Возраст любви - Даниэла Стил

— По‑моему, парень здорово нервничает, — задумчиво проговорил он. — Хотел бы я знать, в чем тут дело.

— Что‑нибудь случилось? — обеспокоенно спросила Аманда.

— Вроде бы нет, — ответил Джек. — Может, они беспокоятся из‑за ребенка?

— А что из‑за него беспокоиться? — покачала головой Аманда. — Я‑то вот не беспокоюсь…

Она и вправду почти не переживала. На протяжении последних месяцев ее не покидало хорошее настроение и необъяснимая уверенность в благополучном разрешении от бремени.

— Единственное, что меня действительно волнует, — добавила она с улыбкой, — так это то, что я стала слишком толстой. Если так пойдет и дальше, кончится тем, что я не пройду в двери приемного отделения, и тогда мне придется рожать на пороге больницы.

— С мальчишками всегда так, — ответил Джек. — Пол тоже был очень крупным, хотя, конечно, не таким… Я помню, Барбару так разнесло, что она не влезала ни в одно платье и ходила в моих рубашках, которые, впрочем, тоже не застегивались. Должно быть, из‑за этого она меня полгода поедом ела. Характер у нее всегда был не сахар, но на время беременности она превращалась в настоящую мегеру.

— Зато она подарила тебе двух отличных детей, — напомнила ему Аманда. — Надо быть справедливым, Джек…

Джек картинно закатил глаза.

— Справедливым?.. Говоря по справедливости, у Барбары всегда был несносный характер, так что беременность здесь ни при чем. Поэтому мы и расстались.

Джен и Пол приехали около восьми вечера. Джек уже смешал коктейли, и Аманда, любуясь закатом, думала о том, не пойти ли им всем искупаться.

— Как малыш? — спросила Джен, с беспокойством глядя на мать. У нее был такой большой живот, что Джен это даже пугало, но Аманда, похоже, совсем не обращала внимания на свою фигуру. Лицо у нее было спокойным, умиротворенным, а на губах то и дело появлялась мечтательная улыбка.

— Все отлично, дорогая. Полагаю, он ждет не дождется, когда сможет увидеть тебя. — И Аманда отпила большой глоток грейпфрутового сока из бокала, который принес ей Джек. Период яблочной диеты благополучно закончился, и теперь Аманда налегала на кальций и витамины. Джек пил скотч со льдом; Джен и Полу он принес по бокалу фруктового пунша, но они к ним даже не притронулись, и Аманда удивленно подумала о том, что же так взволновало ее дочь и зятя.

— Что‑нибудь случилось? — напрямик спросил Джек, который тоже заметил, что дети держатся как‑то скованно, но Джен и Пол переглянулись и дружно покачали головами, что сразу сделало их похожими на напроказивших подростков.

— Да в общем‑то нет, — с неловким смешком сказал Пол, переводя взгляд с Джен на отца и обратно. — Просто мы хотели вам кое‑что сказать… В общем, это, наверное, правильно. Вы имеете право первыми узнать об этом. Дело в том, что…

— Мама, я — беременна, — перебила его Джен, у которой от волнения выступили на глазах слезы.

— Правда? Как это замечательно, Джен! Когда это случилось?

— Примерно шесть недель назад. Я хотела быть уверенной на сто процентов, поэтому мы не сказали сразу. Но вчера врач подтвердил это и сказал, что все в порядке. Я была на ультразвуковом исследовании, и мне показали сонограмму. Это просто удивительно, мама!..

— Я знаю, — вставил Джек, припоминая свой обморок. — Помню, я тогда чуть не…

Он не договорил, почувствовав, что Джен еще не все сказала. И это сразу насторожило его.

— Ну в чем дело, Пол, выкладывай, — сказал он и нахмурился.

Пол и Джен снова переглянулись.

— Но ведь это все усложняет, — жалобно сказала Джен. — Я знаю, что мы, быть может, нарушим ваши планы, но, мне кажется, теперь мы не сможем… То есть…

— Иными словами, наш ребенок вам больше не нужен, — закончил за нее Джек и бросил быстрый встревоженный взгляд на Аманду. Она выглядела потрясенной, но, по‑видимому, не потеряла способности держать себя в руках, и Джек с облегчением перевел дух.

— Да. То есть нет… — Пол покачал головой. — Конечно, если вы твердо решили, что он не нужен вам, что вы не можете или не хотите его воспитывать, тогда мы, конечно…

Пол изо всех сил старался держаться достойно, но и Джеку, и Аманде было совершенно ясно, что второй ребенок им ни к чему. Зачем, ведь теперь у них будет собственный малыш!

— Нам очень жаль, папа, но…

— Ничего страшного, сынок, — спокойно ответил Джек. — Быть может, это даже к лучшему. Иди‑ка сюда, Джен, я тебя поздравлю…

Он крепко обнял Джен и поцеловал ее в лоб, потом повернулся к сыну и похлопал его по плечу.

— А теперь поезжайте домой, — сказал он решительно. — Мне нужно кое о чем поговорить с Амандой.

— Мы понимаем. Я знаю, мы поступили… В общем, все так странно сложилось… Нам правда так неловко.

Джек подумал, что они с Амандой действительно оказались в затруднительном положении, но в чем он мог винить Пола и Джен! И это было необъяснимо, но он совсем не жалел о том, что события приняли именно такой оборот.

— Ничего, сын, не бери в голову. Все устроится — ничего страшного, мы же все живы и здоровы, все будет хорошо.

Через десять минут Пол и Джен уехали, и Джек, проводив их, вернулся к Аманде, которая выглядела совершенно растерянной. Новость, которую они только что выслушали, действительно была из ряда вон выходящей, и, чтобы осмыслить ее, им обоим требовалось время. Особенно Аманде. Она так долго и трудно настраивалась на разлуку с собственным ребенком, смиряла свое сердце и разум, чтобы не дать себе привязаться к нему, и вот теперь все ее мучения оказались напрасными. Этот неродившийся малыш принадлежал опять только ей.

— Ну, что скажешь? — спросила она у Джека. — Ничего себе поворотик, да? Конечно, я рада. Наконец‑то Джен дождалась!..

И Аманда внимательно посмотрела на Джека, стараясь разглядеть в его лице признаки гнева, досады, растерянности, наконец, но их не было. Напротив, Джек выглядел так, словно он был очень доволен тем, что случилось. Вместе с тем оба хорошо понимали, что они снова оказались отброшены назад на восемь месяцев в своих сомнениях. Но теперь они не в силах были что‑либо изменить.

— Что будем делать, Джек?

— Ничего, — ответил он небрежно. — Давай поговорим обо всем позже.

Это его предложение показалось Аманде весьма разумным. Им обоим действительно нужно было время, чтобы успокоиться и хорошенько подумать о том, как быть дальше, поэтому Аманда сразу согласилась с его словами. Обычно она не любила откладывать дела в долгий ящик и предпочитала решать все проблемы сразу, но в данном случае этого сделать было нельзя — слишком уж важный встал перед ними вопрос. И от того, как они поступят, зависела вся их дальнейшая жизнь.

Впрочем, Аманда тут же подумала о том, что, в сущности, никакого особенного выбора у них нет. Ребенок должен был появиться на свет через четыре недели. Все необходимое для малыша она уже приобрела, и теперь ей предстояло родить, а потом — кормить и воспитывать собственное дитя.