Дикий мед - Кэрол Финч

– Ты здесь телом, но не душой, Белый Призрак, – заметил Чанос, видя, что его кровный брат смотрит куда-то вдаль.

Когда Белый Призрак вернулся в страну апачей с ее скалистыми вершинами и колючими кустарниками, он с изумлением обнаружил, как много осталось здесь эго, что напоминает ему о Мориа.

Пока они с Чаносом поднимались по извилистой дорожке к лесу Дьявола, где должна была состояться встреча вождей, индейцу пришлось по нескольку раз повторять свои вопросы, чтобы Белый Призрак наконец услышал их и ответил ему.

Настроение Девлина становилось мрачнее с каждым днем. Он прибыл сюда, чтобы выполнить обещание, данное Чаносу и вождям племен апачей Херонимо и Кочису; однако его мысли были заняты Мориа. Девлин очень надеялся, что Бэррету удастся вернуть ее. Черт бы побрал упрямую красавицу! Мориа исчезла, даже не попрощавшись, и это очень уязвляло Девлина.

Она отправилась в путь, взяв с собой лишь лошадь из конюшни, – без денег, без пищи, без ничего. Каким образом она намеревалась жить в горах? Похоже, слова Джессики задели ее столь больно, что ей было безразлично, останется ли она в живых вообще, если покинет его негостеприимный дом.

– Эй, Белый Призрак, – толкнул его в бок Чанос.

Девлин отвлекся от своих мрачных размышлений и обвел взглядом угрюмые лица бредущих по узкой тропинке Кочиса и Херонимо. За этими двумя следовали вожди других племен. Вся процессия направлялась к расположенному в священном ущелье Алтарю Солнца.

Девлин сделал усилие, чтобы сосредоточиться на главной задаче, которая собрала вместе столь авторитетных вождей. Ему предстояло убедить их в серьезности нависшей над индейцами опасности и в необходимости немедленных и решительных действий. Если он не сможет сделать свои аргументы достаточно вескими, хорошо вооруженные драгуны без труда перебьют племена поодиночке.

Взгляд Девлина скользнул по высокой фигуре Кочиса. Вождь племени чирикахуа был широкоплеч и плотно сбит, имел прямой нос и волевые черты лица. Его морщины свидетельствовали о том, сколько горя, боли и вероломства довелось увидеть в жизни этому человеку.

Херонимо был ниже Кочиса ростом, зато шире в плечах. Под бронзовой кожей его рук играли могучие мускулы. Своими острыми черными глазами и крючковатым носом он походил на орла. Губы Херонимо были сжаты в прямую линию. У Девлина мелькнула мысль: действительно ли эти губы когда-нибудь улыбались? Если такое и случалось, то, по всей видимости, очень давно – последний год у индейцев совсем не было поводов для веселья.

Не было радостей в этот год и у Девлина – лишь на короткий миг в его судьбе промелькнула Мориа, чтобы исчезнуть навсегда. Впрочем, ему нужно думать сейчас о куда более серьезных вещах...

– Когда-то я дал клятву апачам, – начал Девлин, оглядывая лица вождей, – и теперь намереваюсь ее выполнить. Я хочу уничтожить Беркхарта, причем так, чтобы в этом обвинили только меня. Если его убьют индейцы, то это станет предлогом для войны против них.

– Ты пытаешься обмануть нас снова, – возразил ему Макадо. В его голосе проскользнуло презрение. – Однажды ты уже позвал наших людей в долину Смерти, и после этого мы за тобой больше никуда не пойдем.

Какое-то время Девлин молча смотрел на Макадо. Раны, нанесенные индейцу Мориа, по-видимому, зажили, но удар по самолюбию по-прежнему продолжал его терзать. Похоже на то, что Макадо настроен дать ему сегодня решительный бой.

Кочис поднял руку, чтобы не допустить словесной перепалки.

– Белый Призрак доказал свою честность. Многие годы его семья покупала наш скот по справедливым ценам. Он всегда относился к нам с уважением. Я думаю, он не может быть предателем.