Я тебя вылечу - Янка Рам

Стискиваю зубы, и пытаюсь не упасть ниц с извинениями.

Потому что заслужил он эту пощечину!

Разве можно так над влюбленной девушкой издеваться?! То прогоняет, то в душе зажимает!

Распахивает глаза. Взгляд тяжёлый... Верхняя губы дёргается в чуть заметном оскале.

Смотрит мне в глаза.

И мне даже кажется, что я сейчас выхвачу. Не ответную пощечину, нет. Выхвачу резких слов или… злого равнодушия… или…

Но он сдерживается. Взгляд становится теплее, с пьяной поволокой.

Его губы мягко, ласково и настойчиво опять пленяют мои.

И он так целует...

- Ненавижу тебя! - всхлипываю я, позволяя ему целовать мои двигающиеся губы.

- Нет... - шепчет он. - Не правда.

Все мои обиды капитулируют перед этой горячей нежностью. Но мне так больно... что кажется сердце разорвется сейчас! И мне инстинктивно хочется сделать ему также больно. Чтобы он почувствовал!

- Не хочу тебя! - дрожащим голосом шепчу ему в губы.

Это такая ложь... Смешная, детская! Да я за эти поцелуи душу готова продать сейчас.

Но его цепляет.

Он тоже делает мне больно, кусая в основание шеи. И давит зубами... На грани... Так, что я не могу определиться действительно ли мне больно или... Или это острое ощущение словно тянет что-то чувствительное через все тело, превращаясь в пульсацию между бедер.

- Врешь! - рычит мне в ухо.

Вру...

Глубоко целуя, подхватывает под колено. Вдавливается в меня раскаленной головкой.

Задохнувшись, хрипло мурлычу, вжимаясь губами ему в скулу.

Я такая пьяная... Мне плевать что будет после! Что он обо мне думает вообще... Я хочу, чтобы сейчас он не останавливался.

Нетерпеливо скребу коготками по его плечам, закатывая глаза от невыносимого дразнящего давления. Дернув бедрами протыкает меня и растягивает. Ладонь запечатывает мой рот.

- Тихо! - дрожит его голос. - Ч-ч-ч...

Несколько оглушающих рывков внутрь.

А потом меня как безвольную куклу разворачивает и загибает у стенки.

Там, у рояля мы занимались любовью. Сейчас - мы трахаемся! Это ничуть-ничуть-ничуть не хуже!

И я кусаю губы, и его пальцы, пытаясь не стонать в голос от вспыхивающих в глазах фейерверков.

Его пальцы сжимают грудь, душат, развратно ныряют мне в рот, обводя там язык, оттягивая щеку...

Я позволяю всё! Всё позволяю, дрожа и зависая на грани взрыва.

- Мм... - вжимается он губами за ушко. - Девочка моя...

Чувствую его судороги и стон, мгновенно улетая от этой эмоции на седьмое небо. И вздрагиваю от опустошающего оргазма.

Он выходит из меня... Напряженный член скользит по попке. А его ладони по моей спине.

Разворачивает меня к себе, поцелуй в мои приоткрытые губы, скулу, бровь...

Делает мне воду теплее.

Выходит из под душа, обматывая бедра простыней.

Я трезвею и возвращаюсь в реальность. Стою в шоке, не понимая как это понимать.

Мои бабочки в животе замирают и впадают в кому. Становятся тяжёлыми и холодными, превращаются в ледяные камни.

Что это было?

Ты... просто трахнул меня?!

Ты даже презерватив не надел!

Мало я тебе врезала.

В прострации вытираюсь полотенцем.

Не чувствуя ног, с онемевшим телом выхожу из душа.

Все за столом.

Рассеянно ищу причину, чтобы побыстрее сбежать отсюда.

Хасанов сидит в моем кресле со стаканом коньяка. О чем-то спорит с Горынычем. Ни слова не слышу...

Абсолютно ничего не понимая, как зомби иду мимо него, соображая куда сесть. Перевожу беспомощный взгляд на Даву.

- Куда? - ловит за простыню Хасанов.

Рывок!

Я приземляюсь к нему на колени.

Ой...

Как пушинку устраивает меня поудобнее, забирая обратно стакан со стола.

Ааа!!

Хасанов! Ну что за человек?!

Этот каминг-аут без моего согласия!

Но в груди все порхает, бабочки оттаяли. Смущённо прячу лицо на его шее.

Боже мой... Я умру завтра от стыда.

Но никто не комментирует, мужчины лениво продолжают свой спор.

Рядом сидит на коленях у Стефа Вика, по-хозяйски рисуя пальчиком по его волосам.

И мне тоже хочется.

Пальцы Хасанова медленно скользят с моей икры на щиколотку и обратно.

Накалывая на вилку оливки и сыр, скармливает мне как кошке. Потом дольки мандаринов. Заботливо стирает пальцем с губы сок.

Прячу взгляд от всех... Я бесхребетная тряпка и вообще… позорище. Позволяю ему всё это безобразие - вот в душе и сейчас! А что будет завтра - большой вопрос. Но мне всё равно сейчас. У меня женское счастье! И я врежу любому, кто его попробует осудить.

Вжимаюсь носом в мокрые волосы и дышу его запахом, пьянея окончательно и вдрызг!

- Так, за что пьем? - разливает Стеф.

- Предлагаю опять за любовь! - басит Горыныч. - Ей вроде как зашло…