Легенда о яблоке. Часть 2 - Ана Ховская

– И я рада тебя видеть. Мне нужно поговорить с тобой. Ты обедаешь все в том же дешевом кафе?– настойчивым голосом спросила она.

– Присоединяйся,– без энтузиазма предложил Алекс и проводил женщину к лифту.

В прошлый раз Жанна не так была раздражена общением Александра с девчонкой из информационно-системного отдела. Сегодня она ощутила легкое беспокойство, но не верила, что Александр мог обратить внимание на это «недоразумение».

***

София вошла в зал кафетерия и глазами нашла Андерсона, который уже занял столик и ждал ее появления. Не успев еще присесть, она наклонилась к Теду и сказала:

– Можем пошептаться? Никто не услышит.

Андерсон придвинулся к девушке, улыбнулся, выставил перед ней порционный поднос с обедом и внимательно окинул ее взглядом.

– Где твой телефон?– тихо, но строго спросил Тед.

– Я оставила его в сумочке,– виновато вспомнила София.

– София, будь внимательнее – соберись. Я же просил тебя всегда носить его с собой. Если тебя засекут в базе данных, я первый об этом узнаю и смогу послать тревожный сигнал. А как ты собираешься его получить, если напрочь забыла об осторожности?

– Не сердись, пожалуйста. Я и так раскаиваюсь…– еще более виноватым голосом попросила Мэдисон.

– Еще раз забудешь – придется вживить в ухо микропередатчик. Мы не можем рисковать,– смягчил тон Андерсон, но еще больше насторожил девушку.

– Не надо…– округлив глаза от волнения, протараторила София.– Я повешу телефон на шею.

Тед не сдержал улыбки от ее безрассудной доверчивости и не стал больше отчитывать. София шевельнула бровью, прищурилась и ясно поняла, что Андерсон подшутил над ней. И когда оба догадались об эмоциях друг друга, то расслабленно откинулись назад и улыбнулись: София – с укором, Тед – по-хулигански.

– Ладно, какие у тебя вопросы?

София собралась с мыслями, снова придвинулась к мужчине и почти на ухо прошептала:

– Тед, у меня к тебе просьба…

– Слушаю…

– Нельзя ли проверить одного человека? У меня странное ощущение на его счет.

– Кого-то заподозрила?

– Нет, но…

– Как его имя?

– Александр Ахматов.

Андерсон кашлянул потому, что чуть не захлебнулся собственной слюной от услышанного.

– Осторожно,– ничего не заподозрила София и похлопала коллегу по спине.

– Что с ним не так?– прокашлялся Тед и прикрыл губы ладонью, чтобы не выдать своей реакции от абсурдности ее заявления.

– Он проявляет ко мне слишком откровенный интерес. Тебе не кажется это подозрительным?

Андерсон сдержал смешок, рвущийся из груди, и спросил недоуменным тоном:

– Ты считаешь подозрительным проявлять симпатию к привлекательной женщине?

София огорошено подняла брови, будто такое явление было абсолютно противоестественным по отношению к ней.

– За комплимент спасибо, но я ведь не об этом…

Андерсон отметил смешение чувств девушки и успокоил:

– Ахматов чист, как стеклышко. Ну, а с симпатиями разбирайтесь сами.

– Я заметила, что вы с ним дружны?

– Это меня компрометирует?– вскинул брови Тед.

София ощутила неловкость оттого, что Андерсон мог догадаться о ее смущении и заинтересованности Ахматовым.

– Нет,– сдержанно ответила она и решила, что одного его слова достаточно, чтобы исключить свои подозрения.– Честно говоря, мне начало казаться, что он может быть из службы внутренней безопасности ФАМО.

– Поверь, что сотрудники этой службы не вступают в контакт с объектом проверки, и тем более не проводят длительное время вместе с ним.

София изумленно покосилась на Теда.

– Откуда ты знаешь?

– За тобой наблюдает не только агентство. Майк сообщил, что вы встречались несколько раз вне рабочего времени.

– Вот сплетник!– возмутилась София.

– Это его обязанность. И не срывай на нем свое недовольство. Ешь свой обед, а то остынет.

– Хорошо, папочка!– София неодобрительно вздохнула и, мельком оглядевшись по сторонам, принялась за свой обед.

***

После обеда София так и не зашла к Ахматову и, скорее, не собиралась, хоть и очень хотелось. Но он не забыл о ней и вскоре напомнил о себе, прислав сообщение по электронной почте:

> Я соскучился без анекдотов!

София долго не могла определиться: отвечать ли ему или нет, а потом с удивлением открыла, что такая форма общения гораздо удобнее для нее и не вызывает бури эмоций и переполоха в мыслях, чем при встрече.

> Идея общения в чате мне нравится. Как-нибудь я пришлю вам онтологию анекдотов. Комиксами увлекаетесь?

Ответила она и улыбнулась самой себе. Это было даже забавно. В электронных словах можно было выразить столько разного смысла и одновременно спрятать свою неловкость и глаза, выдающие все движения души, утолить жажду общения с ним, не испытывая на себе его проницательного взгляда, и, наконец, привести свои мысли в порядок, не ожидая его внезапного появления. И судя по следующим трогательным сообщениям, Ахматов с удовольствием принял эту идею. Но так думала София.

В реальности Алекс испытывал огромное желание видеть девушку, любоваться ею, слышать ее голос, вдыхать незабываемый аромат ее духов и чувствовать ее внутреннее смущение и трепет перед ним. Ему нравилось, когда при его взгляде или нечаянном прикосновении она смущалась и неумело пыталась скрыть это, теребя кончики волос, перебирая пальцы рук или озираясь по сторонам, будто ее заинтересовала какая-то деталь окружающего. И каждый раз он мягко улыбался и нежно смотрел на нее, не отрывая глаз, что еще больше вызывало у нее внутреннее волнение. Однако усилием воли Ахматов следовал своему убеждению в том, чтобы в течение нескольких дней ослабить напряжение девушки, связанное с его вниманием, и дать ей возможность сосредоточиться на своей разработке. Поневоле приходилось жертвовать своими интересами ради успеха в операции. Но уже сейчас Алекс был глубоко уверен в том, что его интерес к Леди не ограничивался действующей операцией, и что в его ближайшем будущем отношения с Софией будут играть не последнюю роль.

И в следующие дни представился удачный повод для объективного сокращения личных контактов Ахматова с Мэдисон. В ФАМО началась подготовка к внедрению проекта глобального значения, и руководители всех отделов оказались включены в этот напряженный процесс. В эти дни София и Алекс встречались лишь мельком: в холлах разных этажей, в лифте, реже при получении Алексом пакетов с почтой. И в это время София слегка отстранилась от своих бурных переживаний, что привело ее в чувства и заставило более серьезно заняться своими обязанностями.