Уитни, любимая - Джудит Макнот

Кларисса застыла с остекленевшими глазами, словно пригвожденная к полу, судорожно вцепившись в спинку стула.

– Кларисса! – резко окликнула леди Энн. – Не вздумай только упасть в обморок!

– Благодарю, леди Джилберт, не стоит, – повторил доктор Уитком, в третий раз отказываясь от еды и подкрепляющих напитков, которые дама в порыве чрезмерной вежливости предлагала ему.

Он уже ответил на все расспросы относительно лондонской погоды, погоды в сельской местности и в подробностях описал свою поездку. Когда же она попыталась втянуть его в дискуссию относительно того, сколько снега ожидается зимой, доктор Уитком без обиняков заявил:

– Прошу прощения, не мог бы я осмотреть мисс Стоун?

Леди Джилберт повела его наверх и постучала в четвертую дверь слева по коридору. После неоправданно долгой паузы дверь открыла приземистая пожилая горничная, чей чепец косо сидел на седой голове, то и дело угрожая свалиться. Доктор Уитком, давно и хорошо знакомый с характерами и темпераментами богатых, избалованных молодых леди, немедленно предположил, что мисс Стоун, капризная, испорченная особа, загоняла до полусмерти несчастную горничную, и теперь та едва держится на ногах.

Это заключение подкреплялось видом самой пациентки, девушки поразительной красоты со здоровым румянцем на лице, лежавшей, однако, на широкой кровати и взиравшей на несчастного доктора с плохо скрытой враждебностью. Взгляд нефритово-зеленых глаз на миг остановился на его лице, безразлично скользнул по черному сюртуку и с тревогой остановился на кожаном саквояже.

Повинуясь профессиональному долгу, доктор попытался отвлечь внимание перепуганной пациентки от саквояжа с инструментами и поэтому, поставив его на пол у постели, ободряюще заметил:

– Его светлость герцог Клеймор крайне обеспокоен вашим здоровьем.

Два багровых пятна выступили на высоких скулах девушки.

– Он – само воплощение доброты и участия, – прошептала она сдавленно.

– Совершенно верно, – согласился доктор Уитком, не в силах поверить, что действительно расслышал некий саркастический оттенок в словах девушки. – Насколько я понимаю, мисс Стоун, вы упали с лестницы и сильно ушиблись? – И, протянув руку к одеялу, вежливо предложил: – Давайте посмотрим на ваше колено.

– Не нужно! – внезапно завопила девушка, прижимая одеяло к подбородку и злобно оглядывая доктора.

Тот в недоумении уставился на пациентку, но тут же понял, что ее тревожит, и, немного смягчившись, подвинул стул и сел.

– Дорогая моя, – мягко начал он, – мы живем не в средневековье, когда женщина отказывалась обратиться к доктору лишь потому, что тот родился мужчиной. Поверьте, я восхищаюсь вашей скромностью, Господь видит, подобные качества так редки в наши дни, но сейчас для этого неподходящий момент, и я уверен, ваша тетя поддержит меня. Ну а теперь…

Он снова попытался откинуть одеяло, но пациентка лишь судорожно стискивала кулачки.

Доктор Уитком пожал плечами, начиная раздражаться.

– Смею заверить, я опытный врач, у которого много пациентов-женщин, включая ее величество королеву. Надеюсь, это убедит вас, что бояться нечего, мисс Стоун.

– Но это ничуть меня не убеждает! – выпалила пациентка удивительно сильным голосом для человека, которого терзает мучительная боль.

– Юная леди, – предупредил доктор, – его светлость настоятельно велел мне осмотреть ваше колено и прописать необходимое лечение. И, – добавил он зловеще, – герцог потребовал, чтобы вас удерживали силой, если это понадобится!

– Силой?! – взорвалась Уитни. – Какая невероятная наглость! Хотела бы я знать, кто посмеет сделать подобную…

Она осеклась, ясно представляя, как Клейтон врывается в спальню, в нарушение всех законов приличия и благопристойности, и прижимает ее к постели, пока доктор осматривает «больную» ногу.

Девушка в отчаянии пыталась найти способ не дать врачу приблизиться к ней. Единственной надеждой оставалась чрезмерная скромность. Она устало прикрыла глаза, но тут же кокетливо приподняла ресницы, взирая на доктора в очаровательном смущении, и начала застенчиво перебирать складки простыни.

– Я знаю, какой глупенькой и наивной кажусь вам, доктор Уитком, но, честное слово, просто умираю от стыда при мысли, что придется… придется обнажиться… перед незнакомым мужчиной… пусть даже и доктором.

– Но, дорогая, речь идет всего-навсего о том, чтобы обнажить колено!

– Я ничего не могу с собой поделать! – с видом оскорбленной добродетели запротестовала Уитни. – Вы не знаете меня, но его светлость должен был принять в расчет мои нежные чувства! Я просто шокирована таким грубым пренебрежением к моей… моей…

– Девической стыдливости? – лукаво подсказал доктор, подумав про себя, что Клеймору придется немало потрудиться в свою брачную ночь и что эта женщина доставит ему немало хлопот! Хорошо еще, что его светлость не новичок там, где дело касается женщин.

– Совершенно верно! Я не сомневалась, что вы поймете!

Доктору Уиткому пришлось, хотя и неохотно, капитулировать:

– Хорошо, мисс Стоун, я не стану вас осматривать при том условии, что вы обратитесь к местному доктору.

– Немедленно! – пообещала Уитни, награждая доктора сияющей улыбкой.

Тот наклонился и, защелкнув саквояж, поднял его.

– Вероятно, вы знаете врача, которому часто приходится иметь дело с вывихами и переломами… кого бы вы не стеснялись так сильно?

– Врача, которому приходилось бы иметь дело с вывихами и переломами? – повторила Уитни, лихорадочно роясь в памяти. – Да! Конечно, да! – с торжеством объявила она.

– Кто он? Как его зовут? – настаивал мистер Уитком.

– Томас, – поспешно объявила Уитни, широко улыбаясь в восторге от собственной сообразительности. – Я бесконечно доверяю ему, как, впрочем, и все в округе, и каждый, у кого случится вывих или перелом, обращается к нему за помощью. Не беспокойтесь, доктор Уитком, я обязательно попрошу его позвать. Благодарю вас за визит и очень сожалею, что причинила вам столько беспокойства. Кларисса проводит вас.

– Не спешите, мисс Стоун, – возразил доктор Уитком. – Я еще не уезжаю. И приду повидаться с вами после того, как поговорю с доктором Томасом.

– О Боже милостивый, – охнула Кларисса, хватаясь за кроватный столбик, чтобы не упасть.

Однако доктор Уитком не обратил внимания на странное поведение горничной и, сунув два пальца в карманчик жилета, вынул тяжелый золотой хронометр, посмотрел, который час, и щелкнул крышкой.

– Кучер и экипаж его светлости уже ждут, так что, если кто-нибудь будет так добр проводить меня к доктору Томасу, я скоро привезу его с собой – конечно, после того, как поговорю с ним и сумею убедиться в его компетентности.

Уитни приподнялась на локтях и в ужасе уставилась на доктора: