Француженки не играют по правилам - Лора Флоранд

– Ты не уйдешь от меня. – Его рука согнулась у ее ключицы, держа Саммер в плену, а другая рука двинулась вниз по ее животу. – И, ей-богу, я дам тебе то, чего тебе хочется.

Его пальцы скользнули ей под трусики, и этот быстрый переход к близости оказался слишком резким, слишком возбуждающим.

– Стой, – прошептала она.

Он замер, пробегая глазами по ее лицу, и его пальцы оказались у нее между бедер. Она ничем не могла управлять. Ну почему именно она всегда теряет самоконтроль? Подумать только, ведь ее же предупреждали, что не надо обращаться с ним как с игрушкой. Потому что все эти его темные эмоции были слишком ценными, чтобы тратить их на кого-то вроде нее.

– Тебе нужно стоп-слово[123], – сухо сказал Люк.

Ее губы изогнулись, когда его ладонь полнее охватила низ ее живота.

– Je t’aime?[124]– иронически предложила она. Все его тело дрожало, а ладонь двигалась, доходя до лобка. Люк взглянул прямо в глаза Саммер. И взгляд, и ладонь сводили ее с ума. Она даже начала заикаться. – Пусть это и будет стоп-словом.

Разве не очевидно? А что еще можно придумать?

Его рука шевельнулась, и удовольствие заструилось через нее, как сок, выжатый из лайма. Люк уперся рукой в стену над головой Саммер. Его глаза, наполненные черным блеском неистовства, оказались всего в нескольких дюймах от ее глаз.

– Ты за это заплатишь.

Его рука опять переместилась и стала влажной. Саммер беспомощно задрожала. О, она знала, что он заставит ее заплатить. Просто не совсем понимала, какое в этот раз преступление она совершила. Она бесстыдно подняла подбородок, и ее губы презрительно изогнулись.

– Собираешься оставить меня вот так?

Его большой палец двигался медленно, будто у него была вечность, чтобы исследовать ее тело, как ему захочется. Он нашел бугорок, и его движения стали очень нежными, деликатными. Жаркая волна накатила на нее. Она прижала руки к стене, пытаясь найти опору – она потеряла всю свою силу, но не могла позволить себе уцепиться за Люка.

– Нет. – Он намотал ее волосы на кулак и оттянул ее голову назад. – Я хочу, чтобы ты заплатила простую цену. Ты будешь смотреть на меня, пока я буду дарить тебе оргазм. Если закроешь глаза, не получишь ничего, пока не откроешь.

Она отчаянно упиралась, но он беспощадно удерживал ее.

– А как же ты? – закричала она, оскорбленная и разъяренная. – Когда же ты потеряешь контроль?

– Никогда. И ты не заставишь меня, – пообещал он.

– Это нечестно.

– Тогда скажи стоп-слово.

Она закусила губу, и их взгляды встретились. Время тянулось в безмолвной битве, пока он не наклонился и не овладел ее губами, слегка их прикусив.

И она начала бороться с ним, пытаясь сохранить самоконтроль, потому что не могла использовать стоп-слово. Она рванула его брюки и силой засунула туда руки, пытаясь заставить его получить оргазм прежде, чем он даст его ей. Он схватил одну ее руку и вытянул у нее над головой, но ей удалось оставить свободной другую. Он не мог поймать ее, не убрав с ее тела свою руку, которая сводила Саммер с ума. Но этого он не собирался делать. Он безжалостно, беспощадно подводил ее к оргазму, хотя она выворачивалась и отстранялась, чтобы отсрочить его.

Она достигла кульминации, беспомощно рыдая, собрав остатки сил, чтобы сжать его член.

Он дышал тяжело, как огромное животное во время дикой схватки.

– Прекрати. – Он наконец отпустил ее и теперь смог отвести ее руку от члена. Она сопротивлялась изо всех сил, и ему пришлось оттягивать ее руку. Его сотрясала дрожь, а голова откинулась назад.

– Ненавижу тебя, – выпалила она.

– Нет, не ненавидишь. – Он содрал с нее трусики. На ней все еще было это чертово зимнее пальто, и она сильно вспотела. – Саммер, не говори так.

– Ненавижу тебя.

– Не… – Он дрожал всем телом, и судороги сводили его мышцы. Дернув ее, он прижал ее бедра к своим. – Заткнись.

Поцелуй был глубоким. Люк полностью овладел ее ртом, чтобы она не могла говорить.

Она сдернула брюки с его бедер.

Его мускулы напрягались под ее руками, как будто его разрывало на части, и он впился в ее рот. Она выгнулась, упираясь в него, и перед ней вспыхнуло видение победы, которую она уже отчаялась испытать. Она покрутила бедрами, упираясь в него еще сильнее.

Его пальцы до боли сжали ее ягодицы. И затем одним сильным толчком он оказался в ней, охнул, оторвал свои губы от ее губ и взглянул на нее.

– О.

Она откинула голову. О, ощущения были столь прекрасными. Правильными. Она могла бы навсегда остаться пронзенной им.

– О боже!

Они сказали это одновременно на двух языках. Но ее голос прозвучал, будто в ее мире все стало совершенным, а голос Люка – так, будто его разрушили.

Он провел руками вверх по ее телу и запустил пальцы одной руки в ее волосы, предоставив ее собственной силе – и стене – удерживать ее. Она охватила его бедрами, провела руками по его груди, дергая за пуговицы, пришитые слишком крепко, чтобы она смогла их оторвать.

– Ты так красива, – в отчаянии сказал он, прижимая Саммер спиной к стене.

– О боже, ты тоже. Так хорошо ощущать тебя. – Наконец-то все достигло совершенства, и она смогла иметь его внутри себя и вокруг себя. Он терялся в ней так же, как она теряла себя в нем. – Я люблю это.

Постой, не звучит ли это так, будто она шлюха? Испорченная женщина, которой это нравится, которая не может получить достаточно секса?

– Я люблю тебя, – поправилась она. Не просто какого-то мужчину, а его внутри ее. Он был идеален.

Его тело рванулось так сильно и глубоко, что даже стало больно, а потом замерло. Она глубоко вздохнула, приспосабливаясь к тому, что он так глубоко в ней. Так хорошо, так хорошо, так хорошо. Он мог начать двигаться в любой момент. Ее ресницы затрепетали, и она увидела, что он смотрит на нее совершенно неподвижно. Что?.. О, это дурацкое стоп-слово.

– Я не это имела в виду. – Она ласкала его руки. Чертова рубашка сводит ее с ума. – Не останавливайся.

Его глаза вспыхнули.

– Не это имела в виду?

– Не останавливайся. – Она сильнее тянула его руки. – Просто вылетело. Прости. Не знаю, что иногда на меня находит.