Пока живу, люблю - Алина Знаменская

В один из дней, когда братья стучали молотками, достраивая сруб, к дому подъехал серебристый джип. Из него выбрался Кирилл. Братья оглянулась, отметили сей факт, но работы не прервали. Через минуту вновь застучали молотки. Марина выскочила на крыльцо, и по блеску глаз даже слепой увидел бы, что к чему.

— Притуши глаза, — посоветовала Вика, когда Марина пролетела мимо наверх за эскизами.

— Отстань!

Собрав ворох эскизов в единый рулон и переодевшись, Марина выпорхнула на крыльцо. В это время запикал сотовый на скамейке в саду. Вика взяла его, глядя в спину удаляющейся подруги.

— Марина, это девочки.

И пока Марина возвращалась от калитки до скамьи, Вика слушала щебетание Ренаты, насыщенное всем — от восторгов морского пляжа до острой тоски по дому.

— Да, золотко мое, да. И я ужасно соскучилась. И мы.., да, папа тут, рядом.

Марина теребила цепочку на шее. Вика стояла рядом и смотрела на подругу. А лучше бы не замечать ничего в таких случаях. Но она как назло видела — и то, как посмотрел на Марину Макс и стал спускаться, чтобы тоже поговорить с детьми, и то, как Кирилл вроде бы безразлично отвернулся, а затем и вовсе забрался в машину. И как Марина отчаянно нервничала, разговаривая с дочерью. Все это Вика видела, чувствовала и переживала. В эту минуту до нее дошло, что семья подруги уже стала для нее родной. Как она ни сопротивлялась, она вжилась в эту семью и ей теперь больно. И особенно больно стало, когда Марина, наговорившись, отдала телефон Максу и поспешно пошла к машине. Как будто опаздывала. Макс стоял, приложив телефон к уху, плохо соображая, о чем там говорит дочь, и смотрел Марине вслед. Когда джип рванулся прочь, подняв столб пыли, Макс опустился на скамью. А телефон отдал Вике. Вика торопливо заверила девчонок, что здесь все очень скучают без них, а остаток лета непременно проведут в походах и приключениях.

Марина уехала. Макс как-то сразу сник, и Виктория, как ни силилась, не могла подобрать подходящих слов для него. А ведь он нарочно придумал это рукотворное строительство. Нашел предлог жить под одной крышей с Мариной, быть ближе. А тут… Получилось — Макс выдумал себе добровольную пытку. Его жена с головой окунулась в новый роман и не могла, да и не хотела видеть ничего вокруг. Виктория на пару с Никитой своей вдруг вспыхнувшей страстью только подчеркивали тупиковость ситуации. Кит старался не быть бестактным и не лезть на глаза брату своими отношениями с Викторией. Конспирация делала еще острее ощущения. Кит пробирался к ней по ночам. Иногда они уходили на реку и купались там в молочно-теплой воде. Рано утром бродили в низких облаках тумана, приглушая возникающий внезапно смех. Бегали друг за другом по скошенной траве и, упав в пахучий стог сена, оставались там, пока звуки просыпающейся деревни не звали их домой. Марина вставала рано, возилась с растениями в саду, после завтрака запиралась у себя в комнате и колдовала над образом квартиры Кирилла. Иногда на целый день уезжала в город. А однажды привезла с собой из города Кирилла.

Они приехали как раз к ужину, когда Вика накрывала на стол. Марина, казалось, не испытывала ни малейшего смущения, приглашая своего гостя к общему столу. Смотрела сразу на всех — и ни на кого в отдельности. И щебетала:

— Кирилл заключил сегодня выгодную сделку и решил отпраздновать с нами. Отметить.

Кит дернулся было сыронизировать по этому поводу, но Макс едва заметным жестом остановил его. Кирилл весьма воодушевленно подтвердил Маринины слова, щелкнул замками своего дипломата и извлек оттуда водку, банку маслин и еще несколько свертков.

Марина побежала за фужерами, Макс принес еще один стул.

— Чем же вы занимаетесь, Кирилл?

Это Кит. Им с Викторией предстояло разряжать обстановку.

— Туризмом. Я руковожу турфирмой. Сегодня подписали контракт с греками. Большая удача.

— Ну что ж. Тогда — за удачу.

Макс поднял и опрокинул в себя рюмку водки. Кирилл находился в том слепом оживлении ребенка, когда не замечаешь недовольства окружающих. Ему хорошо, весело, и это — главное. Ни хмурый Макс, ни прищуренный взгляд Никиты, ни сдержанность Виктории не сбивали Кирилла с благодушного настроения. Он шутил, рассказывал анекдоты, подливал водку. Вел себя как хозяин. Виктория кипела, глядя на него. И на Макса. Марина же, казалось, ничего не замечала.

— А я видел ваши фотографии, — расплылся в улыбке Кирилл, наклонившись через стол к Никите. — И знаете, мне понравилось.

Последнюю фразу он произнес, понизив голос до интимного шепота.

— Правда? — в тон ему, так же интимно, переспросил Кит. Он явно издевался над гостем. Но тот и не подозревал!

— Неужели? — усмехнулся Макс.

Кирилл удивленно взглянул на него. Он не понял Мак-сова тона.

— Конечно. Ваш брат талантливый фотограф. Фотохудожник. Я правильно выразился?

— Именно так! — воскликнула Марина.

Вика испугалась, что подруга сейчас потреплет своего клиента по макушке. Или выкинет что-нибудь подобное. Макс напряженно следил за ней.

— Так вы сотрудничаете с журналами? — не унимался Кирилл.

— С некоторыми, — уклончиво ответил Кит.

— Я так и понял! Думаю, где я видел эти работы? Наверняка в журнале! Слушайте! — вдруг вскричал он. — Да мы могли бы сотрудничать!

— В самом деле? — Кит повел бровью. — Каким образом?

— Самым натуральным! Вы могли бы снять виды для наших буклетов! Ну, мы делаем буклеты о фирме, о нашей местности… Вы могли бы неплохо заработать.

Вика случайно задела Марину взглядом и замерла — подруга исподлобья смотрела на Макса. А он — на нее. Это молчаливое противостояние взглядов походило на вызов. На затишье перед грозой.

— Это не мой профиль. — Кит поднялся и зачем-то пошел на кухню.

— Ну… — разочарованно протянул Кирилл и взглянул на Марину. — Это несерьезно.

— Кит должен подумать, — очнулась Марина. Она торопливо натянула на лицо маску прежней беззаботности. — Никита сейчас готовит новую экспозицию и весь в ней.

— А-а, — протянул Кирилл и обиженно принялся за салат.

Марина стиснула зубы. До Виктории медленно доходило, что весь этот спектакль — для Макса. Марина нарочно мучает его, притащив сюда любовника! Между тем Кирилл оторвался от салата и остановил свой взгляд на Максе. Кит вернулся в гостиную с сигаретами и встал у открытой двери — веранды.

— Не представляю, как можно в наше время работать адвокатом, — пробормотал Кирилл беззлобно, как бы про себя. И насадил на вилку кусок буженины.

Глаза Макса зажглись, как два фонаря. Похоже, он обрадовался, что внимание соперника наконец обратилось на него. Марина поморщилась. Вероятно, не рассчитывала на такой поворот темы.

— Ну, ребята, как это скучно…