Цена наслаждения - Конни Мейсон

Очевидно, прогулка подошла к концу, так как Дюбуа дал знак кучеру, и экипаж направился к выезду из парка. До особняка ехать было недалеко.

– Вы так и не ответили на мой вопрос. Вы позволите сопровождать вас на суаре к Бонгемам завтра вечером? – напомнил Барбо, помогая ей спуститься на тротуар.

– Ну что ж, я согласна. Можете заехать за мной в снятый мною дом.

Барбо просиял.

– Великолепно. Тогда я заеду около девяти вечера, – он взял ее под локоток. – Я провожу вас до дверей, графиня.

Флер позволила ему проводить себя до парадной двери, которую тут же распахнул рассерженный Хьюз. Флер попрощалась с Барбо и вошла в холл. Дворецкий сразу закрыл за ней дверь.

– У тебя недовольный вид, Хьюз. Тебя что-то растроило?

– Вы отсутствовали почти два часа. Мадам Лизетт беспокоилась о вас.

– Никакой опасности не было, – уверила его Флер, стягивая перчатки. – Пойду найду Лизетт, чтобы она знала: я уже дома. Пожалуйста, распорядись подогнать к дому карету. Думаю, мы с Лизетт немедленно отправимся в дом графа, не дожидаясь завтрашнего дня.

Флер нашла Лизетт в спальне: та упаковывала последние вещи.

– Вам удалось что-нибудь выяснить, моя дорогая? Мне не нравится, что вы играете в опасные игры. Зачем вам было соглашаться на новое задание, когда мы могли чудесно жить в имении вашей тети?

– Мне ничто не угрожает, Лизетт. Сегодня я немного лучше узнала Барбо и Дюбуа, но ничего такого, что могло бы как-то связать их с покушениями на Рида, – вздохнула она. – Я уже готова согласиться с Ридом в том, что предатель – член организации.

– Вы считаете, в деле замешан английский шпион?

– В данный момент я уже ни в чем не уверена, кроме того, что кто-то желает Риду смерти. Если ты готова, я бы хотела переехать сегодня, а не завтра.

– Меня это устраивает, – согласилась Лизетт. – Не нравится мне здешняя обстановка.

После несколько сумбурного разговора с Портером Рид все время размышлял над тем, кто же все-таки мог быть предателем. Портер, беспокоясь о безопасности своего сотрудника, предложил ему вести себя крайне осторожно, пока изменник не будет схвачен. Рид, разумеется, и не думал следовать этому совету.

Он вышел из кабинета Портера с той же информацией, с какой заходил. Он заглянул в свой банк, потом к портному, зашел еще в пару мест, после чего отправился в клуб, чтобы поужинать в одиночестве. Когда его спрашивали о повязке на голове, он отвечал, что скатился с лестницы. Никто не осмелился сомневаться в объяснении, кроме его приятеля, виконта Толланда.

– Да ладно, Хантхерст, вы же не думаете, что я действительно поверил в сказочку про лестницу, – насмешливо произнес Толланд, когда Рид пригласил его выпить бренди после ужина. – Что на самом деле случилось? Я слышал, в последнее время на вас постоянно нападают из засады. Книги для записей пари пухнут от имен подозреваемых. Я и сам сделал ставку.

Рид изумленно вскинул бровь:

– И на кого же вы поставили, позвольте спросить?

Толланд рассмеялся.

– Разумеется, на леди Вайолет, на кого же еще? Вы же знаете, как сильно может рассердиться женщина, если ожидаемого ею предложения руки и сердца так и не последует.

Рид запрокинул голову и от души расхохотался.

– И что, все пари такие же нелепые, как ваше? Право же, Толланд, Вайолет вовсе не так жестока, как кажется.

Толланд пожал плечами.

– Можете предложить другую кандидатуру?

– Нет, не могу. И не понимаю, откуда растут ноги у всех этих сплетен. Все сильно преувеличено. Никакая опасность мне не грозит, – хоть Рид и лукавил, он действительно так и не подозревал никого из знакомых в беспричинных покушениях на свою жизнь.

Толланд многозначительно уставился на повязку на лбу Рида. Рид прикоснулся к ней пальцем:

– Как я уже говорил, я упал с лестницы. Знаю, надо быть осмотрительнее, но это правда.

– Это отговорки, – протянул Толланд. – Хантхерст, я ведь ваш друг. Если понадобится моя ломощь, всегда к вашим услугам.

– Ценю вашу готовность помочь, Толланд.

– Я собирался поиграть в заведении Крокета сегодня вечером, а затем, когда игра мне наскучит или фортуна отвернется, навестить девушек. Хотите присоединиться? Вы в последнее время слишком часто оказываетесь в одиночестве. Вам нужно больше двигаться, бывать на людях. С тех пор как вы вернулись оттуда, где пропадали так долго, вы сильно изменились.

Рид собрался было отказаться, но затем вспомнил, что Флер не согласится, чтобы он разделил с ней постель. Она очень четко высказалась на сей счет: она хочет вести привычный образ жизни, в который он не вписывался.

– Почему бы и нет? – согласился Рид. – Знаете что, Толланд, я съезжу домой переодеться, и мы встретимся с вами у Крокета около девяти. Подходит вам такой вариант?

– Вполне, – отозвался Толланд. – Тогда увидимся… – он не договорил: его взгляд неожиданно впился во что-то у Рида за спиной. – Слушайте, вы знакомы с этим господином? Похоже, он целенаправленно движется в нашу сторону.

Рид бросил взгляд через плечо.

– Этого господина зовут граф Дюбуа, он эмигрант.

– Значит, мне пора. До встречи, Хантхерст.

Рид смотрел, как Толланд выходит на улицу, уже жалея, что согласился на веселую ночку в его компании.

– Лорд Хантхерст, я несказанно рад видеть вас вновь. Позвольте присоединиться к вам?

Рид небрежно махнул рукой, указывая на освободившееся кресло.

– Располагайтесь, прошу вас.

Дюбуа с важным видом уселся, подозвал официанта и заказал себе бренди.

– Что у вас на уме, Дюбуа?

– Ничего особенного, милорд. Просто увидел знакомое лицо и подумал – а почему бы не присоединиться к вам? – Он пристально посмотрел на собеседника. – Я сегодня встречался с графиней Фонтен. Эта женщина – само очарование. Вы давно с ней знакомы?

Ревность тут же заставила Рида напрячься – он что было сил вцепился в край стола. Если этот ублюдок только прикоснется к Флер, он его убьет.

– Я бы не сказал. Она подруга моей невестки. Мы познакомились, когда я въехал в фамильный особняк.

Дюбуа отхлебнул бренди.

– Я так понимаю, она снимает у вас дом.

– Он пустовал, и я очень обрадовался, когда обрел такого надежного арендатора. А почему вы этим так интересуетесь? – медленно спросил он.

Дюбуа пожал плечами.

– Просто поддерживаю беседу, mon ami. Графиня согласилась, чтобы мой друг Барбо сопровождал ее на завтрашнее суаре у Бонгемов.