Выбор, который делают за нас - Галина Добровольская

Я только сейчас смогла их нормально рассмотреть. Ведь после случившегося, я была в таком шоке, что даже не запомнила их внешний вид. Хотя он был и не примечательным, обычные серые люди, на которых в толпе и внимания не обратишь.

Отвечающий адвокату, был именно серым, а точнее, его волосы были сдобрены сединой. Длинный нос с горбинкой и впалые скулы, и глубоко посаженные глаза, делал похожим этого мужчину на серую ворону. А его сухощавая фигура больше напоминала длинную жердь. Второй же наоборот был полным, коротышкой с рыжими кудряшками и в тон им конапушками. А его румяные выпирающие щёки наталкивали о мыслях, о гномах, если отрастить ему бородку и стать ещё сантиметров на двадцать ниже.

Сама себе поразилась, со смерти Дианы прошло всего тридцать шесть часов, а я уже сижу и ассоциирую этих следователей с птицами и фэнтезийными персонажами.

- А давайте уже к делу перейдём, а то у меня примерка платья через два часа, - решила вмешаться я.

- Значит, трагедия, произошедшая с вашей подругой, не заставила вас перенести столь значимый для вас момент? – усмехнулся рыжий «гном».

- Она никогда не была моей подругой. По факту, мы даже знакомы не были, - равнодушно пожала я плечами.

«Ворон» и «гном» переглянулись между собой, а потом серый весь подобрался, видимо решил, что владеет информацией, которая меня как минимум уязвит.

- В дневнике погибшей сказано, что отец ребенка и ваш будущий муж – одно лицо, - он вцепился в меня взглядом, следя за моими эмоциями. Я с трудом сдержалась, что бы ни поморщиться.

- Да, она говорила что-то подобное, - стараясь казаться равнодушной, я снова пожала плечами.

- То есть вас, совершенно не заботит тот факт, что ваш жених не был вам верен? – взвизгнул рыжий.

- На тот момент, он не был моим женихом, и я знала о том, что Саша переспал с Вяземской. Она была девушкой Димы, его брата, а он является моим лучшим другом.

Следователи снова переглянулись и сделали какие-то записи в свои бумажки.

- Вашему жениху, гражданка Порш, грозит 110 статья УК РФ…

- Это немыслимо, - вскликнул адвокат, заставив меня вздрогнуть. – Александр Сергеевич уважаемый человек, вам придётся наизнанку вывернутся, что бы доказать ваши абсурдные обвинения.

- А что это за статья? - шепотом обратилась я к адвокату.

- Статья 110 УК РФ, инкриминирует доведение до самоубийства. Но трудно доказуемая.

Шокировав меня, адвокат снова начал скандалить и выяснять отношения, со следователями, кидая в них статьями и прочими умными словечками, которые я даже никогда не слышала. А я сидела и пыталась подавить душевную панику. Уговаривала себя, что какие-то записи в дневнике не могут служить доказательной базой. Ведь написать можно всё что угодно… верно ведь?

Белоснежное лёгкое платье развивал ветер, оплетая им худосочную хрупкую фигурку. Он так же играл с волосами блондинки, то подкидывая их, то опускал обратно, запутывая непокорные пряди, неугомонный шалун. Она стоит ко мне спиной совершенно босая, и её изящные ступни с красным ноготками, утопают в хлопьях белоснежного снега, который меняет свой цвет от алых капель, что стекают по её запястьям.

- Мне холодно, - шепчет Диана, повернувшись ко мне в пол оборота.

Порыв ветра ударяет ледяными иголками мне в лицо, но я всё равно пытаюсь подойти, прижимая к груди меховую накидку. В голове пульсирует только одна мысль, что я должна укутать девушку. Вот только, чем ближе я пытаюсь подойти к ней, тем дальше она от меня. Я ускоряю шаг, срываясь на бег, и в этот момент она сливается с белым горизонтом, просто утопая в белёсой прозрачной дымке, заставляя меня вскрикнуть отчаянное «НЕТ».

Я поднимаюсь с кровати с тем же криком, резко открывая глаза, и белый свет полуденного солнца ослепляет на какую-то долю секунду. Сердце стучит о рёбра в бешеном ритме, заставляя понять, что это был всего лишь сон. Один из кошмаров, который мучают меня в последнее время.

Смятая вторая подушка, подсказывает мне, что Александр всё-таки ночевал рядом. Несмотря на то, что я не вижу его уже почти неделю после печальных событий. Сейчас он разрывается между фирмой и следователями, которые насели на него как стервятники на пару с прессой. И если полиция делала свою работу, отрабатывая все возможные варианты, то вот газетчики доходили до крайности. В последней статье, было написано, что мы с Сашей специально заманили бедняжку на крышу и столкнули её.

Теперь каждое утро просыпаясь, я пила успокоительно, что прописал мне Громов, которое и сейчас лежало в количестве двух таблеток на прикроватной тумбе, а рядом стоял стакан воды. Ника конкретно подошла к роли моей сиделки.

Я игнорирую барбитуру и, пригубив воды, беру телефон, который лежит рядом со стаканом. Найдя контакт Саши, ставлю его на вызов. Дальше приходится слушать гудки, которых я успеваю сосчитать до девятнадцати, прежде чем электронный женский голос сообщает, что абонент не отвечает. Сбрасываю и ставлю на повтор. Сейчас мне жизненно необходимо услышать голос Саши. В идеале, конечно, чувствовать его рядом с собой, но за неимением большего хотя бы недолгий разговор, что бы привести расстроенную психику в порядок.

Проходит не менее получаса, прежде чем хриплый голос Саши раздаётся в телефонном аппарате. За это время, я успеваю прижать к себе подушку, на которой спал блондин и вдыхать аромат его парфюма, убеждаясь в том, что ночью действительно рядом со мной именно он, а не та же Ника.

- Как ты солнышко? – усталый хриплый голос, но такой родной, заставляет слёзы неосознанно скатываться по моим щекам. Хотя для них нет причин.

- Соскучилась, - почти шепотом еле слышно отвечаю я.

- Прости, малышка. У меня действительно завал. Но обещаю, после свадьбы я весь твой.

- А как же следствие и …

Не успеваю закончить, так как непонятный ком образуется в районе горла, готовый вывернуть меня наизнанку в рвотном позыве.

- Они пока оставили меня в покое, - усмехнулся Саша. - Тест ДНК показал, что не я отец ребенка Вяземской.

- А кто? – сипло выдавливаю я из себя.

- Понятия не имею, солнышко. ДНК тест показал всего сорок пять процентов вероятности того, что я являюсь отцом. Так что, у следователей теперь нет причин обвинять меня, в чём либо. И опереться на дневник Дины они тоже не могу, информация, что была, там не подтвердилась.

Я молчала, борясь со рвотой и пытаясь дать мозгу осмыслить полученную информацию. И вроде должна радоваться и испытать облегчение. А по факту ничего. Одна пустота, что в голове, что в душе.

- Если тебе станет от этого легче, - продолжил Саша, - то обещаю сегодня, что к восьми буду дома, и ты можешь порадовать меня ужином.

- Я буду ждать, - прохрипела я, поднимаясь с кровати.

Что дальше говорил Александр, я уже не слышала, поняла, что он отключился, только увидев дисплей телефона. Сама же рванула, с трудом успела добежать до ванной комнаты и склонится над унитазом. Желудок по ощущениям свернулся в узел, намереваясь выплюнуть не только всё содержимое, которое в принципе отсутствовало, но и лёгкие в придачу.