Записки успешного манагера - Эмилия Прыткина

Написала эту легенду и придумала первый пост:

Даже если завтра сбудутся все мои желания, если ты, любовь моя, примчишься с букетом роз, станешь на колено и сделаешь мне предложение, если наш арт-директор решит повысить мне зарплату в три раза, если вдруг кто-то обратит внимание на мои стихи и рассказы и скажет, что это здорово, — я начну визжать от радости, недельку повитаю в облаках, а потом опять буду грызть ногти и искать новую проблему, ибо такова моя сущность.

Потом села и за полчаса накатала опус о моих несостоявшихся свекровях. Прочитала, даже самой смешно стало. С удивлением обнаружила, что стала писать в совершенно новой, не свойственной мне ранее манере: стихи у меня в основном депрессивные, а тут появилась какая-то ирония, приколы всякие. Отправила в сообщество. Вот что получилось.

Нет зверя страшнее свекрови

Знакомства с моей первой несостоявшейся свекровью так и не произошло, ибо, узнав о моем бренном существовании, она позвонила мне по телефону и выдала, что не для такой «черножопой обезьяны» мати квитоньку растила. «Квитонька» представлял собой нагромождение мышц, был под два метра ростом и частенько валялся в ближайшем ганделыке в стельку пьяный, вызывая явное недовольство официанток, которым приходилось вчетвером выволакивать бездыханное тело на улицу в двенадцать ночи. Но все эти обстоятельства не играли абсолютно никакой роли. Точку в наших отношениях поставило заявление «квитоньки»: «В моей жизни есть две дорогие сердцу вещи — мама и водка».

Вторая несостоявшаяся свекровь встретила меня хлебом-солью, запеченной в духовке свининой и бутылкой «Холодного яра». После того как сынуля в двенадцать часов ночи был отправлен за тридевять земель за второй бутылкой, у нас завязалась дружеская, весьма непринужденная беседа, в ходе которой мне было сообщено следующее:

1. Андрюшенька прошел Афган, и поэтому у него больная психика.

2. Андрюшеньку бросила жена, и он «из говна» не платит алименты на дочь. О существовании дочери я слышала впервые.

3. Андрюшенька очень талантлив, но все еще ищет себя (это в тридцать два-то года).

4. Андрюшеньке негде жить.

5. Мое антикварное пианино мне ни к чему, мама Андрюшеньки уже нашла человека, которому его можно выгодно продать.

6. Андрюшенька собирается торговать подсолнечным маслом на рынке, и ему нужен реализатор. Моя кандидатура как раз кстати, поскольку все деньги в этом случае будут уходить в семью.

Меня, расфуфыренную барышню, на тот момент работающую референтом в крупной торговой компании, такое положение дел не устраивало, и в ответ я выпалила, что:

1. Брат моего деда — национальный герой Армении, который прославился тем, что собирал в хурджин (кожаный мешок для воды) уши убитых им турков.

2. Двоюродные брат и сестра моего отца сошли с ума.

3. Еще один брат зарЭзал собственную жену, а после сам повесился в тюрьме.

4. Мой брат боксер, но его не допускают к соревнованиям, потому что пару раз он чуть не убил на ринге своего тренера.

5. В детстве я переболела коклюшем, свинкой, желтухой, краснухой, страдала энурезом и до сих пор часто бегаю по ночам.

6. Мой отец категорически против нашего с Андрюшенькой брака.

7. Маслом торговать я не буду, поскольку моя работа меня вполне устраивает.

Вернувшийся с бутылкой Андрюшенька обнаружил картину маслом: мы с маман рассматривали семейный альбом, пили кофе и хохотали. Чтобы Андрюшенька не отвлекал нас от беседы, он был снова послан за тридевять земель, теперь уже за сигаретами. Провожая меня домой, мама Андрюшеньки икнула и прошептала мне на ушко: «Я думаю, мы с тобой поладим, ты баба неглупая».

К концу второй недели с маман я общалась намного чаще, чем с Андрюшенькой. И все было бы хорошо, но вдруг Андрюшенька пропал. Он не объявлялся два дня, и маман забила тревогу. Был собран семейный совет, на котором выяснилось, что последним человеком, который его видел, былая. Здесь всплыло еще одно пикантное обстоятельство: Андрюшенька одолжил у одного друга крупную сумму денег, чтоб отдать другому. Говоря об этом, маман хищно посмотрела на меня, и я живо представила, как в ее мозгу нарисовалась картина «Кровожадные кавказцы, закопавшие труп сынули в лесу, радуются и подсчитывают награбленное».

Было решено сообщить об инциденте в милицию. Но тут в разговор вмешалась тетка, которая посоветовала сперва обратиться к бабе Варе — проверенной ворожее. Меня схватили в охапку и, невзирая на вопли «а-а-а, суки, не пойду!», потащили к бабе Варе. Ведунья прямо с порога поняла, в чем дело, и начала размахивать у меня перед носом вонючей дымящейся тряпкой. Потом приказала держать меня за руки и за ноги и принялась бегать вокруг, совершая магические ритуалы. Я, онемев от ужаса, не могла произнести ни слова. Когда спустя полчаса выяснилось, что порчи на мне больше нет, я испуганно прошептала: «А-а-а, нам Андрюшу найти надо!»

Баба Варя не растерялась, посмотрела на нас и крякнула: «Жив он, вернется через неделю!»

После этого я была благополучно отпущена, а баба Варя разжилась серебряными сережками, которые она успела с меня стащить, и пятьюдесятью баксами.

Андрюша действительно нашелся спустя неделю. Он приехал с синим, отекшим лицом и сообщил, что отдыхал у друга за городом. Две тысячи баксов были безвозвратно утеряны в электричке, а по правде сказать — пропиты.

На следующий день он был отправлен в отставку уже моей мамой, с мнением которой я в кои-то веки согласилась. Несостоявшаяся свекровь звонила мне еще пару раз, причем последний по поводу продажи пианино, которое я не собиралась продавать в принципе.

Посмотрим, что из этого получится.

Пошла покурила, вернулась и затеяла любовную переписку со Швидко. Швидко написал, что ему очень понравилась наша вчерашняя поездка, что я была очень сексуальной в купальнике и что, оказывается, у меня очень даже красивая фигура.

Это «оказывается» поразило меня в самое сердце, поскольку я была твердо уверена, что моя осиная талия, высокая грудь и покатые бедра сыграли не последнюю роль в нашем, так сказать, сближении.

А ты что, раньше этого не замечал? — поинтересовалась я.

Да нет, ты же постоянно ходишь в брюках и каких-то мешковатых свитерах, — ответил он.

А на концерте?

Ну, на концерте я думал о концерте.

Вот и пойми мужскую логику. Стала собираться домой.

— Подожди, не уходи, тебя тут какой-то Олег Викторович спрашивает, — сказала офис-менеджер.

— Какой Олег Викторович, нет у меня таких клиентов, — пожала я плечами.

— Ну и Мила Муратовна у нас только одна, так что бери трубку, — обиженно сказала офис-менеджер.