Люби меня всю ночь - Нэн Райан

Голубые глаза Хелен округлились. Она настолько опешила, что на секунду лишились дара речи, изумленно уставившись на Курта.

Но, увидев дьявольские искорки в глубине его зеленых глаз, перевела дух и тоже улыбнулась. Когда же заразительная улыбка Курта стала шире, Хелен рассмеялась.

Курт тоже рассмеялся. Они сидели на пуховой постели и покатывались со смеху. Внезапно ситуация показалась им невероятно забавной. Начав смеяться, они никак не могли остановиться.

Хелен так смеялась, что на глазах у нее выступили слезы. Держась за живот, она без сил повалилась на спину в изножье кровати, зажмурившись и дрыгая ногами, как ребенок.

Наконец, немного успокоившись, открыла глаза, повернула голову и взглянула на Курта. Это вызвало новый приступ смеха. Плечи Курта тряслись, он задыхался, кашлял и вытирал слезы. Высунув из-под простыни левую ступню, он легонько пнул Хелен в бедро.

Всхлипывая от смеха, она схватила его за лодыжку.

– О-о-о, – театрально застонал Курт, все еще смеясь. – Эй, поосторожнее, это моя больная нога.

– О Боже! – Хелен мигом отпустила его ногу. Смех замер у нее на устах, она подскочила на постели и, откинув простыню, принялась осматривать его лодыжку. – Я сделала вам больно, Курт? Честное слово, я не хотела…

– Нет, я пошутил, – поспешно сказал он, шевеля пальцами ног и поворачивая ступню так и этак. – Видите? С суставом все в порядке.

Хелен вскинула на него обеспокоенный взгляд.

– Вы уверены? Я умру, если по глупости навредила вам.

Курт заглянул в ее прекрасные глаза, потемневшие от искренней тревоги, и почувствовал, как сердце перевернулось в груди.

– Ах, моя дорогая, – промолвил он, протянув к ней руки. – Идите сюда.

– Я так беспокоилась за вас, – сказала Хелен, двинувшись к нему на четвереньках, – так боялась. Я совершенно не представляла, что делать… не была уверена, что смогу позаботиться о вас должным образом… Мне казалось, что вы пострадали из-за меня, и это было так ужасно…

– Ну-ну, милая, – нежно произнес Курт и привлек ее к себе. Заключив Хелен в объятия, он прижал ее голову к своей груди и положил щеку на ее макушку. – Вы были настоящим ангелом. Никто не мог бы сделать для меня больше, чем вы. У меня нет слов, чтобы выразить вам свою признательность. – Одна смуглая рука обнимала ее, другая, с двумя поврежденными пальцами, нежно гладила по спине.

Хелен доверчиво лежала в его объятиях. Полностью расслабившись, она закрыла глаза и тихо вздохнула, касаясь губами его теплого плеча.

– Вы действительно хорошо себя чувствуете? – спросила она.

– Никогда в жизни не чувствовал себя лучше, – отозвался Курт. Прижавшись губами к ее золотистым волосам, он признался: – Сегодня я подумал, что хотел бы вечно лежать здесь, глядя на эту белую веранду, зеленые заросли и бескрайний голубой залив. Вот как сейчас.

Хелен тоже хотела, чтобы все оставалось так, «как сейчас».

– Здесь так тихо, спокойно!

Не успели эти слова слететь с ее губ, как тишину и покой нарушили громкие крики Джолли Граббса и восторженные вопли Чарли, бросившегося навстречу своему обожаемому другу.

Хелен соскочила с постели, пригладила волосы и поправила юбки, натянув сбившуюся простыню на ноги и грудь Курта, который про себя выругался, проклиная Джолли за несвоевременное появление.

Нахмурившись, Хелен нетерпеливо указала на его ночную рубашку, выглядывавшую из-под подушки.

– Скорее! Наденьте ее! – бросила она.

– Но, Хелен, жарко же…

– Вы слышали, что я сказала? – В ее голосе прозвучали панические нотки, и Курт понял, что она уже сожалеет о мгновениях их безобидной близости.

К тому времени, когда Джолли и Чарли вошли в комнату, Курт успел облачиться в ночную рубашку, а Хелен чинно сидела у постели с раскрытой книгой на коленях. Когда Чарли и Джолли появились на пороге, ситуация прояснилась.