А счастье пахнет лавандой! - Бернадетт Стрэхн

Иви засмеялась:

— Да, навеки.

Аден горестно усмехнулся.

— Давай будем настоящими друзьями, Иви. У меня от таких шуток мурашки по коже. Разве мы не друзья?

— Конечно, друзья. — Иви засуетилась. Она никак не ожидала такого серьезного поворота в разговоре здесь, в сарае. — И что это здесь за вонь?

— Как будто пахнет псиной.

— Генри? — Иви расцеловала черную морду, высунувшуюся из-за скамейки. — Вот ты и пришел, мой мальчик!

За этим последовало усиленное вилянье хвостом, вытягивания, фырканье и пыхтенье, а после этого — возбужденное облизывание и исступленное радостное прыганье.

— О, Генри, как я тебя люблю!

— Привет, Генри! — Аден протянул руку для приветствия, которая тут же была вежливо облизана. — Хороший мальчик. И такой красавец!

— Ты ему тоже понравился. — Когда кто-нибудь хвалил Генри, Иви радовалась, прямо как приемная мама. — Жаль, конечно, что от него исходит такой запах. Раньше я никогда не замечала. В первый раз я поняла причину маминых переживаний.

— Да кто обращает внимание на собачий запах? — сказал Аден, играя с обвислыми ушами Генри.

Внезапно раздался громкий треск. Музыка прекратилась, и вместо нее послышались вопли. Аден с Иви переглянулись и бросились вон из сарая.

Во дворе царил хаос. Несколько распростертых тел сурбитонцев корчилось среди перевернутой садовой мебели. Картофельный салат живописно размазался по обширной груди соседки. Колбаски раскатились по траве. Кто-то поднимался на колени, отряхиваясь от крошек. Крики и визг постепенно затихали.

— Никогда не предполагал, что стану свидетелем такого бурного окончания танца, — сказал Аден с благоговейным трепетом.

Бриджит, со сбившейся набок прической и остатками пиццы на груди, истерически закричала на Иви:

— Что стоишь и смотришь! Помогай!

Иви поставила на место парочку стульев, пока Аден помог встать на ноги тяжеловесной даме.

— Где Джон? И куда он умудряется исчезать, когда он больше всего нужен? — кричала Бриджит с истерическими нотками в голосе.

Иви был виден отец: он скрывался за задней стеной сарая; плечи его тряслись. Стало ясно, откуда у Иви эти неподдающиеся контролю приступы смеха. По щекам отца струились слезы.

Бет, непостижимым образом не задетая разлетевшейся во все стороны пищей, обняла мать рукой и увела в дом. Через несколько минут она вернулась.

— Маме нужно ненадолго прилечь. Почему бы нам не выпить чего-нибудь покрепче?

Раздались одобрительные возгласы, и вскоре обычная для жителей Сурбитона атмосфера была восстановлена.

Джон вернулся во двор и невинно поинтересовался:

— Что случилось? Я что-нибудь пропустил?

Самообладание, продемонстрированное сестрой, произвело на Иви большое впечатление. Такое большое, что она даже стала помогать раздавать джин с тоником раскрасневшимся дамам. Бет была спокойной и грациозной; она вовремя поняла, что самое лучшее сейчас — успокоить всех этих растрепанных, помятых и взвинченных гостей. Иви неожиданно для себя открыла, что она гордится Бет. Она знала, какое смятение царит у сестры внутри, но внешне это никак не проявлялось. Вот чем мы отличаемся, подумала Иви, наблюдая исподтишка, как Тамсин оживленно хихикает с Маркусом около компостной кучи. Аден уловил блеск в ее глазах.

— Иви, что это ты затеяла? — спросил он.

— Пришло время удалить некоторых садовых вредителей.

Иви так резко бросилась вперед, что не услышала его неодобрительного возгласа.

— Ну как дела? — леденящий душу сарказм был направлен на Маркуса и Тамсин.

— Большое спасибо, — весело проворковала Тамсин. — Все дамы в порядке?

Проигнорировав ее вопрос, Иви обратилась к Маркусу:

— Ну что, Маркус, тебе есть что сказать?

Маркус казался растерянным.

— По какому поводу?

— Я думаю, в данный момент повод может быть только один. А ты и не знаешь? — всплеснула руками Иви.

Аден подошел сзади и положил свою ладонь Иви на руку.

— Отойди. — Иви обернулась к Тамсин. — Я все о тебе знаю, милая. Я знаю твой мерзкий маленький секретик. И как смела ты сюда заявиться? Да еще вместе с ним? — Она так воинственно ткнула пальцем в сторону Маркуса, что тот вынужден был попятиться.

— Подожди… Послушай… — начал Маркус. Он замолчал из-за резкого крика Тамсин.

— Она знает, она все знает! Какое унижение!

Идеальное маленькое личико Тамсин сморщилось, как скомканная салфетка.

— Извините меня, пожалуйста, все, все! — выпалила она, захлебываясь от хлынувших слез. Затем бросилась в дом и дальше, прямо через него, на крыльцо. Хлопнувшая входная дверь побудила Маркуса к действию. Всегда мягкие черты его лица исказились гневом.

— Неужели ты не можешь не лезть не в свое дело? — бросил он Иви в лицо и выбежал следом за Тамсин.

Иви была в шоке от того эффекта, который произвели ее слова. Она ожидала триумфа, но его не было. Она испытывала только лишнюю нервозность, как будто минуту назад выпустила тигра из клетки.

В дальнем углу притихших, уставившихся на нее во все глаза гостей она поймала взгляд Бет. Ее сестра стояла с пустым подносом. К ней приблизилась Би и, стараясь успокоить, положила руку ей на плечо. Бет отвела взгляд.

Этот взгляд так и остался у Иви в памяти. Взгляд боли и панического ужаса.

— Аден, нам пора уходить, — проговорила Иви пересохшими губами.

Ни с кем не попрощавшись, они прошли к машине и уехали.