Аромат от месье Пуаро - Наталия Миронина

– Добрый вечер! Мы рады вас видеть! Может, что-то вам подать в номер? – спросила дежурная администратор. И в ее тоне не было официальности, это был тон хозяйки дома, которая заботится о госте.

– Нет, спасибо. – Карон прошел к лифту.

На мгновение он остановился, хотелось узнать что-нибудь об Анне, но чувство деликатности и осторожность остановили его. «Вот если бы сейчас работала та, Александра, я бы спросил. Она бы поняла мой вопрос, – неожиданно решил Тед, – она же сама влюблена. В этого начальника службы безопасности». Усталый, растерянный, огорченный, он наконец добрался до своего номера и уже через полтора часа спал. Рядом на тумбочке стоял пузырек со снотворным. Тед Карон уже десять лет как не прибегал к такому средству, но сегодняшний день неожиданно выбил почву у него из-под ног.

Саша Соколова спустилась в холл первого этажа, когда Тед Карон видел третий сон. Саша задержалась сначала у Северцевой, затем у лифта четвертого этажа ее поймал Лучиков.

– Вы выяснили, кто это бегал по этажам? И кто прятался на пожарной лестнице? – воинственно произнес тот.

– Да, не волнуйтесь, это наш гость заблудился, – вежливо ответила Саша.

– Ерунда. Это не гость. Неужели я не пойму по поведению человека, кто он?! Он испугался меня, он сбежал от меня, он что-то скрывает, скрывается сам…

– Простите, уже поздно. Я очень устала. Мне еще надо решить проблемы с новыми гостями. Все, что вы мне рассказали в прошлый раз, я передала начальству. И об этом знает уже наша служба безопасности.

– А вы в курсе, что меня вообще не должно волновать, устали вы или нет? И что мне нет дела до того, какие проблемы вы еще не решили? Вы забыли, что в таком отеле, как ваш, сотрудники должны выслушивать гостей. Но не отмахиваться от них. Вы должны были поговорить со мной о том, что меня взволновало… – Лучиков вдруг покраснел, и Саше показалось, что он сейчас накричит на нее.

– Простите, вы правы. Я обязательно к вам зайду, и вы сможете высказать все ваши претензии, – ответила опомнившаяся Саша и, не дожидаясь лифта, побежала вниз по широкой лестнице. Оставаться наедине с Лучиковым ей совершенно не хотелось.

«Он, наверное, думает, что я психотерапевт! И что должна выслушивать все, что он говорит!» – горячилась про себя Саша. В глубине души она знала, что была не права – ни в коем случае гость не должен слышать «я устала». Уходи с этой работы, чтобы не уставать. Вот единственно правильная реакция на эти слова. Саша корила себя за, наверное, первую подобную несдержанность в стенах «Гранд-Норда». «Но я же ему все объяснила, все сказала. И что начальство занимается, и что служба безопасности работает, – пыталась оправдаться Саша, – кстати, служба безопасности… Интересно, Антошин уже уехал домой? Или еще здесь?»

Саша выскочила в притихший холл и посмотрела на часы. Был почти час ночи. Ей предстояло еще проверить бронь на следующий день, разобраться с жалобой на неудобную постель, поставить подпись под графиком дежурства ночных горничных. Это все займет у нее минут тридцать, если не появятся вопросы. А потом она сможет поехать домой. Саша тяжело вздохнула, потому что слово «дом» стало внезапно таким всеобъемлющим и таким недостаточно полным, что покоя в душе не добавлялось. Где ее дом? Там, в Смоленске? Где родители и старые друзья?! Или ее дом – маленькая квартирка, которую она снимает уже несколько лет и где все устроено так, как она любит? Почему тогда вечерами ей так там грустно? Может, теперь не важно, где именно место для жизни, а важно, с кем эта жизнь теперь будет продолжаться? Может, все дело в этом? Но тогда только один человек избавит ее от грусти и от таких мыслей. Видит бог, вечер – не самое лучшее время решать такие вопросы. Тем более если тебе тридцать лет.

– Саша, тебе долго еще? – Антошин тихо окликнул ее.

– О, ты! – Она почему-то покраснела, но продолжала проверять списки бронирования.

– Да, я ждал, когда ты спустишься.

– Зачем?

– Странный вопрос. – Антошин на секунду забыл, что он на работе, и приблизился вплотную к Саше.

– Осторожней, работают камеры, и есть еще люди в холле. – Саша отстранилась.

– Господи, как мне это надоело, – вздохнул Антошин, – когда же можно будет «не делать вид».

«Ох уж эти мужчины, еще не поговорил с женой, а события торопит», – неожиданно язвительно подумала Саша. Но Антошин, похоже, сам все понял, потому что тихо произнес:

– Согласен, на работе надо сохранять дистанцию. Но…

– Сергей Александрович, вас просят подойти на второй этаж, – Саша указала на красный сигнал, появившийся на мониторе.

– Королевский номер?

– Нет, просто холл второго этажа, – пожала плечами Саша.

– Интересно, когда его величество от нас съедет уже?! – поежился Антошин.

– Когда мы ему чемодан с реликвиями вернем.

– Или чемодан денег. Вместо реликвий, – улыбнулся Антошин.

– Это еще надо доказать, что они там были. – Саша не верила королю с самого первого дня. И на всех собраниях и совещаниях подчеркивала это.

– Тогда абсолютно бесперспективное занятие бодаться с ними, – пожал плечами Антошин.

– Да, время идет. Они живут и занимают целый этаж. Ты посмотри, у нас по брони все забито. Ни одного номера нет свободного. А ведь многие просто по звонку приезжают. Особенно старые клиенты. Что делать, абсолютно непонятно, – развела руками Саша.

– Я читал, королевское величество такую огромную сумму нам выставило! Разорит ведь, ей-богу, разорит! Ладно, поднимусь к ним на этаж, только ты не уходи без меня. Я тебя отвезу, – сказал Антошин.

Саша посмотрела ему вслед и подумала, что «догонялки» – это вечная игра мужчин и женщин. Мужчины убегают, женщины догоняют. Даже если оба остаются на своих местах.

– Что там было? Всего лишь вода? – спросила Саша через полчаса. – Из-за воды они подняли такой шум.

– Можешь себе представить – лед растаял. Лед, который им каждый день в холодильники загружают. Они часть оставили на полу, контейнер, что ли, не заметили… Ну а там воды полно, надо сантехников, а без службы безопасности в покои никого не пускают.

– Все-таки в королевском номере?

– Ну оказалось, что да.

…Антошин и Саша ехали домой. Москва была пуста, и ехали они так быстро, и усталость навалилась так внезапно, что Саша даже не заметила, как Антошин свернул в другую сторону. Опомнилась она, когда машина внезапно остановилась.

– Что? Почему мы сюда приехали? – Саша увидела перед собой дом, где находилась квартира Антошина. Та самая, которая была уже готова для семейного счастья.

– А зачем далеко ездить? – улыбнулся тот. – Эта квартира намного ближе, чем та.

– Но… – Саша запнулась.

– Ты можешь много не говорить. – Антошин выключил зажигание и обнял Сашу. Потом поцеловал, прижал к себе и, зарывшись лицом в растрепавшиеся пушистые волосы, произнес: – Слушай, это же ужасно неудобно, я бы даже сказал – совершенно невозможно заниматься любовью в машине. А не заниматься этим – просто преступление. Поэтому пойдем домой. К нам домой. Ведь всего два шага надо сделать.