Гордая пленница - Анна Делайл

Изабо слабо улыбнулась, благодарная Мэри Кемпбелл за эти слова.

— Да. Возможно, она думала, что они после краткой беседы о вреде мятежа проводят меня домой.

— Черта с два. — Алистер повернулся к ней. — Все она прекрасно знала. Наверное, ждала, что они тебя повесят, и была рада.

Но, увидев, какое действие произвели его слова на Изабо, он упал перед ней на колени.

— Прости, любовь моя, забудь ее, забудь все это! — Он поцеловал ей руки и повернулся к бабушке. — Уверен, вы нас извините, если вспомните, что это наша брачная ночь.

Мэри Кемпбелл улыбнулась. Ее тронуло, какими любящими глазами внук смотрел на эту девушку.

— Тогда поцелуйте меня и уходите. Оба, — прибавила она, заметив, что Изабо колеблется. — Надеюсь, твой. муж позволит тебе иногда приходить сюда и читать мне.

— Позволит, — улыбаясь, заверила ее Изабо. — Я позабочусь об этом.

Она повернулась к Алистеру.

— А теперь идем, — сказал он, беря ее за руку.

Она кивнула и, не оглянувшись, последовала за ним.

В комнате, отгороженные ото всех дубовой дверью, Изабо и Алистер смотрели друг на друга. Он думал, что она выглядит еще прекраснее при свете камина и свечей.

— Когда ты меня прогнала, — медленно сказал он, — мое будущее показалось мрачным и пустым. — Он подошел к ней, положил руки ей на плечи. — Я чуть не проклял день, когда встретил тебя. Словно ты вошла в мою жизнь, чтобы сказать: здесь все, чего ты хотел, Алистер Кемпбелл, но ты не можешь это иметь. Сладкая пытка.

Но сейчас ты моя. Даже не верится.

Она потерлась щекой о руку мужа.

— Ты должен был знать, что я не имела в виду, чтобы ты покинул меня. Тебе следовало поспорить со мной.

— Спорить с тобой? — засмеялся он.

— Да. Алистер, — вздохнула она, — ты в самом деле ушел бы от меня навсегда? Ушел бы?

— Нет. Я бы укротил свою гордость и вернулся. А если бы ты продолжала сопротивляться, я бы тебя похитил, запер в этой комнате и держал только для себя. Ты часть меня, Изабо.

Закрыв глаза, она прижалась к его груди и почувствовала биение его сердца и силу рук, обнимающих ее.

— И ты часть меня, — прошептала она. — Всегда.

— Всегда, — согласился он, прикоснувшись губами к ее волосам.