Легенда о яблоке. Часть 1 - Ана Ховская

Сквозь пелену и туман мужчина разобрал, что говорил тонкий, бодрый голосок. Хотя его разум был склонен воспринимать это смутное явление, как сон. А если это был сон, то не было смысла для беспокойства. И мужчина безмолвно повиновался рекомендации голоса и заметно притих.

– Вот и молодец!– похвалила София незнакомца, почувствовав под ладонью прерывистое, но более спокойное дыхание.

Она с уверенностью в том, что делает, аккуратно разложила перед собой принесенные из дома предметы. Неглубокая фарфоровая миска была наполнена чистой прохладной водой, туда же был выжат сок крупного лимона, из аптечки пригодились ватные шарики и маслянистая жидкость альфа-токоферола ацетата для смягчения поверхности кожи. Теперь предстояла длительная, монотонная, но необходимая процедура смачивания и пропитки поврежденной кожи. Лимонная кислота в сочетании с витамином Е должна нейтрализовать действие ядовитого плюща.

Девушка смочила ватный шарик в миске с раствором и приложила его к щеке мужчины. Тот слегка вздрогнул и склонил голову набок в неопределенном ожидании.

– Лежите спокойно,– со строгостью профессиональной медсестры проговорила София и коснулась пальцем его подбородка, чтобы вернуть голову в первоначальное положение.

Она снова и снова смачивала ватный шарик в растворе и мягко обтирала лицо бедняги. Когда кожа лица была смочена, София отставила миску и с невероятным усилием перевернула мужчину на бок, чтобы подстелить под него одеяло. В тени кустарника земля была прохладной и влажной.

Перевернув мужчину обратно, София откровенным любопытством засмотрелась на его лицо и шею, полуоткрытую грудь и сильные, накачанные руки, непроизвольно касаясь ребром ладони его руки и груди. «Красивое тело! И лицо, наверное, тоже, если бы не этот отек и пузырьки». Она усмехнулась от сознания нелепости ситуации, в которую попал этот человек, и уже вслух, полушепотом подумала о нем:

– Наверное, он какой-нибудь бизнесмен, а может быть, фермер, или просто чей-то муж… Хм, муж?! Может быть, он из Эль-Пасо? Здесь ведь недалеко. Шел, шел и упал… Ну, конечно: если бы от меня так разило виски, то я давно была бы в реанимации… Какие у него красивые губы! Совсем, не как у Криса. Интересно, а какие у него глаза? Ему, наверное, лет тридцать пять или около того. И конечно, он для меня слишком взрослый… Или я для него козявка,– София расстроенно и мечтательно вздохнула и закатила глаза к небу.– Вот бы встретить красивого мужчину и чтобы обязательно с большими глазами, глубокими, как самый глубокий океан, с ангельской улыбкой и добрым сердцем… Я бы, наверное, согласилась остаться в Эль-Пачито…

София вдруг вздрогнула, передернулась, посерьезнела и нахмурилась.

– Нет. Стоп. Не согласилась бы… Похоронить себя здесь из-за мужчины? Нет! Один бог знает, о чем я думаю,– огорченно выдохнула она и придвинулась ближе к мужчине.– Эй, как мне вас называть? Ах да, вы же ничего не можете сказать. Ну ладно, я сама придумаю вам имя. Я буду называть вас… э-э-э… Мистер «Х». А что: вы не должны обижаться, это достойное имя – загадочное и уважительное. А меня зовут Фисо. Это, конечно же, прозвище, но я люблю, когда меня так называют.

София внимательно вгляделась в отекшее лицо мужчины и грустно добавила:

– Конечно, вам сейчас абсолютно все равно, как меня зовут… Это я так, чтобы не было скучно… Мне ведь совсем не с кем поговорить, а вы, хоть и молчите, но все же очень внимательный слушатель… Ну, по крайней мере, вы не будете меня критиковать…

Незнакомец пошевелил губами, но не произнес ни единого слова, прозвучало только шипение и хриплое дыхание.

