздрогнула и попробовала отогнать наваждение.

Но Сара не стала спать. Она сидела в постели, на колене у нее лежала серебристая коробочка.

– Я собиралась подарить тебе это на Рождество, но не хочу ждать еще целый месяц. – Выражение лица было серьезным и как-то не соответствовало случаю. – Это, конечно, всего лишь пустячок, но я действительно хочу сделать тебе подарок именно сейчас, пока ты еще здесь.

Меня удивила ее несколько странная манера выражаться. Я с опаской покосилась на коробочку. Сара вручила ее мне с несколько натянутой улыбкой.

– Спасибо. – Озадаченная ее странным поведением, я все же попыталась улыбнуться.

Я открыла коробочку и развернула папиросную бумагу. У меня в руке лежал серебристый сотовый телефон. Интересно, почему Сара так нервничала, вручая мне подарок?

– Сара, спасибо большое. Просто класс. А это телефон уже с предоплатой? – спросила я, стараясь сделать счастливое лицо.

– На самом деле он включен в тарифный план нашей семьи. Не волнуйся, тебе это абсолютно ничего не будет стоить.

– Грандиозно! Не знаю, как часто смогу им пользоваться, но все равно спасибо. – Я действительно была страшно благодарна Саре, но что-то в ее тоне меня настораживало, и через секунду мне стало понятно, что предчувствия меня не обманули.

– Ты должна обещать мне, что обязательно позвонишь, когда вернешься домой, – попросила она. – Я должна знать, что с тобой все в порядке. Если до конца дня ты мне так и не позвонишь, я заявлю в полицию.

– Сара! – взмолилась я. – Только не это. Со мной все будет в порядке. Обещаю.

– Тогда позвони мне. Я уже ввела все номера телефонов. – И она показала, как быстро набрать номера ее сотового и домашнего телефонов. В памяти моего нового сотового оказалось еще два номера.

– Девять один один? Сара, ты, наверное, шутишь. Ты что, считаешь, что я не смогу сама набрать этот номер?

– С одной кнопкой у тебя получится быстрее, чем с четырьмя, – мрачно улыбнулась она.

Затем я высветила четвертый номер и недоверчиво посмотрела на Сару. Но она только пожала плечами.

– Я установила звонок в режиме вибрации, чтобы никто не услышал. Зарядное устройство в коробке.

– Сара, я не могу держать это дома, – произнесла я с придыханием.

– А придется. Клянусь, что не буду тебе звонить. И я никому не давала твой номер. Но ты должна обещать, что будешь держать телефон при себе. – У нее в глазах было такое отчаяние, что я не смогла ей отказать.

– Хорошо, обещаю. – Я решила хранить телефон во внутреннем кармане куртки, чтобы его никто не смог обнаружить. – А теперь нам пора идти.

Я плохо помню, как с сумкой через плечо спустилась на негнущихся ногах по лестнице. Но когда открыла входную дверь и увидела припаркованный напротив джип, меня словно парализовало.

– Ой, Эмма! – испуганно пискнула за моей спиной Сара.

– Привет, Сара! – не слишком любезно крикнула Кэрол. – Я вот еду домой от матери и решила забрать по дороге Эмили. Спасибо, что разрешила Эмили остаться у вас.

Сара в панике сжала мою руку. А я с широкой улыбкой смотрела на Кэрол, хотя чувствовала, что задыхаюсь.

– Ну давай же, Эмили! Чего ты ждешь?

И я тяжело заковыляла вниз по лестнице, не осмеливаясь оглянуться на Сару, но ощущая тяжесть сотового телефона во внутреннем кармане. Потом села в машину, закрыла дверь и уставилась прямо перед собой. И сразу оказалась точно в ловушке. Мое тело невольно напряглось и съежилось, чтобы занимать как можно меньше места.

Я ждала, что на меня обрушится поток оскорблений и обвинений. Но в салоне стояла звенящая тишина. Впрочем, онане нуждалась в лишних словах. Размахнувшись, она ударила меня так, что я врезалась головой в боковое стекло. И голова тут же загудела от пронзительной боли.

– Теперь ты даже дышать будешь, если только я тебе разрешу. Похоже, ты забыла, в чьем доме живешь! Ты зашла слишком далеко, твою мать! Но ничего, игра окончена. И в другой раз не вздумай что-то делать у меня за спиной!

И только когда мы свернули на подъездную дорожку, до меня дошел смысл ее слов.

Мы сразу прошли на кухню, и Аманда, наша тринадцатилетняя соседка, сообщила Кэрол, что дети играют наверху, после чего радостно отправилась домой.

Я поплелась дальше по коридору и замерла у двери своей комнаты. Дверь была закрыта, хотя, когда меня не было дома, она всегда оставалась открытой – еще одно дурацкое правило внутреннего распорядка, установленное Кэрол. Я медленно подошла к двери, осторожно ее открыла – и ахнула. Спотыкаясь, перешагнула через порог. В комнате царил жуткий кавардак.

Дверца стенного шкафа была распахнута настежь, и вход в мое тайное убежище зиял черной дырой. Остатки всего того, что я так бережно хранила, валялись у моих ног.

– Считаешь себя самой умной, да? – услышала я голос Кэрол.

У меня сразу напряглась спина, я была как один сплошной обнаженный нерв. Я обернулась и обнаружила, что Кэрол стоит, прислонившись к дверному косяку, со скрещенными на груди руками. Инстинктивно я попятилась назад, сумка свалилась с плеча и упала на пол.