Дикарь - Мари Князева

- Тим... - прошептала я уже совсем не укоризненно, а скорее томно, и в следующую секунду меня наклонили, многослойная юбка упала на спину, а сзади звякнула застёжка ремня.

- Прости, малыш, не могу терпеть...

Ох, боже мой, и как я не подумала. В ЗАГСе-то мы расписались, пора исполнять угрозы! Кроме того, последние несколько дней мы воздерживались от близости: было столько дел и волнений, а сегодня я вообще ночевала у папы... В общем, клапан сорвало у обоих.

Шумели мы безобразно, почему-то эта неподходящая обстановка нас только распаляла. Тимур гладил меня нежно, но двигался совершенно несдержанно. Дикарь - он и есть дикарь. Троглодит... неандерталец... ох, как же я его люблю..!

Когда мы, растрёпанные и всклокоченные, выскочили из той подсобки, в коридоре, как назло, возник мой батюшка. Я спряталась за широкое плечо мужа, чтобы не выглядеть перед родителем непристойной женщиной, но он, кажется, был достаточно навеселе, чтобы не замечать таких досадных мелочей.

- А я как раз вас ищу, думаю, куда вы запропастились!

Папа сделал самое умильное лицо, на какое был способен (а у него по этой части настоящий талант), и, взяв нас с Тимуром за руки, ласково пробормотал:

- Ну вот, детки мои, это совсем другое дело...

Я закатила глаза и с трудом удержалась, чтобы не фыркнуть, но потом... мои глаза внезапно наполнились слезами благодарности. Он прав, это совсем другое. Без преувеличений, папа спас меня от ужасной судьбы. И я навсегда останусь перед ним в неоплатном долгу, потому что Тим для меня больше, чем любимый мужчина - он моя родственная душа и... такой фантастический дикарь, о каком мечтает каждая женщина! Позабыв о собственной растрёпанности, я обняла отца, поцеловала в гладко выбритую щёку и прошептала:

- Спасибо, папочка. Я тебя люблю.

Подарки мы толком разобрать не успели - только глянули на огромную гору коробок и стопку конвертов с деньгами, но в ней моё внимание привлёк яркий необычный прямоугольник. Я подхватила картонку - это была открытка с пейзажем... набережной Римини. Внутри оказался текст, старательно выведенный от руки по-итальянски. Не нужно было мне этого читать, но любопытство пересилило, и я выяснила значение незнакомых слов в переводчике:

"Дорогая Нико, я всё ещё жду тебя. Как надоест быть женой косолапого русского медведя, позвони мне. Твой Вито"

Невероятно! Я знала, что Витторио недолго пробыл в заключении. Его деньги и связи помогли ему освободиться достаточно быстро даже из Интерпола. Но в одном он просчитался: я отношусь к браку намного более серьёзно, чем он.

Я порвала открытку и бросила в мусорное ведро.

***

Не помню, как села в самолёт - не из-за опьянения, а потому что прошли почти сутки с утреннего подъёма. Да ещё я эти сутки проскакала на каблуках. Думаю, Тимур занёс меня в железную птицу на руках, потому что я задремала в зале ожидания после досмотра. Проснулась уже в Доминикане и только тогда поняла, почему мужу приспичило совокупиться в подсобке. Первую брачную ночь-то мы проспали в самолёте! Предусмотрительный мой, дальновидный...

В Пуэрто-Плата для нас была снята целая вилла с бассейном и обслуживанием, а до моря было рукой подать. Так же близко, но в другую сторону располагался шикарный ресторан, из которого можно было заказывать еду с доставкой. Мы постоянно обнимались -буквально целыми днями, оба не желая отлепляться друг от друга. Разумеется, много занимались любовью, разумеется, не предохраняясь - правда, результат стал известен, только когда вернулись на родину.

Мы прожили в том домике у моря две недели - больше не позволили дела. А потом вернулись в Москву. Какое-то время жили на два дома: порой так хотелось отдохнуть от столичной суеты. Дела Тимура шли только в гору. Он много работал, но уделял внимание и мне, а когда у нас родился первенец, то мы надолго перебрались в деревню: там маленькому ребёнку лучше. Илья Петрович перебрался к нам, и мой папа часто навещал, а уж как Лиза была счастлива! Никто не нянчил Егора Тамерлановича с таким удовольствием и рвением, как она. Я всегда смеялась, что это слишком длинное название для такого маленького существа, но ей нравилось величать его именно так.

Тимур тоже очень любил своего сына - буквально до обожания - и был главным идеологом дальнейшего расширения семьи. Алина Тамерлановна родилась через четыре года после Егорки, а ещё спустя пару лет мы перебрались обратно в Москву: детям нужно образование - так без конца твердили счастливые дедушки. Что ж, любящей семье и в мегаполисе неплохо.

Вышла ли моя подруга-тренер замуж? Отвечу: да, но за кого - интрига. Это уже совсем другая история...