Ты любишь предателя - Штефани Хассе

– У меня все это в голове не укладывается, – говорит она, задыхаясь. – Мои родители еще внутри. Они так же шокированы.

Она мельком смотрит на Остина, который, погрузившись в свои мысли, покусывает нижнюю губу. Должно быть, он обдумывает слова для своего выступления перед судом.

– Почему ты не рассказала мне все о Беверли? Я бы тебя поддержала! – Слезы в ее глазах подтверждают искренность.

– Это была не моя тайна. Я рассказала тебе о ней столько, сколько могла. – Я ненадолго приподнимаю наши с Джошем переплетенные руки.

Диона понимает мой жест. Она медленно кивает и шепчет:

– Надеюсь, теперь между вами не стоит ничего. Я от всего сердца желаю тебе этого.

Я отгоняю мысли, которые роятся в голове. Последствия нашего успеха. Джош достиг своей цели. Нам всем придется покинуть Колледж Святого Иосифа, как только полиция просмотрит информацию на флешках, и о наших кражах сообщат декану. Может, Беверли не будет больше стоять между нами, зато теперь между нами башня из последствий, которую мы сами воздвигли и которая делает совместное будущее невозможным. Я опускаю глаза и прикусываю язык, чтобы сдержать слезы, которые хотят потушить жжение в моих глазах. Мягкий голос Джоша рядом с моим ухом заставляет поднять глаза.

– Думаю, кое-кто хочет с тобой поговорить.

Шерил отделилась от группы, собравшейся вокруг них с Бриттани, и целеустремленно движется к нам, смотря на меня понимающим взглядом.

– Поразительно, что маленькая безобидная девочка из Дорсета стала причиной краха главных людей страны.

Несмотря на то что ее фраза звучит как удар в спину, мягкая улыбка на полных губах говорит нечто совсем другое.

Диона переводит взгляд с Шерил на меня. Ханна окидывает Шерил, одетую в тончайшее ничто, которое она называет платьем, выразительным взглядом и высоко поднимает бровь.

– Я тоже из Дорсета, – говорит она, прежде чем я успеваю что-то ответить.

Улыбка Шерил становится шире, когда она поворачивается к Ханне:

– Может быть, я тебя и имела в виду.

Ханна открывает рот, потом закрывает и использует мрачный взгляд в качестве защиты. Все же Шерил – это Шерил. Она живет с Бриттани – она закаленная.

Пока между ними происходит дуэль взглядов, к нам подходит миссис Лэссон.

– Мы проверили первые флешки, – обращается она к Луке, а я напряженно вслушиваюсь в ожидании упреков и последствий для всех нас. – Они все пустые.

Я распрямляюсь и оглядываюсь, сильно сжимая пальцы Джоша. Мне нужно удостовериться, что это не сон и не галлюцинация. Джош лишь пожимает плечами.

Лука выглядит как сама невинность, когда засовывает руки в петли для ремня.

– После звонка Ханны я довез ее до вокзала и назвал код от ячейки камеры хранения, который мой чрезмерно тревожный друг сообщил на случай, если с ним что-нибудь случится.

Взгляд его больших темных глаз заставляет сомневаться даже меня.

Лишь когда я искоса смотрю на Ханну, которая теперь держится прямо и улыбается мне, говоря с Шерил, меня едва не разрывает от благодарности.

После того как миссис Лэссон ушла, Ханна снова подходит к нам, и они вдвоем во все нас посвящают.

– Мы, – она ждет, пока Лука кивнет, – не могли взять на себя ответственность за то, что все вылетят из университета. Я просто не могла этого допустить, – отдельно подчеркивает она. – Хоть я и настаивала на этом после моей первой встречи с Джошем. Лука сразу поддержал мое предложение стереть информацию с флешек. Во время поездки сюда я пропустила их через программу уничтожения данных «Сплетника». Никто и никогда больше не сможет использовать их против вас. – После короткой паузы она добавляет:

– Мы удалили из корзины для фруктов только гнилые плоды. Так, как ты и хотела. Видеозаписи уничтожены.

Я притягиваю ее к себе и чуть не раздавливаю всей той гордостью, от которой у меня вздымается грудь, как будто Ханна получила Пулитцеровскую премию.

Она шепчет:

– Почти все видеозаписи.