– Что?– София взволнованно коснулась ладонью плеча мужчины.– Лежите, лежите. Сейчас я нанесу мазь, она тоже вам поможет. Это хорошо, что я успела вас найти до того, как пузырьки на лице не успели лопнуть. Иначе бы вы навсегда остались Фредди Крюгером.

София добродушно рассмеялась.

– Это шутка. Вы будете в полном порядке.

Мистер «Х» было неплохим прозвищем для незнакомца, тогда как он в смутном сознании не мог припомнить своего имени, фамилии и что он из себя представляет. Это было ужасное состояние – бесконтрольности, беспомощности, мучительно-досадное. Однако же присутствие милого детского голоса рядом согревало душу, обнадеживало и успокаивало. Он чувствовал, как теплые трепетные пальцы касались его кожи, и за ними приходила упоительная прохлада и обжигающий, колющий, словно тысяча раскаленных игл, раздражающий до безумия зуд проходил. Сквозь веко зрачки улавливали дрожание света. Это сквозь листья шиповника пробивались любопытные лучи солнца.

Но вот, наконец, беспокойные ощущения прекратились, и незнакомец погрузился в глубокий сон.

Время ушло далеко за полдень, а София, уютно устроившись в углу пещерки из кустов шиповника, задумчиво, с ноткой тоскливости в душе любовалась мужчиной. «Кто-то назвал бы меня бесстыдницей,– подумала она, ловя себя на том, что не сводит глаз с дрожащих во сне губ мужчины и трепетно бьющейся на его шее жилки.– Но он вызывает такие странные чувства… Как бы я хотела с ним поговорить… Ни о чем, просто так… Может, я понравилась бы ему? Ой, нет! Я с ума сошла. Думаю о каком-то незнакомом человеке, разглядываю его, будто никогда мужчины не видела…»

Но как бы она ни отстранялась от мыслей о незнакомце и как бы ни прятала глаза, ее внимание приковывала то одна, то другая клеточка его тела. Было в этом мужчине что-то магнетическое, чарующее и неизведанное.

София убедилась, что Мистер «Х» спит, – он совсем не отзывался на ее голос и дышал ровно, спокойно, и вышла из кустов размять ноги и спину.

Джинжер сладко дремала в тени деревьев. Девушка умильно улыбнулась и огляделась по сторонам. Вдалеке она заметила пыльное облако от движения табуна лошадей. Их гнали к водопою. А это значило, что было уже около трех часов дня. София почувствовала легкое подсасывание под ложечкой и раздраженно отметила липкую майку на теле. «Я скоро вернусь сюда… вечером загляну… Ой, я же обещала Крису встретиться после обеда… Как сейчас не до него, но он может обидеться…»

София в легком волнении взмахнула руками, крутнулась вокруг своей оси, посмотрела в сторону поместья, затем на кусты, в которых лежал ее таинственный незнакомец, потом на Джинжер и, наконец, сообразила, что Мистер «Х» проспит еще часов шесть, решила ненадолго покинуть это место. Она окликнула лошадь, та живо поднялась на копыта и, одним махом перескочив через бревно, оказалась рядом с хозяйкой.

Во весь галоп девушка поскакала в поместье Эль-Пачито, надеясь прибыть туда вовремя, не вызвав вопросов, гоня от себя мысли о том, что кто-нибудь может узнать о ее маленьком приключении и неверно понять. А сплетни, слухи в Эль-Пачито распространялись со скоростью ветра.

С громким топотом копыт Джинжер София въехала в ворота поместья и спешилась. Не расседлав лошадь, она поспешила в дом.

Хвала господу – отца не было дома. Но сегодня и Хелен была серьезна и строга к поведению дочери.

– Софи, ты взрослая девушка, а ведешь себя, как ребенок! Объясни, где ты пропадаешь целый день?