Вкус любви - Люси Монро

— Хорошего дворецкого отличает осмотрительность.

— Я был осмотрителен. Я не упомянул, что беременным женщинам необходимо хорошо питаться, ведь верно? И я не комментировал тот факт, что женщина под тридцать и мужчина уже за тридцать должны бы быть чуть более сообразительны в вопросе контроля рождаемости. Вот это было бы неосмотрительно.

Саймон подавился чем-то, подозрительно похожим на смех, и Аманде захотелось ударить его.

Джиллиан была занята тем, что яростно кивала.

— Я собиралась сказать то же самое. Они оба достаточно взрослые, чтобы быть осмотрительными.

— Двадцать семь это еще не «под тридцать», — надменно заявила им всем Аманда. Как тема для разговора ее возраст значительно потеснил беременность.

Она круто повернулась и направилась в дом.

— Куда ты идешь? — спросил Саймон.

— Джейкоб сказал, что обед подан, а раз я беременна, как он со всей присущей ему деликатностью заметил, мне нужно хорошо питаться.

— О-о… — вслед ей нараспев протянула Джилл. — Я знаю этот тон. Она действительно обиделась. Саймон, у вас нет телевизора с большим экраном, а?

— Нет, у него нет, но зато у него есть коллекция каган, из которых получится великолепный садовый инвентарь. — Аманда даже не обернулась, произнося эту угрозу, но она знала, что люди на палубе слышат ее.

— Что такое катана? — спросила Джилл.

— Меч. — Удивительно, но это ответил Джейкоб. — Босс неравнодушен к своей коллекции. Каждый из них единственный в своем роде, а некоторым уже более ста лег.

— И ты ни в коем случае не будешь ими копать в саду, даже если ты носишь моего ребенка, — прошептал Саймон на ухо Аманде, наклоняясь, чтобы отодвинуть для нее стул.

— Это не то, что я бы хотела сейчас обсуждать. — Она позволила усадить себя на стул и придвинуть его к столу.

Джейкоб и Джиллиан вошли в комнату.

— Вы ведь поедите с нами? — спросила Аманда Джейкоба, думая, что этот поклонник сериалов расстроит неизбежную попытку Джиллиан замучить Аманду вопросами о ее возможной беременности.

Его плохо скрываемое восхищение Голливудом было бы идеальной темой для беседы за обеденным столом. Одна седая бровь вопросительно приподнялась.

— Вы хотите, чтобы я ел с вами? Я думал, вам будет неловко разговаривать о ребенке в моем присутствии.

— Мы не собираемся обсуждать детей или возможность беременности, — сурово заявила она.

— Разве не собираемся? — переспросила Джилл.

— Нет, — твердо ответила Аманда, когда Саймон сел рядом с ней. — Ты можешь рассказать нам все о своем шоу. Все закончится женитьбой с твоим возлюбленным?

Взгляд, которым она одарила Джиллиан, сказал ее подруге, что лучше плыть по течению.

Джиллиан согласилась, но с недовольным видом.

Саймон не удивился, когда Джиллиан пришла искать его в гимнастический зал. Аманда работала над срочной электронной почтой, которую получила от «Икстант корпорейшн», и это был первый раз за день, когда Джиллиан могла поговорить с ним наедине.

— Так какому из них больше ста лет? — спросила она, указывая на стену, где была развешана коллекция мечей.

Он показал на один из центральных.

— А вот этому триста лет.

— Ух ты! В Голливуде если вещи больше десяти лет, она уже считается антикварной. — Ее глаза смотрели на меч с явным благоговением.

Саймон улыбнулся и продолжил упражнения.

Она обернулась к нему с решительным выражением лица:

— Я беспокоюсь об Аманде.

Ему понравилась ее прямота.

— Я тоже, — признался он, разворачиваясь на одной ноге, чтобы начать следующую серию упражнений.

Похоже, это удивило ее, и она стала лениво водить пальцами по рукоятке одного из мечей.

— У нее немного опыта общения с мужчинами. Вряд ли она хотела бы, чтобы я говорила это тебе, но ты должен знать.

— Она сказала, что я единственный ее любовник, если не считать того ублюдка, за которым она была замужем.

Джиллиан рассмеялась:

— Он действительно ублюдок, и ты наверняка не знаешь и половины всего о нем, но я рада, что она сказала тебе, что не спит со всеми подряд.

— Она сказала. — И ему понравилось услышать это. Он выполнил полную серию быстрых движений, после которой его кожа покрылась испариной.

Когда он остановился, Джиллиан пристально смотрела на него.

— Ты просто развлекаешься с ней?

— Это что, перифраз извечного вопроса «каковы твои намерения»? — Он взял полотенце и вытер лицо. — Разве не родители должны спрашивать об этом?

Джиллиан скрестила руки на груди и зло посмотрела на него.

— Может быть, и так, но родителям Аманды наплевать на все, что касается ее. Они отвратительно обращались с ней, пока она росла, и полностью вычеркнули ее из жизни, когда она оставила Ланса.

— Они не верят в развод? — спросил он, интересуясь каждым нюансом жизни Аманды.

— Они не любят свою дочь. — Голос Джиллиан просто источал презрение. — Они больше беспокоятся о производимом впечатлении и деловых контактах, чем о ее счастье.

— Ты любишь ее. — Это был не вопрос, а утверждение. Джиллиан примчалась из Лос-Анджелеса, чтобы проведать подругу. Это доказывало искреннюю заботу.

— Я единственный человек в ее жизни, кто это делает.

— Нет. — Он сделал глоток из бутылки с водой. — Теперь не единственный.

— Значит, у тебя честные намерения?

— Это касается только Аманды и меня. — Он не мог сейчас на это ответить. Это было слишком сложно. — Я рад, что ты любишь ее, но это ты должна позволить ей самой принять решение.

— Именно так я думала насчет Ланса. Я знала, что он льстивая жаба, но ничего не говорила, потому что она казалась такой счастливой. К моменту когда они были женаты месяц, я уже горько жалела о своем молчании.

Саймон начинал понимать, почему Джилл прилетела спасать подругу.

— Ты чувствуешь свою ответственность за то, что она вышла за кого-то, кто причинил ей так много боли.

В ее зеленых глазах блеснули слезы.

— Да. Она была так невинна, а он нет.

— Но она ушла от него, когда он завел интрижку.

Джиллиан резко рассмеялась.

— Первую интрижку Ланс завел вскоре после свадьбы, и, думаю, Аманда знала об этом, но винила себя за то, что недостаточно сексуальна. Он был таким ублюдком. Он отвергал ее всеми способами, какими только мужчина может отвергать женщину, и заставил ее считать, что все это только ее вина.

— Сейчас они в разводе. — В какой-то момент она должна понять, что это была не ее проблема.