Лилия и Леопард - Сьюзен Виггз

— Да, остальные мои люди ждут дальнейших приказаний.

— Ранд! Ранд! — послышались радостные крики детей.

Одетые кто во что горазд, они шумной толпой выскочили из дверей, оттолкнув Ладжоя.

— Где ты был, Ранд?

— Посмотри, как вырос мой котенок!

— Почему ты такой грязный?

— Ты принес свою арфу?

— А у меня в прошлом месяце выпало два зуба.

Ранд наклонился и с трудом заключил всех в объятия, потом, улыбаясь, взглянул на Ладжоя.

Старик отвесил ему поклон.

— Добро пожаловать, милорд!

Ранд от души рассмеялся. Выпрямившись, он подмигнул детям и, пообещав им вечером спеть перед сном балладу, вслед за Ладжоем вошел в таверну.

В нос ему ударил запах свежей штукатурки и горячего хлеба. Усталость и голод сразу дали о себе знать; Ранд поднес руку ко лбу, покачнулся и начал медленно оседать на пол.

С неожиданным проворством к нему подскочил Ладжой.

— Проклятие! Это все равно, что держать падающий дуб! — он с трудом усадил Ранда на скамью и рявкнул: — Мари, принеси нашему господину поесть и выпить. Ради Бога, поскорее, женщина!

Крайне раздосадованный своей слабостью, Ранд вытер рукавом лоб, покрывшийся крупными каплями холодного пота, и разразился редким для него ругательством. Лишь съев три порции жаркого и несколько ломтей теплого хлеба, он наконец-то почувствовал себя самим собой.

— Итак, — сказал Ладжой, внимательно глядя на рыцаря. — Ты был гостем Жерве Мондрагона. Мы только вчера узнали об этом.

Ранд насторожился.

— Кто сказал вам?

Ладжой пожал плечами.

— Не знаю, он нам не представился. Этот человек возвращался из Агинкура, то ли азиат, то ли перс. Я совсем не разбираюсь в восточных лицах.

Ранд задумался, ему не был знаком человек с подобной внешностью, нужно расспросить о нем Джека.

— Как долго ты находился в Буа-Лонге?

— Восемь дней в подземелье замка.

Ранд вздрогнул, вспомнив, как подступающая вода неумолимо приближала к нему потолок. Если бы не Лианна…

Ладжой осторожно дотронулся до шишки на лбу Ранда.

— Ты ударился?

Ранд кивнул.

— В меня попал камень, когда я взорвал выход из подземелья.

— Взорвал? Что ты имеешь в виду?

— Я обнаружил порох и устроил взрыв, чтобы открыть дверь.

— Господи, ты же мог убить себя!

— Мне и так грозила смерть. Я знал, что делал, — на губах Ранда заиграла улыбка. — Меня обучил мастер своего дела.

Он никогда не думал, что будет гордиться этим. «О, Лианна, как многому мы могли бы научиться, если бы только любили и доверяли друг другу», — пронеслось у него в голове, — Как дела у Джека и Дилана?

— Я отношусь к ним, как к своим сыновьям, — улыбнулся Ладжой. — Когда Джек услышал, что ты схвачен и находишься в Буа-Лонге, он чуть было сразу не ринулся спасать тебя, но азиат сказал, что ты уже вырвался на свободу.

— А как идет обучение стрельбе из лука?

Лицо Ладжоя снова расплылось в улыбке.

— Ты сам убедишься, что наши мужчины так хорошо научились стрелять, что их можно сравнить с лучшими лучниками Уэльса и Чешира. Теперь мы уже не будем беззащитны перед разбойниками, милорд.

Ранд сделал глоток сидра и негромко произнес:

— Ладжой, я приказал обучить мужчин, чтобы вы могли защитить себя, это верно. Но есть и другая причина подобных занятий, куда более эгоистичная и опасная…

— Я знаю, — грустно улыбнулся Ладжой. — Мы все знаем, — он снова наполнил до краев высокую кружку Ранда. — Выпей еще. Это поможет тебе расслабиться и снять усталость, — Ладжой продолжил: — Герцог Бургундский оставил тебя без поддержки, но ты все-таки отвоюешь замок у Мондрагона и Гокура с помощью наших людей.

— Господи, какой же у Джека длинный язык, — разочарованно произнес Ранд.

— Джек ничего подобного не говорил, — рассмеялся Ладжой, заметив смущение рыцаря. — Не забывай, я ведь владелец таверны. Думаешь, я глухой? Не слышу всех этих разговоров? Я уже давно понял, что разбойники — не кто иные, как люди Гокура, — он поджал губы и пожал плечами с типично галльским фатализмом. — В Буа-Лонге им представился прекрасный случай отсидеться какое-то время, поэтому нападения прекратились.

Ранд ударил кулаком по столу.

— Я подозревал Гокура!

Внезапно мысль о том, что Лианна пригрела Гокура и его людей, заставила Ранда похолодеть. Сколько бед натворили эти разбойники, скольких женщин изнасиловали! Он постарался успокоиться, затем допил сидр и осторожно спросил:

— А другие…

— Они согласны, — перебил его Ладжой, догадываясь, что интересует Ранда. — Ты завоевал их преданность, когда очистил город от разбойников. Мы, нормандцы, очень осторожный народ и не доверяем чужакам, но если таковой завоюет наше доверие, то это уже навсегда.

— Спасибо, Ладжой, тебе… и всем, — растроганно сказал Ранд. — А где Джек и Дилан?

— Валлиец проводит все вечера в доме Пьера, дубильщика. Они изготавливают стрелы. А Джек… — Ладжой хитро подмигнул. — Я полагаю, где-нибудь с какой-нибудь женщиной…

Ранд отправился на поиски Джека. По двору чинно разгуливали гуси. Рыцарь с удовлетворением отметил, что у большинства из них не хватает перьев. Судя по всему, тренировки здесь шли полным ходом: птиц использовали в качестве мишеней.

Из хлева доносился голос Джека.

— Теперь расположи свое тело вот так, — терпеливо объяснял он кому-то на ломаном французском.

Услышав знакомую команду, Ранд улыбнулся. Очевидно, он слишком предвзято относится к Кейду. А Джек в это время добросовестно обучает начинающего лучника, как правильно распределить при стрельбе вес своего тела.

— Теперь выше, — посоветовал Джек. — Выше! Мы выстрелим одновременно, — он засмеялся. — Вот так. Не волнуйся. Я никогда не промахиваюсь и всегда быстро освобождаюсь.

Похотливое веселье Джека показалось Ранду подозрительным, но удовлетворенный женский выдох расставил все на свои места. Усмехнувшись, Ранд вошел в хлев.

Подойдя поближе к стогу сена, который плавно покачивался, он сразу увидел Джека. Тот стоял на коленях, утопая в душистой траве, по пояс зарывшись в женские юбки.

— О Господи! — пробормотал Ранд.

Радостно ухмыляясь, Джек, как ни в чем не бывало, принялся с беззаботным видом зашнуровывать свои штаны.

— А я все думал, когда же вы появитесь, мой господин. Как я переживал за вас!

— Я вижу, ты быстро нашел, чем утешиться.