Безжалостный соперник - Л. Дж. Шэн

Кристиан

Настоящее время.

Я сунул распечатанный экземпляр«Искупления»под расшатанную половицу под кроватью.Вы могли бы подумать, что в новом здании на Манхэттене с настоящим паркетом не будет провисшей плитки, и вы были бы абсолютно правы.Причина, по которой он был свободен, заключалась в том, что я разорвал его голыми руками, чтобы мне было где спрятать все юридические документы, которые я никогда не хотел, чтобы кто-то нашел.Сейф был весьма предсказуем.Он практически кричал, чтобы его открыли.Но никто не собирался отклеивать куски пола под моей кроватью.

Я удивился, почему Арья до сих пор не позвонила.Или, что еще лучше, не ворвалась в мой офис с мачете и всеми намерениями использовать его на моей шее.

Я собирался отправиться в ад, но не раньше, чем максимально использовать свое время здесь, на планете Земля.То, что я делал с Арьей, было, за неимением юридической терминологии, махинацией гигантских размеров.

Ложь росла день ото дня, подпитываемая временем, намерениями и эмоциями, которые не имели права вмешиваться в эту смесь.Я всю жизнь выбирал себе партнеров. У меня была внешность, аура, работа и банковский баланс, чтобы заманить в свои сети кого угодно. Но с Арьей, даже когда она была у меня, она не чувствовала себя по-настоящему моей, и это было проблемой.

Кто-то постучал в дверь моей спальни.Голова Риггса, свежевыбритая (и целиком) после очередной удачной поездки бог знает куда, высунулась в пространство между дверью и косяком.

— Еда здесь.

Я прошел через свою спальню к кухне, где Арсен выгружал коробки, полные сашими.Риггс сел рядом с Арсеном на табурет.

— Возвращаясь к обсуждаемой теме, прежде чем Кристиану пришлось вернуться в свою комнату, чтобы послушать свой альбом Шинейд О'Коннор, плача из-за того, что Арья не позвонила. —Арсен нажал кнопку "игнор" на своем телефоне, когда на нем промелькнуло имя Пенни, сопровождаемое фотографией того, что казалось чертовой супермоделью. Если бы у меня был пенни за каждый раз, когда он отвергал вполне подходящую Пенни, я бы смог купить все это здание, а не только односпальную квартиру. — У тебя есть два варианта: либо ты отпустишь ее, поскольку ты уже повеселился, и это был первоначальный план, либо ты скажешь ей правду и столкнешься с последствиями. Затягивать с этим - нестабильно.

— Ты с ума сошел? —Я выплюнул, копаясь в контейнерах.— Слишком поздно говорить ей.Меня исключат из дела, лишат адвокатской лицензии, возможно, я предстану перед судом — нет,определенно, учитывая, что этот процесс — моя верная чертова победа — не говоря уже о том, что я все равно ее потеряю.

Арсен ухмыльнулся мне, как будто я был очаровательным маленьким щенком, который только что научился писать на горшок.

— Кажется, ты сказал, что это не так.Что — и это прямая цитата — ты не получил юридического образования в Costco.

Он меня раскусил. Но это было до того, как мы с Арьей занялись сексом. Я думал, что смогу держать свое дерьмо и свой член при себе. Смотреть, как она страдает, и жить дальше.

— Спасибо за "я-сказал-тебе-так". Ты сейчас очень кстати. — Я щелкнул деревянными палочками для еды.

— Ты можешь сказать ей об этом после того, как суд закончится?— спросил Риггс, подходя к моему холодильнику за пивом.В эти дни он выглядел чертовски крутым, но я знал, что, в отличие от нас с Арсеном, он не из тех, кто ходит в спортзал.Вместо этого он полез в горы.Профессионально.Имел кучу компаний, одобряющих его задницу.Я никогда не понимал его увлечения околосмертными переживаниями.В жизни была 100-процентная смертность.К чему было его стремление упасть с проклятой скалы на высоте 14 км?

Я отрицательно покачал головой.

— Суд завершится через несколько недель.Кроме того, даже если я скажу ей после того, как все закончится, она может потом раскрыть мою личность, что будет означать, что вся моя работа была бы напрасной.

Я освежил в памяти Правила профессионального поведения.Не было ничего, что конкретно мешало бы мне засунуть свой член в Арью.Но это не выглядело хорошо.И, конечно же, были эти надоедливые универсальные правила для подобных ситуаций.Компетентный адвокат может подать иск, утверждая, что мое поведение было направлено на срыв работы трибунала.И, черт возьми, с моей моделью фактов они могут просто победить.Аманда Гиспен посадила бы меня за то, что разрушила ее дело, и Конрад Рот тоже.В любом случае, я смотрел на это, быть с Арьей было просто невозможно.Они были правы.Мне нужно было забыть ее.Но как я мог, после того как она сказала мне, что пыталась написать мне?Что она думала, что я переехал на другой конец света?Что это я сбежал?

Я был так уверен, что она замешана во всем, что сделал со мной Конрад Рот, мне и в голову не пришло, что он солгал ей, чтобы смягчить удар.Это вывернуло меня наизнанку.Откровение, о котором она могла не знать.Заставил меня потерять сон, дела и мой чертов разум.Все это время — вся этаярость— и это была даже не ее вина.

Тщательно выстроенное повествование о моей жизни и моих обстоятельствах превратилось в груду пепла у моих ног.И мне некого было винить, кроме себя, в поспешных выводах.

Что касается Арьи, женщине лгали все мужчины, о которых она хоть немного заботилась.Это заставило меня чувствовать себя дерьмово, но не настолько дерьмово, чтобы разрушить всю мою жизнь, чтобы поступить с ней правильно.

— Отлично.В таком случае брось Арью и живи дальше, — сказал Арсен тем же разумным тоном, которым он мог бы предложить диверсифицировать мой инвестиционный портфель.

Я бросил кусок сырого тунца в рот.

— Отлично.Мне даже не нужно этого делать.Все, что мне нужно сделать, это никогда больше не звонить ей, потому что она, черт возьми, никогда не позвонит мне.

Риггс улыбнулся из-под ободка своей пивной бутылки.