Испорченный - Пенелопа Дуглас

Я сжала в пальцах карандаш. Все мое тело буквально гудело от нервного предвкушения, пока я пыталась сконцентрироваться на первом уравнении с квадратичными функциями.

Только давалось это чертовски трудно. Я снова посмотрела на часы. В любую минуту…

Склонив голову, я моргнула, заставляя себя сфокусироваться на задании. Мой карандаш даже деревянную столешницу царапал через листок.

– Найдите вершину параболы, – прошептала я себе под нос.

Быстро решая задачи, сразу же переходила от одного пункта к другому, потому что знала: стоит мне остановиться хоть на секунду, и я отвлекусь.

Если координаты вершины параболы… Дальше.

Графиком квадратичной функции является парабола, ветви которой направлены вверх, если…

Я продолжала работать. Справившись с первой и второй задачами, уже перешла к третьей, как вдруг услышала тихую музыку и моментально замерла.

Мой карандаш завис над бумагой, в то время как приглушенные гитарные рифы зазвучали из школьного громкоговорителя. Звук становился все громче и громче. Я уставилась на свой листок, а в груди уже разгорался огонь.

Кабинет заполнился шепотом, который сменился радостными смешками.

Тихое вступление уступило место неистовому натиску ударных и гитар. Быстрая, острая, волнительная мелодия. Я крепче сжала карандаш. Песня The Devil In I группы Slipknot загремела на весь класс, да и на всю школу, полагаю.

– Я же вам сказала! – выпалила Габриэль.

Вскинув голову вверх, я увидела, как мои одноклассники, подскочив со своих стульев, ринулись к двери.

– Они действительно здесь? – Чей-то голос уже срывался на визг.

Все столпились у выхода, выглядывая в маленькое окошко в двери и пытаясь хотя бы мельком посмотреть на шествие по коридору. Я же осталась на месте, несмотря на адреналин, бушевавший в моем теле.

Мистер Фитцпатрик испустил тяжелый вздох, сложил руки на груди и отвернулся, без сомнения, дожидаясь завершения этой вакханалии.

Музыка гремела, восторженные возгласы учеников тоже не стихали.

– Где… Ох, вот они! – выкрикнула девушка.

Я услышала доносившийся из коридора грохот, словно кто-то бил кулаками по металлическим личным шкафчикам. Все ближе и ближе.

– Дайте посмотреть! – возмутился еще один ученик, расталкивая остальных.

Другая девушка встала на цыпочки.

– Отойдите! – Она попыталась протиснуться ближе к окошку.

Но потом все внезапно попятились назад. Двери распахнулись, и мои одноклассники расступились, будто рябь, пробежавшая по поверхности озера.

– Ох, черт, – прошептал какой-то парень.

Толпа медленно отступала, кто-то вернулся на свои места, остальные предпочли замереть у входа. Я сжала карандаш обеими руками. У меня в животе все перевернулось, словно описав дугу на американских горках, пока я наблюдала, как виновники переполоха неспешно, с пугающей невозмутимостью переступили через порог кабинета.

Они здесь. Четыре Всадника.

Любимые сыновья Тандер-Бэй. Парни учились в нашей школе и окончили ее, когда я перешла в девятый класс. Все четверо потом поступили в разные университеты. Они были старше меня на несколько лет. Хоть ни один из них не подозревал о моем существовании, я знала об этих парнях практически все. Они медленно вошли в класс, заполнив помещение от одной стены до другой, где на полу меркли солнечные лучи, сменявшиеся тенью.

Дэймон Торренс, Кай Мори, Уилл Грэйсон III и – мой взгляд устремился к кроваво-красной маске, скрывавшей лицо того, кто всегда держался чуть впереди, – Майкл Крист, старший брат Тревора.

Повернув голову влево, он дернул подбородком в сторону задней части комнаты. Ученики расступились, провожая взглядами парня, шагнувшего вперед. Его губы растянулись в счастливой улыбке, несмотря на старания ее сдержать.

– Киан, – шутливым тоном окликнул его другой парень, хлопнув первого по спине, когда тот проходил мимо, чтобы присоединиться к Всадникам. – Повеселись. Не забудь про презервативы.

Кто-то засмеялся, а несколько девушек нервно заерзали на своих местах, перешептываясь и улыбаясь друг другу.

Киан Матерс, который, как и я, только перешел в старшую школу, один из наших лучших баскетболистов, подошел к парням. Тот, что был в белой маске с красной полосой, закинул руку ему на шею и вывел за дверь.

Они забрали еще одного ученика, Малика Крамера. Всадник в черной маске тоже утащил его в коридор вслед за первым, и вся компания, наверное, отправилась собирать игроков из других кабинетов.

Я следила за Майклом. За тем, как он наполнял своим присутствием кабинет. И его размеры были тут абсолютно ни при чем. Я с силой зажмурилась, ощущая, как под кожей разливался жар.

Все, что касалось Всадников, всегда провоцировало во мне такое чувство, будто я ходила по натянутому канату. Смести баланс хоть на волосок, ступай слишком напористо или, наоборот, слишком неуверенно, и рухнешь вниз, исчезнешь с их радаров и больше никогда не вернешься.

Их власть держалась на двух вещах: у них имелись последователи, а еще им на все было наплевать. Люди преклонялись перед ними, я в том числе.

Однако в отличие от других школьников, которые брали с Всадников пример, следовали за ними или заполняли ими свои фантазии, мне просто было любопытно: каково было бы стать такой, как они. Эти парни были недосягаемы, они внушали восхищение, и что бы они ни сделали, сомнению это не подвергалось. Я хотела того же.

Хотела подняться выше неба.

– Мистер Фитцпатрик? – Габриэль Оуэнс не спеша пробиралась к выходу, ее подруга следом за ней. В руках у обеих были их сумки. – Нам нужно к медсестре. Увидимся в понедельник! – Проскользнув между Всадниками, девушки скрылись за дверью.

Я перевела взгляд на учителя, гадая, почему он просто позволил им уйти. Они явно не к медсестре собирались. Они хотели уйти с парнями.

Но никто – даже мистер Фитцпатрик, – не пытался бросить Всадникам вызов.

Всадники не только правили учениками и городом, когда учились здесь, они к тому же господствовали на спортивной площадке, и за четыре года старшей школы редко проигрывали.

Однако после их ухода команда утратила былую славу. Прошлый год обернулся для Тандер-Бэй унизительной катастрофой. Двенадцать проигрышей из двадцати игр. Все были сыты этим по горло. Чего-то не хватало.

Полагаю, именно поэтому Всадники вернулись. Их вызвали домой из колледжей на один уикенд, чтобы они вдохновили команду или сделали что-нибудь, чтобы подбодрить ребят и вернуть в строй перед началом сезона.

Как бы учителя вроде мистера Фитцпатрика не противились подобной дедовщине, она определенно помогала сплотить команду во времена учебы Майкла и его товарищей. Так почему бы не попробовать, а вдруг это опять сработает?