Серебряная книга романов о любви для девочек - Мария Чепурина

Саша и Екатерина Андреевна подошли к входу в здание, и стеклянные двери услужливо разъехались в разные стороны. Чехова-младшая подозрительно на них покосилась – она была не в ладу с этим с виду безобидным чудом техники. Как-то она, заболтавшись с подружкой, врезалась в слишком медленные двери лбом, а потом долго ругалась и гневно натравливала на них свою собаку. Хоть йоркширский терьер Глаша и не выглядела существом, способным привести в ужас равнодушную дверь…

Но в этот раз обошлось без приключений, и все втроем – Саша, мама и Глаша, которую взяли с собой, чтобы на обратном пути выгулять, – попали внутрь. Проход им тут же преградил охранник:

– С животными нельзя! – Страж порядка нахмурил брови и, важно выпятив третий подбородок, ткнул пальцем в нос терьеру, который сидел на руках у Саши.

– Не тыкайте! – мгновенно ощетинилась девушка, готовая за своего любимца нос откусить. – Где вы увидели животное? Это мой ребенок! Маленький добродушный ребенок. Разве не видно?

Охранник задумчиво почесал затылок и присмотрелся к Глаше. Та дернула бровками и миролюбиво уставилась на него черными глазами-пуговицами. Не растрогаться под этим душещипательным взглядом было просто невозможно. Обычно люди, на которых Глаша так смотрела, машинально расплывались в улыбке и, сладко присюсюкивая, начинали расхваливать собачку, почесывая ей за ушком.

– А почему он у тебя такой волосатый?

– Чтобы зимой не было холодно, – буркнула Саша, с любовью прижимая к себе худенькое тельце животного.

– А уши больно большие, локаторы прям, – продолжал веселиться охранник, тоже попавший под обаяние игрушечной собачки.

– Это чтобы лучше слышать вас, – кивнула Екатерина Андреевна, улыбнувшись.

– Если спросите про зубы, то нам придется продемонстрировать их в деле. – Чехова-младшая добродушно захлопала ресницами, хотя внутри просто кипела от возмущения – неужели этот глупый мужчина думает, будто Глаша способна устроить беспорядок в гипермаркете, словно какой-нибудь гигантский мохнатый сенбернар?!

– Ну, хорошо, проходите, – сдался охранник и хохотнул в последний раз: – А намордник у вас есть для ребенка?

Девушка пронзила его испепеляющим взглядом и, гордо задрав нос, прошествовала к эскалатору. Им с мамой предстояло подняться на самый верх. Сегодня, в первый день школьных каникул, все отмучившиеся дети просто обезумили от счастья и рванули развлекаться. Кто на улицу, а кто в Game zone. На четвертом этаже собралось столько народа, что Чеховы с трудом смогли пробраться к кабинету администратора: со всех сторон их окружали весело голосящие подростки.

Постучавшись в белоснежную дверь и услышав вежливое «Входите», Екатерина Андреевна и Саша шагнули в небольшое помещение.

– Катенька! – обрадовалась сидящая за столом женщина средних лет и, раскрыв объятия, кинулась навстречу Сашиной маме.

– Анфиса! – Подруги расцеловались. За долгое время они успели соскучиться: то одна месяцами на корабле, то у другой постоянные дела.

– Ты какими судьбами? Почему не позвонила даже? – Женщина наконец выпустила Сашину мать из объятий.

– Да вот, решила сделать сюрприз!

– А это… – Анфиса перевела удивленный взгляд больших зеленых глаз на дочь Екатерины Андреевны.

– Да, это моя Алекс. Выросла, правда?

– Невероятно! Александра! Когда я видела тебя в последний раз, ты была вот таку-у-усенькой, – она помахала ладошкой где-то в районе своей талии, не затруднившись согнуться.

