Гордость и наслаждение - Сильвия Дэй

Джаспер кивнул и стиснул руки за спиной.

– Я должен был рассказать тебе о моей матери. Я понимал, что должен это сделать, но мне казалось, что у нас еще есть время…

– Оно у нас есть. – Элиза подошла ближе к нему. – У нас сколько угодно времени.

– Время уже пришло, Элиза. Ты должна все узнать обо мне до того, как выйдешь за меня замуж. Мне не вынести, если ты отвернешься от меня, уже став моей.

– Я не отвернусь. Я люблю тебя.

– Элиза… – Джаспер вздохнул, опустив веки.

– Не говори ничего сейчас, – быстро перебила его она. – Мы обо всем поговорим после венчания. Я выхожу за тебя по велению сердца, доводы рассудка тут ничего не изменят. Я буду отныне доверять своим чувствам и стану такой женщиной, какая тебе нужна. Ты должен знать: я принимаю тебя таким, какой ты есть, без условий и сомнений, и хочу лишь ответной любви.

Отбросив все правила и привычки, Элиза готова была делать одну уступку за другой ради того, чтобы не потерять Джаспера. Она твердо решила верить ему, пусть даже потом ей придется об этом пожалеть.

– Я люблю тебя, – повторила она.

Джаспер смотрел на нее. Элиза отошла и села на кушетку, сложив руки на коленях. И это вдруг наполнило его безумным возбуждением. Элиза сейчас выглядела такой сдержанной, а он ведь знал, в какую дикарку она превращалась в его объятиях… Наедине с ним она открывала свое истинное, глубоко запрятанное «я», и это даже сильнее заставляло Джаспера жаждать близости с ней, чем физическое наслаждение.

– Я просто раздавлен, – хрипло произнес он. – Я принадлежу тебе и готов на все ради обладания тобой.

Рука Элизы поднялась к горлу. Джаспер стремительно подошел к ней и схватил эту алебастровую руку. Поцеловав сначала тыльную сторону ладони, он принялся целовать каждый из пальчиков. И облизнул тот из них, на который ему вскоре предстояло надеть кольцо. Элиза вздрогнула. Ее ресницы опустились, губы приоткрылись.

Джаспер втянул в рот ее палец и принялся ласкать его языком… и вот уже с губ Элизы сорвался тихий стон.

Она была готова сдаться, и Джаспер дал себе волю. Свободной рукой он расстегнул пуговицы бриджей. Его мужское естество тяжело упало ему в ладонь, уже такое толстое и твердое, что Джаспер удивился.

– Джаспер…

Он выпустил изо рта ее дрожащий палец.

– Ты нужна мне…

* * *

Элиза нервно развязывала пояс. Джаспер опустился перед ней на колени и грубо сорвал с нее капот трясущимися от нетерпения руками. Обхватив Элизу за бедра, он притянул ее к себе и усадил верхом на колени. Шелковистая щель Элизы прижалась к его пенису.

Джаспер положил ладонь на шею девушки, заставляя взглянуть прямо ему в глаза.

– Мне просто необходимо очутиться в тебе.

– Да…

Она все сильнее предвкушла, как он будет ее брать со всем жаром своей страсти. Да, она любила его именно так, без ограничений, жадно…

Джаспер немного подвинул ее, заставляя приподняться и снова опуститься, при этом вздувшаяся головка пениса заскользила вдоль ее расщелины, задевая клитор. Элиза застонала и вцепилась ему в плечи, напряженная, нетерпеливо стремящаяся к наслаждению…

Когда он замер напротив жаркого входа, Элиза задрожала, и Джаспер со стоном ворвался внутрь, резко проникнув в самую глубину.

– Элиза…

Его руки крепко сжали тело девушки, так что она уже не в силах была ни вздохнуть, ни пошевелиться.

Она впилась ногтями в его спину, судорожно извиваясь. Жар его кожи обжигал ее даже сквозь рубашку и бархатный сюртук.

– О, прошу… – умоляла она, прижимаясь к Джасперу. – Прошу…

Джаспер подхватил ее под бедра, приподнимая и опуская, чтобы она скользила по его напряженному естеству, проникая глубже, еще глубже…

– Да, да! – Элиза всхлипывала от наслаждения.

– Скоро ты просто не сможешь жить без этого, – пообещал Джаспер низким, опасно грубым голосом. – Станешь домогаться меня везде и всегда, не в силах дождаться подходящего момента. Будешь поднимать юбки и умолять, чтобы мои губы коснулись тебя, и тебе будет наплевать, где мы находимся. Ты будешь жаждать моего вкуса, будешь падать на колени и ласкать меня ртом, нежить мою плоть, пока я не извергнусь в тебя, толстый и горячий, обезумевший от голода…

Элиза крепко держалась за его плечи, закрыв глаза, пока он ритмично двигался в ней. Это было невероятно! Ей никогда не будет достаточно… Ощущение сотрясавших ее внутренности толчков, наполненности и то, как он находил самые чувствительные точки, воспламеняло их обоих…

А Джаспер все продолжал двигаться, сокрушая Элизу своим жаром и твердостью, переполняя наслаждением, от которого девушка яростно выгибалась назад. Он действительно становился ей необходим.

Но вот он вышел из нее, и Элиза почувствовала себя пустой. Он вернулся – и она прикусила губу, чтобы сдержать крик, который выдал бы гостям внизу, чем они тут занимаются.

Но Джаспер не признавал сдержанности.

– Позволь мне услышать тебя, – просил он. – Позволь мне услышать, как тебе хочется этого!

Его свободная рука уперлась в бедро Элизы, заставляя ее шире раздвинуть ноги, чтобы он мог проникнуть в нее еще глубже. Быстро двигая тазом, он довел ее почти до безумия. Элиза уже ничего не осознавала от страсти и желания получить больше, еще больше… всегда больше. Ей было уже недостаточно того, что Джаспер давал ей.

Задыхаясь, Элиза снова вцепилась в напряженные мускулы на его спине. Переживания этого дня пробудили неутолимое желание.

– Доведи меня до конца…

– Еще слишком рано, – прорычал он, обливаясь потом.

– У нас впереди вечность, чтобы наслаждаться не спеша. Не заставляй меня ждать прямо сейчас…

Джаспер с силой прижал ее к себе:

– Я люблю тебя, Элиза… я люблю тебя.

Она достигла оргазма такой силы, что все ее тело забилось в страстных конвульсиях. Джаспер последовал за ней, и его бедра двигались ей навстречу с яростью и напором. Она чувствовала, как мужчина подходит к финалу, ощущала напряжение мышц и глубокое неровное дыхание, сотрясавшее его грудь. И когда Джаспер дошел до пика, это было похоже на землетрясение. Его толстый пенис дергался внутри Элизы, выбрасывая струи горячего семени… С губ Джаспера срывалось имя Элизы, но потом она закрыла его рот своими губами, поглотив звуки его наслаждения своим сердцем, своей бесконечной любовью.

* * *

Спустя час они поженились. Элиза надела новое атласное платье кремового цвета, с чудесными кружевными рукавами и лифом. Сшитое по последней моде, оно было первым из множества других, которые должны были служить делу преображения Элизы. Теперь она намеревалась всячески подчеркивать все лучшее, что было в ее внешности, дабы доставить удовольствие мужу и всячески разжигать его любовь к ней. Во время произнесения брачных обетов волосы Джаспера были еще влажными: чтобы сэкономить время, он принял ванну в гостевой спальне, послав Кроучей к себе домой за свежей одеждой.