Теория блондинок - Кристин Хармел

— Да-а, — только и промолвила я, внезапно осознав, в каком я виде. Интересно, что подумала Молли, когда увидела, что ее начальница в полной отключке храпит на клавиатуре? Небось решила, что я напилась вдрызг, а потом меня каким-то ветром занесло сюда. Откуда ей знать, что спиртного я не пила ни капли, зато хлебнула с лихвой обиды и унижения. — Только не подумайте, что я напилась.

Молли с серьезным видом кивнула, не сводя с меня широко раскрытых глаз.

— Я знаю. Но что-то же случилось? Как вы себя чувствуете?

— Все в порядке. Не беспокойтесь.

Все еще сгорая от стыда, я поспешно встала, не обращая внимания на попытки Молли поддержать меня под руку, пробормотала что-то насчет того, что мне срочно надо в туалет, и удалилась, прихватив косметичку и пакет с одеждой, чтобы принять хотя бы мало-мальски приличный вид.

Через четверть часа я вернулась — умывшись, переодевшись в серый костюм и попытавшись замазать следы разрушений, которые оставили на моем лице события вчерашнего вечера. Молли с настороженным видом перебирала папки и документы на моем столе.

— Спасибо, что разбудили, — избегая встречаться с ней взглядом, поблагодарила я и проскользнула за стол, запихнув подальше мешок с одеждой. — Не знаю, как меня угораздило.

— Не за что, — тихо ответила Молли, продолжая разбирать папки. — Я тут иногда прихожу пораньше, чтобы успеть включиться в работу.

— Хорошо, что вы пришли пораньше, — благодарно ответила я.

С ужасом представила себе, что случилось бы, если бы в кабинет вздумал заглянуть кто-нибудь из компаньонов. Нашли бы меня пускающей слюни на клавиатуру — не иначе как с перепоя.

— Может… — Молли помолчала. — Может, хотите поговорить? У вас точно все в порядке?

— Спасибо, Молли. — Я старалась казаться деловой и собранной, но, боюсь, мы обе знали, что это все видимость. — Просто заработалась. Ничего особенного.

Молли подняла на меня глаза.

— А это никак не связано с тем актером? С Мэттом Джеймсом?

Я вздрогнула. Она тут же покраснела и замотала головой.

— Извините, зря я спросила. Не мое дело.

— Нет-нет, не извиняйтесь, — попыталась я ее успокоить. Мне было неудобно, что она меня так стесняется. Я что, правда, такая строгая начальница? — Вообще-то да, это все из-за Мэтта. Ну и еще из-за кучи всякого разного.

— Я так и знала, — тихо произнесла Молли, рубанув воздух кулаком. — Я так и знала.

Я удивленно посмотрела на нее, а она в ответ смущенно опустила глаза.

— Что знали?

— Какой-то он был подозрительный, — ответила она. — Мне сразу показалось, что тут дело нечисто.

— Правда? — недоверчиво спросила я. — Почему же вы ничего не сказали?

Молли залилась краской и покачала головой.

— Харпер, ну какое я имела право? Я просто секретарь. Вы же никогда не обсуждали со мной личную жизнь. У меня не хватило бы наглости лезть в ваши дела.

Мне стало жутко неудобно. Я даже не знала сперва, что сказать.

— Извините, Молли…

Ну вот, теперь у меня и с собственной секретаршей отношения разладились. И тут умудрилась напортить. Что же у меня все кувырком идет?!

— Да нет, не извиняйтесь. Начальница вы просто замечательная. Просто вас уже давно что-то мучает, а вы все в себе держите. Последние пару недель вы себя как-то странновато вели. Но я подумала, это ваше личное дело. И я не хотела лезть, куда не просят.

Я вздохнула.

— Молли, даже если бы вы очень захотели, у вас бы не получилось.

— Да? — Она смущенно замолчала и, оставив папки в покое, посмотрела мне в глаза. — Может быть, все-таки поговорим? Если, конечно, вы сами хотите…

Я какое-то время разглядывала ее серьезное лицо, большие искренние глаза, и мне вдруг ужасно захотелось рассказать ей все как на духу, наплевав на условности.

— Мы с подругами решили провести эксперимент, который назвали операция «Блондинка», — начала я и, не успев опомниться, выложила ей все события последних двух недель начиная с того, как встретила Скотта Джейкоби (надо же, а кажется, целая вечность прошла), и заканчивая жутким вчерашним вечером.

К концу рассказа у меня перехватило дыхание. Стало ужасно неловко. Может, зря я решила открыться?

— Э-э, Молли? — наконец позвала я. — Что молчите?

Она медленно кивнула и склонила голову набок.

— Не понимаю.

— Что не понимаете? — удивилась я.

По-моему, я достаточно подробно и доходчиво описала наш провалившийся эксперимент и мою личную неудачу.

— Не понимаю, зачем вам вообще это все понадобилось, — озадаченно протянула она. — У вас ведь все есть. Вы умная, красивая, у вас замечательные подруги, великолепная работа… Зачем вам прикидываться другой?

Я обреченно вздохнула. Конечно, Молли вряд ли сможет влезть в мою шкуру. Зря мне показалось, что девушка с таким чутьем должна хватать все на лету.

— Молли, у меня постоянное ощущение, что я отпугиваю мужчин, что они со мной неуютно себя чувствуют, и это меня очень угнетает, — попыталась объяснить я.

Она по-прежнему смотрела озадаченно. Тогда я продолжила, пытаясь уж совсем все разложить по полочкам.

— Не понимаете? Никто не хочет со мной встречаться, потому что я юрист. Мужчины не выдерживают. Только не подумайте, что мне прямо сейчас до зарезу понадобился спутник жизни. Но возникает порой ощущение, что я так до старости и проживу одна.

— Вы просто еще не нашли того, кто вам нужен.

Я закатила глаза. Они что, сговорились все твердить одно и то же?

— Вы не поймете, — бессильно повторила я.

— Да нет, — с нажимом, которого раньше в ее голосе я не замечала, ответила Молли, — это как раз вы не понимаете. Я бы все на свете отдала, чтобы быть такой умной и преуспевающей. Вы — вроде как мой кумир.

Я потеряла дар речи. Никогда не думала, что стану для кого-то кумиром — тем более для собственной секретарши, которая ненамного младше меня. Я же не настолько старая, чтобы записываться в кумиры, или как? Хотя приятно, что и говорить.

— Я — ваш кумир?

Молли кивнула.

— Я хочу стать юристом. Больше всего на свете. Просто я очень долго не могла осознать, к чему душа лежит. Вот и зарабатываю, чтобы оплатить учебу в юридическом.

— Что, правда?

Такого я не ожидала. Просто понятия не имела. Почему-то даже не подозревала, что моя секретарша учится на юриста.

— Ну да, — покраснела она. — Один-два курса в семестр. На большее не хватает. Очень медленно продвигается. Харпер, я хочу быть такой, как вы. Вы потрясающая. У вас совершенно замечательная жизнь.