Полуночный Ангел - Джулия Берд

Колетт взглянула на Лидию и улыбнулась:

– Вовсе нет, мадам. Лорд Боумонт еще задолго до своей смерти говорил со мной об этом. Он надеялся, что вы и лорд Монтгомери поженитесь и не станете тянуть со свадьбой.

– В самом деле?

– Да, мадам, так и есть. Уж мне ли не знать, что за брак был у вас и графа? Вы были к нему очень добры. Но молодой леди, такой, как вы, надо жить. И, насколько я могу судить, вы сейчас исполняете последнее желание своего мужа – ищете его дочь. Я знаю, для лорда Боумонта вы бы сделали все, что бы он ни попросил.

От слов Колетт глаза Лидии увлажнились.

– Чем я заслужила такое понимание с твоей стороны, моя дорогая?

– Пожалуйста, мадам, не плачьте. Вам надо сейчас беречь силы – они вам еще ой как понадобятся.

– Спасибо тебе, Колетт.

Расправляясь с завтраком, Лидия размышляла о великодушии своего мужа. Бо не только не был против ее брака с Хью, но и позаботился подготовить к такому повороту событий наиболее преданных слуг.

Однако Бо, которому было известно все о ее прошлом, не мог не знать, что отпрыску знатного рода не полагалось жениться на женщине, которая служила – пусть и недолго – в борделе у миссис Эллы Фенниуиг. Случись такое, сразу же разразился бы жуткий скандал. Может, Бо было известно что-то такое, чего Лидия не знала?

Впрочем, об этом она еще успеет подумать. А сейчас ей следовало поторопиться, чтобы встретиться с Хью и мистером Френсисом. Лидия подозревала, что Хью попросту хочет отстранить ее и вести расследование самостоятельно, считая, что только он способен найти ключи к разгадке. Ну что за самонадеянный тип! И все же Лидия не могла не улыбнуться, подумав о Хью. Ведь тем, кто влюблен, нетрудно найти повод восхититься объектом своего поклонения.

Лидия решила отправиться в охотничий домик верхом. В экипаже, возможно, было бы и удобнее, но это заняло бы слишком много времени, да к тому же ей хотелось немного размяться. Дворецкий распорядился, чтобы ее сопровождал один из конюхов, которому следовало показать Лидии дорогу.

Когда они приехали на место, конюх отвел лошадей на конюшню, а Лидия направилась к дому.

Подойдя к двери, она обратила внимание на прикрепленный к ней клочок бумаги.

– Ох, не значит ли это, что Хью уже успел отсюда уехать? Ну что он за человек! И почему ему не сидится на месте? – пробормотала она.

Лидия остановилась на пороге и уже собралась было постучать, но рука ее так и застыла в воздухе. Холодок пробежал по спине. Это была не просто записка. Надпись была зашифрована с помощью древесного алфавита! И еще одно обстоятельство поразило Лидию. Записка была не просто прикреплена к двери – на булавке, удерживающей клочок бумаги на двери, покоилось, высушенное тельце бабочки.

– Боже правый! – выдохнула Лидия и отступила на шаг назад. Не иначе как работа Тревора Добсона! Лидии едва не стало дурно. Может, он и сейчас где-то здесь?

Стараясь не терять хладнокровие, она внимательно оглядела местность. Не заметив ничего подозрительного, Лидия что есть мочи забарабанила в дверь, стараясь не задеть при этом записку.

Дверь распахнулась. Хью смотрел на нее с нескрываемым удивлением.

– Что случилось, Лидия? Что горит? Где пожар?

– Смотри! – Она ткнула пальцем в записку, прикрепленную к двери.

– Боже милостивый! – не смог сдержать своего потрясения Хью. – Мистер Френсис! Он был здесь! А мы ничего не слышали!

При ближайшем рассмотрении оказалось, что записка не одна и что к двери пришпилено несколько листков бумага.

– Надо срочно распаковать мои книги, – оживился мистер Френсис. – Я захватил с собой все, что может потребоваться.

Лидия, воспользовавшись тем, что они с Хью на некоторое время остались одни, наградила его насмешливым взглядом:

– Нет, Монтгомери, никакого пожара нет. Однако я рада, что подняла тревогу, иначе бы ты проглядел очень важную подсказку, предоставленную тебе твоим противником. Забавно, не правда ли, что ты не смог увидеть ее без меня.

Хью ничуть не смутился.

– Не сердись, Лидия. Я просто хотел, чтобы ты подольше поспала. Ты столько сил потратила, выхаживая меня. – Он взял ее за руки и, притянув к себе, поцеловал в щеку. – Ну и как ты поспала? Хорошо?

Она почувствовала, что тает в его объятиях.

– Слишком хорошо. А теперь давай за дело. У нас есть всего три дня, чтобы спасти бедняжку Софи.

– Ты права, – посерьезнел Хью. Подойдя к двери, он осторожно отколол листки. Они, как оказалось, держались на сломанной шляпной булавке. Булавку с мертвой бабочкой Хью протянул Лидии: – Подержи-ка.

Она осторожно взяла булавку и взглянула на него:

– Что там еще есть?

– Похоже на какую-то карту. И еще, кажется, записка от Софи. Вот видишь, я так и думал, что будет еще одно доказательство того, что девушка жива. Но что это такое? Послание, зашифрованное каким-то другим способом, а вовсе не древесным алфавитом. Очень надеюсь, что мистер Френсис сумеет нам помочь. Пойдем, надо хорошенько все рассмотреть.

Они вошли в большой зал и присоединились к Терберу Френсису, который завалил своими книгами длинный обеденный стол. Хью освободил часть стола и с величайшей осторожностью разложил обнаруженные на двери листки бумаги.

– Прошу вас, мистер Френсис. Здесь работы столько, что вам хватит надолго.

– Что в записке Софи? – спросила Лидия.

– Сейчас, – сказал Хью и, наклонившись, принялся читать вслух:

Дорогой лорд Загадка!

Даже передать вам не могу, как я обрадовалась, узнав от мистера Кили, что вы меня ищете. Мне бы очень хотелось сказать вам, где я нахожусь, но – увы! – мне это неизвестно. А если бы я знала про то и написала вам, так это письмо ни за что бы до вас не дошло.

Хочу вас тем не менее заверить, что я пока еще жива и вполне здорова. Пожалуйста, не оставляйте меня. Я очень жду, когда же вы придете за мной и освободите.

Мисс Софи Парнхем.

После того как Хью закончил читать письмо, в комнате установилась напряженная тишина. Лидия задумчиво скрестила руки на груди.

– Кто такой, этот мистер Кили?

– Местный докторишка, – хмуро ответил Хью. – Тот самый, по милости которого я не смог прийти к тебе в тот злополучный день пять лет назад.

Глаза Лидии расширились от ужаса.

– И ему было позволено продолжать свою практику? После того, что он сделал с тобой?

Хью невесело усмехнулся:

– О да. Он получил немалое вознаграждение от моего отца. Правда, если сейчас граф узнает о том, что этот самый доктор связан с похищением, то он скорее всего серьезно пожалеет о своей щедрости. Надо полагать, Добсон хорошо ему заплатил. Кили, насколько я могу судить, совершенно потерял человеческий облик и всякое понятие о добре и зле. Он давно пристрастился к опиуму. Я молюсь лишь об одном – только бы он не давал эту отраву Софи.