Только с тобой - Кира Фарди

— Ты же говорил, что с ним была не жена.

— Упс! Ошибочка вышла, — засмеялся Илья. — Я посторонний человек, забежал пообедать. Откуда я знаю, что это любовница? Вот пусть наш драгоценный доктор Анисимов и отмывается перед семьей и коллегами.

Так за разговорами они и не заметили, как пролетело время. К вечеру джип уже тормозил у небольшой гостиницы, где снял номер Илья. Они оформились на ресепшн, устроились в номере и спустились на ужин в ресторан при отеле.

— С чего начнем? — спросил Мишка, пока ждали блюда.

— С бабы Ани. Эта вредная старуха знает намного больше, чем притворяется.

— Ты же с ней поссорился в последний визит.

— Это было шесть лет назад. Я даже не уверен, что она жива. Уже тогда у нее тряслись руки, а лицо походило на стиральную доску. Помнишь, раньше такие были?

— А в полицию когда?

— После бабы Ани. Я уже и так все знаю. Хочу только показания одноклассников почитать. Вдруг что-то интересное обнаружу. Еще планирую к классному руководителю зайти. Она тоже могла что-нибудь слышать. Знаешь, как бывает. Все молчат, молчат, а потом и проговорятся.

— Так, еще не учебный год.

— Конец лета, учителя уже на работе, думаю.

Составив примерный план действий, утром друзья сразу направились к старому дому. Они вышли из такси. Илья огляделся, вспоминая дни своей жизни в этом подъезде. Сердце невольно сжалось.

Он остановился.

Вот здесь они с отцом разгружали мебель. Сердитая Оля прошла мимо, ворча себе под нос ругательства. А там, взгляд сместился вправо, бабушки сидели на скамеечке и разглядывали новых жильцов. Кажется, это было только вчера, а сколько неприятностей они пережили за эти годы! Илья вздохнул.

— Ты чего? — поинтересовался Мишка.

— Так. Что-то тревожно стало. Боюсь я, Миш, что не сумею разыскать этих гадов. Ладно, это минута слабости. Прости, — махнул он рукой.

Во дворе ничего не изменилось. Будто машина времени остановила свой бег. На скамейке по-прежнему сидели старушки. Сердце заколотилось от радости. Он отправил Мишку в магазин купить несколько баночек сока, чтобы угостить женщин, а сам пошел к ним. Илья встал так, чтобы солнечные лучи попадали прямо в глаза старушек, а его лицо оставалось в тени.

— Бабулечки, здравствуйте! — весело поприветствовал он пожилых леди.

— Ну, здоров, коли не шутишь, — также весело ответили они, подслеповато щурясь и пытаясь разглядеть его сквозь поток света. — Ты, чей будешь?

— Шереметов я, Илья.

— Не знаю такого. А ты, Клав?

— И я не припомню. А в какой квартире живешь?

— Я жил вот в этом подъезде, — Илья махнул рукой, — шесть лет назад.

— О, кто ж тебя теперь узнает, милок, давно это было.

— А вы Анну Николаевну не видели? Раньше она здесь всегда сидела.

— Захарову? Если ты про нее спрашиваешь, то Анюта сейчас почти не выходит. Ноги отказали, милок. К ней только социальные работники раз в день наведываются. Уберутся, есть приготовят, и все. Вот за границей, говорят, — бабушка с пучком на голове повернулась к соседке в шляпке, — есть специальные учреждения, где такие старики, как мы, свой век доживают. А у нас таких нет, что ли?

— И у нас есть хосписы, — ответил Илья, — только они не бесплатные, и документов много оформлять надо.

— А-а-а-а, — старушки потеряли к Илье интерес и заговорили о пенсионной реформе, ругая современное правительство.

— Бабулечки, угощайтесь, — он протянул старушкам сок, принесенный Мишкой. — А в какой квартире Анна Николаевна живет?

— А тебе зачем? — насторожились бдительные бабки. — Хочешь квартиру у Анюты оттяпать? Конечно, если родственников нет, каждый может обмануть.

— Нет, что вы, — замахал руками Илья, — я помочь хочу.

— А, ну, шагай отсюда, помощничек! А то в полицию позвоню.

— Что делать будем? — спросил Мишка, когда они отошли на приличное расстояние.

— Надо узнать, кто навещает нашу бабу Аню, и прийти вместе с ним, вот и все. Второй вариант — прийти с полицией.

На выяснение этих вопросов ушло полдня, но Илья добился своего: после обеда они направились к бабе Ане в сопровождении социального работника, женщины средних лет с таким недовольным выражением лица, будто ее тащили на эшафот. Она открыл дверь своим ключом и пропустила друзей вперед, а сама поздоровалась со старухой, сидевшей в инвалидном кресле, и отправилась в кухню.

Илья и Мишка топтались в прихожей, не зная, как начать разговор.

— Вы чего там стоите? Раз явились в гости, говорите, зачем пришли, — рявкнула старуха, и Илья сразу вспомнил, какой злобной и ядовитой она могла быть.

Илья молча снял обувь и прошел в комнату. Анна Николаевна указала рукой на стул, он сел и огляделся. Везде царил хаос и запустение. Сразу было заметно, что хозяйка не занималась квартирой. В каждом углу стояли какие-то коробки, стопки книг, покрытые пылью, старые журналы. Огромный фикус с большими листьями упирался в потолок. Шторы висели криво, пристегнутые к гардине через один-два крючка.

— Что, Илья, смотришь? Старость не радость. Ко всем приходит.

— Вы меня узнали? — изумился Илья, не ожидавший такой встречи.

— Голова работает еще хорошо, а вот тело подводит.

— Хотите, мы вам с Мишкой, это мой друг, — Илья оглянулся на парня, все еще стоявшего в дверях, — все уберем, а лишнее выкинем?

— Нет, уж. Я с этим барахлом жила всю жизнь, с ним и помру. А вот это дерево можешь выставить в коридор? Свет загораживает. Ее прошу-прошу, — Анна Николаевна кивнула в сторону женщины, гремевшей крышками на кухне, — а она все отмахивается. Авось, кому-нибудь понадобится.

Пока друзья выносили фикус, женщина от социальной службы накрыла круглый стол в комнате клеенкой и поставила чашки.

— Вы в гости к бабке шли, но даже тортик не принесли, — шепнула она парням, и Мишка тут же сорвался с места.

— Ну, рассказывай, что тебя снова привело ко мне? — спросила Анна Николаевна.

Илья покосился на женщину, сновавшую с тряпкой по квартире, не решаясь начать.

— Вы помните Олю Звонареву? — наконец выдавил он из себя?

— Эту шалаву подзаборную? Как же ее забудешь. Ходила тут, рыжими волосами сверкала, мужиков завлекала.

Илья почувствовал, как закипает, но подавил в себе желание нагрубить и продолжил.

— Зря вы, Анна Николаевна, так набросились на Олю. Она не шалава, как вы сказали, а хорошая и добрая девушка.

— Ой, не надо. Защитничек нашелся! Вот таких простачков, как ты, эти ведьмы и приманивают.

— Никого она не приманивала! — горячо воскликнул Илья. — Ее на выпускном вечере изнасиловали двое неизвестных мужчин.