Струны любви - Лаурелин Макджи

А она заслуживала еще одну ночь с Элаем – последнюю ночь. И тогда ей будет не так больно расставаться с Лансом. Потерять сразу двух дорогих людей за один день – не слишком ли много?

Посмотрев Элаю в глаза, она тихо сказала:

– Просто люби меня. – Лейси знала, что утром пожалеет о своих словах, но сейчас ей хотелось именно этого.

– Да, я люблю тебя, – ответил Элай. Лейси знала, что это неправда, но согласилась принять ее. К тому же голос Элая звучал вполне искренне, а на большее она и не рассчитывала.

Лейси повернулась к нему и, запустив пальцы ему в волосы, потянулась к его губам – таким же сладким, как и при первом поцелуе, но только с привкусом соли от ее слез. Но Элай в какой-то момент прервал поцелуй и стал осыпать поцелуями ее шею. А она, крепко прижимаясь к нему, наслаждалась его силой и нежностью. Запустив руки ему под рубашку, она принялась поглаживать его крепкие мускулы. И тогда Элай, приподнявшись, снял рубаху, а Лейси тем временем как-то удалось стащить с себя футболку. Груди болели, желая ласки, и Элай тут же стал покрывать их поцелуями, легонько пощипывая и покусывая соски.

А потом он начал медленно снимать с нее юбку, то и дело целуя ее бедра и ноги. Сняв с нее трусики, он нежно подул в самое чувствительное место, и прохладный воздух сладостно коснулся ее влаги. Лейси глухо застонала – она хотела большего. И в тот же миг Элай раздвинул ей ноги, и его губы коснулись ее лона. Лейси тихонько вскрикнула и снова застонала. Стоны ее становились все громче и громче, и в какой-то момент она громко закричала и содрогнулась всем телом – возбуждение взорвалось в ней и забило фонтаном удовольствия.

Минуту спустя, отдышавшись, Лейси взглянула на Элая. Ах, этот парень… он слишком хорош для нее. Она никогда не встречала никого лучше. И секс с ним был просто невероятным. Лейси отлично знала, что с правильным мужчиной можно испытать очень приятные чувства, но ей даже в голову не приходило, что это может быть настолько прекрасно.

Элай играл на ее теле словно на мандолине, и она пела и вибрировала, как струна, от каждого его прикосновения. Слава богу, они по-прежнему находились в темноте «домика», и Элай, наверное, не видел ее искаженное страстью лицо. Ох, он вытворял с ней необыкновенные вещи!

Внезапно Лейси почувствовала, как Элай лег на нее сверху, накрывая своим теплом ее обнаженное тело. Какое-то время они так и лежали, и Лейси с удовольствием вдыхала уже хорошо знакомый запах его кожи. А потом, когда ладони Элая оказались под ее спиной, Лейси поняла, что он поднимает ее. Затем он встал, шагнул к кровати, и домик из одеял сломался. Причем одна простыня обернулась вокруг его плеч подобно плащу, и Элай стал походить… наверное, на рыцаря. Да он и был ее рыцарем. На одну ночь.

Лейси легла на кровать и стала смотреть, как он снимал с себя джинсы. Когда же перед ней появилось его уже давно восставшее орудие, она приподнялась и потянулась к нему губами.

– Нет, не надо. Сегодня все только для тебя, – сказал Элай. Он осторожно уложил ее на спину и лег сверху.

И Лейси снова растворилась в его ласках и поцелуях, но уже минуту спустя почувствовала, что к ней возвращается жгучее желание. Она закинула ноги ему на ягодицы и постаралась покрепче к нему прижаться.

Элай тотчас же вошел в нее и замер на мгновение. А затем начал медленно двигаться.

– Я не надел презерватив, – пробормотал он вдруг. – У меня в джинсах его не было. Ведь я не ожидал, что это произойдет…

– Все в порядке. У меня есть свое средство, – ответила Лейси, и было совершенно ясно: она хотела, чтобы он продолжал.

Крепко его обнимая, Лейси чувствовала, как напрягались его могучие мускулы, и от каждого движения Элая она сладостно стонала. А он, приподнимаясь над ней, то и дело заглядывал ей в глаза, и при этом с губ его срывались слова – неоконченные стихотворные фразы. «Ты прекрасна, – хрипло шептал он, – но тебя не удержать. Ты свободная. Я внутри тебя… Так глубоко, как только могу. Но и этого мне мало…»

Его слова пробуждали в ней какие-то смутные чувства, которым пока не было названия. Когда-то она наткнулась на японское слово «кинцугу», которое означало «золотая заплатка». Если у японцев раскалывался красивый горшок или ваза, то части склеивали сияющим золотым лаком, и в результате вещь становилась еще лучше, чем прежде. Именно такой сейчас чувствовала себя Лейси – после года, прожитого в «осколочном» состоянии, она вдруг ощутила себя целой и красивой.

– Пожалуйста, о, пожалуйста… – прошептала она, и Элай стал двигаться быстрее.

Но Лейси просила его о другом. Остановив любовника, она перевернулась так, чтобы оказаться сверху – ей хотелось показать ему глубину своих чувств. Оседлав Элая, Лейси начала медленно подниматься и опускаться, наслаждаясь их близостью, стараясь длить ее так долго, как только можно. И в эти прекрасные полные экстаза мгновения она окончательно убедилась в том, что стала гораздо красивее и сильнее – ведь ее разбившуюся душу склеили золотом. И любовью. Пусть даже длиться она будет всего одну ночь.

Наслаждение медленно накапливалось в ней, а когда, наконец, вырвалось наружу, Лейси вскрикнула и замерла на несколько секунд. А потом Элай схватил ее за бедра и сам начал задавать ритм. Он настойчиво вел ее то вверх, то вниз, пока сам не содрогнулся, громко закричав от сладостной разрядки. И тогда Лейси снова взялась за дело – она несколько раз резко приподнялась и опустилась, выжимая до последней капли остатки их страсти. После чего со стоном рухнула в объятия Элая. Он что-то шептал ей в ухо, но она уже не слышала его слов. Тихонько вздохнув, Лейси закрыла глаза и через несколько минут погрузилась в сон.

Элай смотрел на спавшую рядом с ним Лейси. Щеки у нее раскраснелись от страсти, но он никогда еще не видел ее такой спокойной, как в эти минуты. Даже едва заметная морщинка на переносице сейчас разгладилась. Он осторожно убрал волосы с ее лица и любовался ею до тех пор, пока не понял, что еще чуть-чуть – и у него уже не хватит сил уйти.

Все произошло совершенно неожиданно. Он действительно собирался только поцеловать ее на прощанье – и все. Но, скорее всего, это все равно случилось бы – даже если бы Лейси не расплакалась и не попросила его остаться. В глубине души он хотел этого. Хотел по-настоящему любить ее – ведь завтра у него уже не будет на это никакого права.

Но теперь уже все произошедшее осталось в прошлом. И сейчас ему следовало кое-что сделать до того, как Лейси проснется. Поэтому Элай осторожно поднялся с постели, собрал свои вещи. Остановившись у стола, он вырвал лист из блокнота и написал несколько строчек. Потом в последний раз взглянул на любимую и, выключив свет, вышел в коридор.

Оказавшись у себя в номере, он открыл ноутбук и сделал глубокий вдох, собираясь с силами. Настало время поступить так, как следовало. Так будет лучше для всех.