Черный маркиз - Джо Беверли

Лорд Рэндольф открыл дверцу кареты, вышел и что-то сказал кучеру на козлах, а затем протянул руки, чтобы принять Диану.

Карета тронулась с места и покатила дальше по дорожке, а лорд Рэндольф внес Диану в какую-то заброшенную кухню. Скорее всего это был двухкомнатный домик с чердачным помещением наверху. Были ли они здесь одни?

Затем Диана оказалась в спальне — комнате с большой простой кроватью.

Лорд Рэндольф вел себя вполне уверенно, и она с трудом подавила страх. Этот негодяй сильнее ее физически, но у нее есть пистолет.

«Только развяжи меня», — мысленно просила Диана.

Но он положил Диану на кровать и отступил, плотоядно глядя на свою жертву.

— Вас приятно держать в объятиях, леди Аррадейл, и мне очень повезло. — Он сел на край кровати и положил руку на ее грудь. Диана содрогнулась от отвращения.

— На вас нет корсета? — спросил он с гнусной ухмылкой. — Не хотели лишних неудобств при встрече со мной? — Он сжал пальцы. — Надеюсь, вы не часто играете в такие игры…

— Нет! Мне больно! Я уже сняла корсет, когда обнаружила вашу записку.

Он медленно разжал пальцы и погладил ее, но глаза его оставались холодными.

— Я очень рассержусь, моя дорогая женушка, если окажется, что вы уже не девственница. Мне нравится лишать девушек невинности. Так почему же вы все-таки пошли на тайное свидание?

Диана попыталась принять застенчивый вид.

— Просто мне было скучно, а ваше письмо, милорд, обещало некоторое развлечение.

Он засмеялся:

— Могу допустить, что вам было скучно. Жизнь при дворе короля Георга кажется тусклой и вялой, — сказал он, вставая и снимая камзол. — Но больше вам скучать не придется, я с удовольствием развлеку вас.

— Пожалуйста, не делайте этого здесь!

Он покачал головой и начал снимать жилет.

— О Боже. Все вы такие, девственницы. Вечно беспокоитесь по пустякам. Какая разница, где это произойдет?

— Я хочу сначала выйти замуж! — запричитала Диана, тщетно пытаясь высвободиться. — Я хочу лежать не на такой ужасной кровати. Хочу, чтобы она была усеяна лепестками роз!

Лорд Рэндольф разразился смехом. При иных обстоятельствах он выглядел бы довольно красивым и даже привлекательным. Этот тупой болван не мог понять, что любая женщина возненавидит его, если он захочет силой овладеть ею.

Он вышел из комнаты, и она облегченно вздохнула, хотя сердце ее продолжало бешено колотиться. Как же его остановить?..

Лорд Рэндольф вернулся л бросил на нее горсть лепестков.

— Вот, моя дорогая. Теперь не говори, что я не исполняю любую твою прихоть.

Затем он снял галстук и рубашку, обнажив широкую волосатую грудь.

Лорд Рэндольф продолжал раздеваться. Штаны его уже оттопырились. Он покачал головой и сказал, как будто Диана была глупым ребенком:

— Не бойся, моя розочка. Мы обязательно поженимся, так что в этом нет никакого греха, будет только немножко больно. С таким опытным любовником, как я, ты получишь удовольствие.

Если бы он грубил и говорил всякие гадости, Диане было бы легче перенести это унижение. Но его самодовольство и уверенность в том, что ничего особенного не происходит, переполняли ее ненавистью. К тому же Диана чувствовала себя совершенно беспомощной.

Лорд Рэндольф наклонился и провел ладонью по ее лбу.

— Успокойся. Видишь, я собираюсь развязать тебя.

Диана замерла. Наконец-то. Ей нужно лишь одно мгновение, чтобы достать пистолет. Только одно мгновение. Она посмотрела на него:

— О, благодарю вас, лорд Рэндольф.

Он вытащил нож и поднес его к веревке, стягивающей ее ноги.

— Назови меня своим мужем, моя дорогая.

Диана отвернулась, как будто застеснявшись.

— Мой муж.

Он разрезал веревку, и Диана едва не вскочила на ноги.

«Нет. Надо потерпеть, — сказала она себе. — Подожди, когда освободятся руки».

Однако лорд Рэндольф раздвинул ей ноги и накинул петлю на одну из ее лодыжек.

— Зачем вы это делаете? — крикнула она, запоздало пытаясь пнуть его ногой.

Он крепко привязал ее лодыжку к одному из столбиков, на которых крепился балдахин.

— Сожалею, моя дорогая, но ты можешь попытаться оказать сопротивление, и от этого тебе будет только хуже.

Осознав грозящую ей опасность, Диана пыталась сопротивляться, но не смогла помешать ему привязать вторую ногу к другому столбику.