И вновь искушение - Сюзанна Энок

Для парня из Скотленд-Ярда он, судя по всему, мало знал об обходных цепях, или байпасах, которые позволяют подавать фальшивые положительные сигналы. Однако Саманта знала об этом и продолжала досконально проверять стенды и двери. Ларсон мог следить за кем-то персонально, но при наплыве двухсот посетителей он не мог видеть все. Даже при наличии таких экспертов, как Крейсон, с учетом того, что она наблюдала сама, Саманта намеревалась производить тщательную ежевечернюю проверку.

Спустя десять минут она должна была признать, что все в полном порядке, и никто не прячется среди стропил. И что еще лучше, никто не видел даже следа Брайса Шеферда. Она подняла рацию:

— Все в порядке. Крейсон, переключай датчики стендов на ночной режим.

— Понял вас.

На стенной панели четвертая и пятая лампочки сверкнули красным, затем переключились на зеленый. Теперь, если кто-нибудь хотя бы сильно дыхнет на стекло, включится сигнал тревоги. Окинув взглядом зал в последний раз, Саманта выключила верхний свет и жестом показала Ларсону и Беннету первыми выйти через дверь.

— Может быть, хоть теперь вы поверите, что я знаю, что делаю, — самодовольно сказал инспектор. — Пара глаз — это лучше, чем дорогостоящее оборудование, которое вы способны установить.

— Вы тупица, Ларсон. — Саманта закрыла и заперла дверь. — Установи дверные коды, Джейми, — скомандовала она.

— Сделано.

Фу! Один день закончился.

— Спасибо, — сказала она в микрофон рации. — Спокойной ночи.

Кивнув Беннету, она направилась в дом. Один день миновал, двадцать семь дней впереди.

Внезапно Ларсон схватил ее за плечо.

— Я не терплю, когда надо мной насмехаются или грубят, мисс Джеллико! — рявкнул он. — Я про…

— Уберите руку с моего плеча, — перебила его Саманта, мгновенно переходя из состояния расслабленности в состояние ярости.

Очевидно, правильно расшифровав выражение ее лица, Ларсон сделал самую умную вещь за весь день и отпустил ее. Саманта несколько раз вдохнула и выдохнула, чтобы успокоиться. Она была готова вышибить из него дух или по меньшей мере влепить ему пощечину — его разумная реакция даже слегка разочаровала ее.

— Приношу извинения, мисс Джеллико. Я хотел сказать, что я профессионал. И хочу выразить надежду, что, работая совместно, а не в оппозиции друг к другу, мы сможем пресечь любую…

— У нас с Риком обед в наших личных апартаментах, — снова перебила его Саманта. — Увидимся завтра.

Она оставила его в саду, игнорируя бормотание об американцах вообще и о ней в частности. Господи, этот чопорный, вежливый и самодовольный британец когда-нибудь сведет ее с ума.

Ее мобильник зазвонил, едва она оказалась в офисе Рика, и она вынуждена была помахать ему рукой и направиться в свой офис, который располагался рядом.

— Довольно болтовни. Как прошло открытие? — услышала она голос Стоуни.

Саманта хмыкнула:

— Ничего не стряслось. Ты, конечно, был бы счастлив, если бы пропали камешки.

— Только в том случае, если бы эту работу выполнила ты.

— Какой ты любезный! — Она оперлась о край своего письменного стола красного дерева, выполненного в георгианском стиле. — Ну, ты что-нибудь нарыл о Брайсе?

— Ровным счетом ничего.

— Проклятие! Никакой информации, никто ничего не болтает?

— Никакой информации.

На другом конце линии воцарилось молчание. С учетом того, что у Стоуни всегда есть что сказать, это было хорошим предзнаменованием.

— Ну ладно, что там у тебя?

— Пара брокеров, с которыми я разговорился, буквально загудели, когда я упомянул выставку «Ви-энд-Эй музеум». Брайс мог пойти на спекуляции — можно заработать немалую прибыль на том, что он сможет грабануть.

Вот как.

— Но он не такой дурак, чтобы идти против меня, тем более, не имея гарантированно оплаченного чека.

— Не знаю, сладкая моя. Ты завязала и занимаешься охраной. Это не означает, что ты покончила со своими играми окончательно.

Саманта помрачнела.

— Или, — поспешил добавить Стоуни, — это просто одна из игр Брайса.

— Это мало помогает делу. Одна из тех игр, когда он просто дразнит, или одна из игр, когда он хочет доказать, что лучше меня?

— Что ты сама думаешь? Саманта вздохнула:

— Не знаю. Я предупредила его напрямую, но затем Ричард набросился на него, как Кинг-Конг.

Внимание Саманты привлекло какое-то движение за дверью. Она подняла голову и увидела спину Ричарда, который удалялся по коридору. Она выпрямилась.

— Я должна идти, Стоуни… — Но…

Саманта захлопнула мобильник, бросила его в письменный стол и выскочила из двери.

— Рик!

Когда она добежала до их общей спальни, дверь перед ней оказалась запертой. Как будто это остановит ее!

— Очень умно! — крикнула она, барабаня кулаком в дверь.

Саманта сунула руку в карман, пытаясь игнорировать неприятное ощущение под ложечкой. Очевидно, он подслушал ее разговор со Стоуни. Его обычная реакция на то, что она пыталась что-то скрыть от него, — разразиться бранью и упреками.

Что ж, отлично! У нее было достаточно много секретов от него, так что она могла составить каталог его реакции на них. Саманта скрутила канцелярскую скрепку и сунула ее в дверной замок. Через секунду замок щелкнул, и она повернула ручку.

Открыв дверь, она вошла в комнату. И остановилась.

— Закрой дверь, — приказал Рик.

Саманта выполнила приказание. Хорошо, она может добавить еще одну статью в каталог.

— Что ты делаешь? — спросила она.

— Вроде бы снимаю с себя одежду. — Он выпрямился, после того, как снял с себя второй носок.

— Зачем?

— Собираюсь принять душ. Саманта нахмурилась:

— Ты слышал, что я разговаривала со Стоуни, да?

— Слышал. Уолтер не имеет никаких наводок в отношении того, кто мог нанять Брайса Шеферда, как я полагаю?

— Верно. Возможно, он работает независимо.

— Тогда, насколько я понимаю, тебе придется выслеживать его до самого закрытия выставки.

— Поскольку я не знакома с его расписанием, то да. Ричард посмотрел на нее несколько минут, затем кивнул:

— Очень хорошо. Если позволишь…

— Нет.

На полпути к ванной он остановился:

— Прошу прощения?

— Я знаю, что ты слышал, как я говорила, что хорошо знала Брайса. Так что не надо этого фальшивого извинения.

— Давай продолжим разговор в ванной, потому что я замерз. — Не взглянув более на нее, он вышел из комнаты.