Влюбленный воин - Хизер Гротхаус

Незнакомец остановил своего коня в нескольких шагах от Тристана, и какое-то время эти двое молча смотрели друг другу в лицо. Потом одновременно спешились, и темноволосый рыцарь, протянув руку, проговорил:

— Я приехал, как только смог собрать своих людей. Когда нанесем удар?

Крепко пожав руку рыцаря, Тристан ответил:

— Уже скоро. Как только совсем стемнеет.

— Я Николас Фицтодд, — сказал незнакомец. — Тебе ведь знакомо мое лицо?

Тристан молча кивнул — и тут же словно окаменел; лишь подергивание щеки свидетельствовало о том, что он живой человек, а не изваяние.

Тут Николас заговорил снова:

— Я сразу узнал тебя, Тристан Д'Аржан. Ведь ты — мой брат.

Эти слова младшего брата вывели Тристана из оцепенения. Он привлек Николаса к себе и заключил в объятия.

— Да, конечно… Мы с тобой братья, — прохрипел Тристан, похлопывая Николаса по спине.

У Баррета от волнения перехватило горло, и он отвел глаза. Точно так же поступили почти все воины Тристана.

Наконец братья разомкнули объятия и одновременно откашлялись, скрывая свое волнение.

— Я сейчас прикажу своим людям присоединиться к тебе, — сказал Николас. Шагнув к своему коню, он забрался в седло.

Час спустя отряды соединились, а затем братья обсудили план штурма, чтобы действовать согласованно. А стражи на стенах, конечно же, давно уже поняли, что всадники, собравшиеся у замка, вскоре начнут штурм.

Поглядывая на брата Николаса и Баррета, Тристан остро ощущал отсутствие Фаро, с которым участвовал в сотнях сражений. Но даже сейчас, когда лучшего друга не было с ним рядом, он сердцем своим чувствовал: Фаро по-прежнему с ним.

Наконец солнце стало опускаться за холмы, и Сикрест начал погружаться в закатную розовую дымку. Прошло еще какое-то время, и Тристан негромко произнес:

— Едем.

В следующее мгновение его воины издали громкий боевой клич, который тотчас же подхватили люди Николаса. И вслед за этим четыре сотни воинов начали стремительно спускаться по холму. Когда они приблизились к стенам Сикреста, на них посыпался град стрел, выпущенных защитниками замка. Но нападавшие почти не пострадали, потому что закатные лучи солнца слепили лучников.

Прошло совсем немного времени, и старые деревянные ворота, не выдержавшие мощного натиска штурмующих, раскололись в щепы. Раздался оглушительный треск, и воины ворвались во двор замка; впереди же скакали Тристан и Николас. Их встретили защитники замка, и тотчас же зазвенели мечи и послышались отчаянные крики поверженных. Воины Найджела встречали нападавших пешими, они были плохо подготовлены к такой битве — ведь лорд Найджел после захвата Сикреста ни разу не подвергался нападению. Люди Тристана и Николаса шаг за шагом теснили их, и вскоре трупы защитников замка усеяли весь двор.

Тристан, крушивший врагов направо и налево, изредка поглядывал на Николаса и невольно усмехался. Похоже, что его младший брат — умелый и грозный воин. У самого входа в башню Николас присоединился к Тристану, и тут же появились люди молодого барона с тяжелым дубовым тараном для взлома дверей.

— Посторонитесь, милорды! — выкрикнул один из воинов во главе нападавших.

Тристан с Николасом переглянулись и убрали мечи в ножны. Затем спешились, чтобы очистить место для тарана.

— Ну-ка! Вперед! — крикнул воин, и таран врезался в дверь.

Однако дверь не поддалась, и воин закричал:

— Еще раз! Вперед!

Дверь и на сей раз, выдержала удар, хотя и затрещала.

— Надо еще сильнее! — закричал Николас. Тристан кивнул и присоединился к воинам, крепко вцепившись в ручку тарана.

— Ну-ка! Вперед!

Таран обрушился на дверь, массивные створки тут же затрещали, а затем с оглушительным грохотом рухнули на пол.

Сила удара была такова, что воины по инерции влетели в зал, и только Тристан успел выпустить ручку тарана и отступить в сторону. Обнажив меч, он переступил порог и осмотрелся. В глубине зала, прямо напротив него, сидел за столом его враг с чашей вина в руке. Причем Найджел смотрел на Тристана со снисходительной и насмешливой улыбкой. А между ним и Дональдом сидела Хейд, и у горла ее кузнец держал кинжал.

Сердце Хейд радостно подпрыгнуло в груди, когда двери рухнули и в зал ворвались воины, а вместе с ними Тристан с мечом в руке. Но уже в следующее мгновение она почувствовала, как Дональд приставил к ее горлу холодное и острое лезвие.

— Добро пожаловать, лорд Тристан, — сказал Найджел с ухмылкой. — Как мило, что вы нанесли мне визит. Конечно, я ожидал вашего появления, но не так скоро.

А нападавшие тем временем уже заполнили весь зал и окружили стол, за которым восседал в кресле лорд Найджел.

— Отпусти ее, Найджел! — закричал Тристан. — Отпусти, и тогда я дам тебе шанс сразиться со мной в честном бою, один на один!

— О, я не собираюсь с тобой драться. — Найджел рассмеялся и провел пальцем по груди Хейд. Потом потянул за шнуровку на ее корсаже. — Неужели из-за нее стоит проливать столько крови? Что ж, скоро я это узнаю.

Почувствовав прикосновение Найджела, Хейд крепко зажмурилась.

— Будь осторожнее, Тристан! — раздался вдруг чей-то голос. — Держись подальше от него, иначе он убьет тебя.

Хейд открыла глаза и увидела до странности знакомое лицо человека, пытавшегося удержать Тристана от необдуманных действий.

Взглянув на возлюбленного, она пробормотала:

— Да, Тристан, не надо…

— Придержи язык, потаскушка! — взревел Найджел, потеряв терпение. Он схватил девушку за волосы и с силой рванул к себе, так, что лезвие Дональда оцарапало ее шею, а из ранки заструилась кровь.

Найджел прикоснулся пальцем к ранке, затем сунул палец в рот.

— О, какая ты сладкая, — проговорил он с ухмылкой.

Из горла Тристана вырвался рык, и на лбу у него отчетливо обозначились вены. Вырвавшись из рук Николаса, он бросился к Найджелу. Но Баррет вовремя удержал своего господина, и Николас снова схватил его за руку.

— Полагаю, я совершил глупость, доверившись твоей матери, Тристан, — сказал Найджел. Он вновь толкнул Хейд к Дональду и, взяв со стола чашу с вином, поднялся на ноги. — Мне следовало знать, что все женщины лгуньи и дуры и баронесса Крейн не является исключением.

— Наша мать не дура! — прокричал Николас. — Она сразу же тебя раскусила!

Хейд снова посмотрела на темноволосого рыцаря, и глаза ее округлились; теперь-то ей стало ясно, почему лицо этого человека показалось ей знакомым. Значит, баронесса Крейн была матерью Тристана, Женевьевой Д'Аржан! А темноволосый молодой человек — брат Тристана! Да-да, конечно, они очень похожи друг на друга…

Найджел в изумлении уставился на Николаса: