Шопоголик и брачные узы - Софи Кинселла

В голове не укладывается. У Сьюзи маленький мальчик. Крохотный, розовый, крикливый мальчуган. Одного часа от роду.

Его взвесили, измерили, нарядили в самую великолепную бело-голубую распашонку и завернули в белое одеяльце, и теперь он лежит в руках у Сьюзи: рожица вся сморщенная, пучки темных волос торчат из-за ушей. Прослезилась бы… если бы не возбуждение.

Неповторимое ощущение!

Я встречаюсь глазами со Сьюзи. Она в полной эйфории. Она улыбается с того момента, как малыш родился, и я раздумываю, а не многовато ли ей дали веселящего газа.

— Правда, он само совершенство?

— Правда. — Я притрагиваюсь к крохотному ноготку. Подумать только: он рос внутри Сьюзи, все это время.

— Хотите чаю? — спрашивает сиделка, входя в теплую, ярко освещенную палату. — Наверное, устали?

— Да, спасибо большое. — Я с благодарностью тяну руки к чашке.

— Я имела в виду мать. — Сиделка бросает на меня странный взгляд.

— Ой! — Я вспыхиваю. — Конечно. Извините.

— Все в порядке, — говорит Сьюзи. — Дайте чай Беке. Она заслужила. — И смущенно улыбается мне: — Прости, что наорала на тебя.

— Ничего. — Я закусываю губу. — Извини, что я все время спрашивала, не очень ли это больно.

— Ты держалась великолепно! Серьезно, Беке. Без тебя я бы не справилась.

Снова входит сиделка.

— Цветы прислали. И поступило сообщение от вашего мужа. Он застрял из-за нелетной погоды, но прибудет, как только сможет.

— Спасибо. Это замечательно. — Сьюзи силится улыбнуться, но, едва сиделка выходит, губы у нее начинают трястись. — Беке, а что, если Тарки не сможет вернуться? Мама в Улан-Баторе, а папа младенцев как огня боится… Я буду совсем одна…

Я поспешно обнимаю ее.

— Не будешь! Я за тобой присмотрю!

— А разве тебе не надо обратно в Америку?

— Никуда мне не надо. Сдам билет, возьму отпуск на несколько дней. — Я крепко сжимаю руку Сьюзи. — Я буду с тобой столько, сколько потребуется, Сьюзи, и без разговоров.

— А свадьба?

— О свадьбе больше нечего беспокоиться. Сьюзи, я остаюсь с тобой, и все.

— Серьезно? — Подбородок Сьюзи дрожит. — Спасибо, Беке. — Она осторожно перекладывает ребенка, и он тихонько сопит. — А ты… знаешь что-нибудь о младенцах?

— А ничего и не надо знать, — доверительно сообщаю я. — Просто кормить, наряжать в красивые тряпки и брать с собой по магазинам.

—Я не уверена…

— Да все будет в порядке! Ты только посмотри на маленького Армани. — Я протягиваю руку к белому узелку и с любовью прикасаюсь к детской щечке.

— Почему Армани? Не зови его так!

— Какая разница. Он просто ангел! Наверное, будет легким ребенком.

Сьюзи польщена.

— Хорошенький, правда? А уж умница! Даже не заплакал ни разу!

— Честно, Сьюзи, не беспокойся. — Я отпиваю глоток чая и улыбаюсь ей. — Это будет такой класс!

ФАЙНЕРМАН ВАЛЬСТАЙН

Адвокаты

Файнерман-Хаус

Авеню Америкас, 1398

Нью-Йорк

Мисс Ребекке Блумвуд

Одиннадцатая Вест-стрит, 251

апартаменты Б

Нью-Йорк

6 мая 2002 года.

Дорогая мисс Блумвуд

Спасибо за Ваше сообщение от 30 апреля. Я подтверждаю, что во втором пункте я добавила пункт: «(е) Я оставляю и завещаю моему великолепному крестному сыну Эрнесту сумму в 1000 долларов».

Будет ли мне позволено привлечь Ваше внимание к тому обстоятельству, что это уже седьмая поправка, которую Вы вносите с того момента, как составили завещание месяц тому назад?

С наилучшими пожеланиями,

Джейн Кардозо.