Саша недовольно закатила глаза, когда Анфиса бросилась обнимать и ее. Девушка по отечески похлопала незнакомую женщину по спине и вырвалась из ее цепких рук. Она ее совершенно не помнила. Мало ли у мамы подруг, которые видели ее еще «вот таку-у-усенькой»?

– Анфис, мы по делу, – сразу начала Екатерина Андреевна. – Устрой, пожалуйста, Алекс на лето подработать! На каникулах она просто умирает со скуки и на все готова, лишь бы только не сидеть дома. Мы еще с мужем в рейс уходим… без нас она тут волком завоет.

– Дай-ка подумать, – Анфиса села за свой рабочий стол и открыла какую-то папку с бумагами. – Сейчас, понимаешь, сезон такой. Каникулы, всем детям хочется заработать себе на мороженое. И мы некоторых даже берем. Они, например, помогают расставлять нетяжелые продукты на первом этаже, листовки с рекламой раздают или сидят в кабинках и разменивают бумажные деньги на железо. Игровые автоматы у нас не дураки, только пятирублевки глотают…

Саша и мама завороженно кивали. Казалось, даже Глаша заслушалась.

– Так вот к чему я веду, – Анфиса задумчиво покусала губу и побарабанила наманикюренными пальчиками по столу, – Александра, тебе шестнадцать уже есть?

– Нет, я только девятый класс закончила, – покачала головой та. – Мне четырнадцать.

– Плохо, пока мне тебя совершенно некуда пристроить!

– Ну, Анфис, – расстроилась Екатерина Андреевна. – Неужели ничего нельзя сделать? Ну хоть куда-нибудь, только не туалеты мыть, конечно…

Саша с благодарностью покосилась на маму. «Ну хоть за это спасибо!» – подумала она.

– Ммм… ну, если ты, Сашенька, согласна четыре часа в день проводить в плюшевом костюме и рекламировать то, что скажут.

Саша быстро закивала головой. Мысль о ненавистных летних каникулах в обществе занудной бабули пугала ее до ужаса, поэтому перспектива нарядиться в костюм и поприкалываться над посетителями «Динамита» ей невероятно понравилась. Совсем ничего сложного! А за это еще и деньги платить будут! Лафа!

– Тогда отлично, сейчас мы с твоей мамой обговорим детали, а ты пока, если хочешь, иди прогуляйся. Кстати, милая собачка!

– Спасибо, – Саша улыбнулась Анфисе и, потрепав у Глаши волосики на голове, вышла за дверь.

Ей всегда сразу нравились люди, которые по-доброму относились к ее собаке. Да и не обязательно именно к ней. Если Саша узнавала, что человек терпеть не может животных или детей, то он практически переставал для нее существовать. Девушка считала таких людей жестокими и не способными на искренние чувства, поэтому общаться с ними не желала. Зато друзья любвеобильной Глаши автоматически становились друзьями ее хозяйки. Таким образом, Саша была в товарищах у всех дворовых собак и случайных прохожих, которые однажды заприметили чудную кукольную собачку и не смогли не почесать ей за ушком.

Саша огляделась. Вокруг тусовалось столько народу, что глаза разбегались. Девушка прижала покрепче Глашу и направилась к пиццерии, откуда пахло очень и очень привлекательно. Свободных столиков, естественно, не оказалось: всем вдруг приспичило перекусить в обеденное время. Саша принялась просто разглядывать меню и вдруг услышала за спиной веселый смех и девичий голос:

– Вергуня, ну какой ты смешной! Ха-ха! И где ты таких штучек набрался?!

Сердце Чеховой неровно забилось. Вергуня?.. Ей был известен только один человек с таким прозвищем. Саша боком выбралась из очереди и, как краб, задвигалась в сторону игровых автоматов, не поворачивая головы. Наконец она уперлась плечом в стену и, прикрыв крохотным Глашиным тельцем лицо, осмелилась бросить взгляд в сторону очереди, где только что стояла. Сердце ее нервно дернулось и с громким «бум» упало в желудок. Это был он. Веригин Никита.