Зов крови - Лесли Мэримонт

Миссис Кертис осеклась и нахмурилась, глядя на Хилду.

— Вы сказали, что вы опекун девочки. Но почему, Хилда? Понимаю, вы были Флоре почти сестрой, но почему все-таки вы, а не дедушка и бабушка? Или тети и дяди?

— Когда Флоре было девять лет, ее мать погибла во время пожара. Флора никогда не знала ни своего отца, ни дедушку и бабушку. Понимаете, мать Флоры порвала с родителями и подростком сбежала в Лондон. Она не была замужем, когда родилась Флора. Поэтому у Петл и нет близких родственников, на данный момент у нее есть только я.

— Понятно. А вы сами, дорогая? Вы замужем?

— Нет.

На лице миссис Кертис появилось задумчивое выражение.

— Значит… вы собрались в одиночку воспитывать маленькую Петл?

— Да, в одиночку, если придется, миссис Кертис. Но я бы предпочла, чтобы мне помогли. У меня тоже нет родственников. Моя мать погибла во время того же пожара, что и мать Флоры. И тоже была матерью-одиночкой, сбежавшей из дома.

Хилда не стала упоминать о том, что и ее мать, и мать Флоры были проститутками. Лучше умолчать об этой постыдной стороне их жизни, ведь миссис Кертис могла придерживаться распространенной среди благонравных леди точки зрения, что распутство передается по наследству.

— Когда социальные работники не смогли отыскать родственников, которые пожелали бы забрать нас к себе, меня и Флору отдали в приют, — как бы между прочим сообщила Хилда.

— Боже мой, бедняжки!

— Мы выжили, миссис Кертис. Теперь вам должно быть ясно, насколько мы с Флорой были близки. Поэтому она доверила мне заботу о своей дочери, и я намерена сделать для девочки все, что смогу. Не хочу, чтобы Петл воспитывалась в приюте, как мы, в бедности, без родительской любви и заботы.

— Об этом не беспокойтесь, дорогая. Я готова помочь и ей, и вам. И Бертолд поможет, я поговорю с ним. Можете твердо рассчитывать на это! Прошу вас, пойдемте в дом, и вы расскажете мне абсолютно все. И будет хорошо, если вы дождетесь Бертолда, чтобы мы все обсудили в семейном кругу.

— Так ваш сын живет с вами? — изумилась Хилда.

— Да.

— Удивительно!

— Если вы думаете, что он маменькин сынок, то это не так. Его решение жить со мной было чисто практическим, а не сентиментальным.

— Послушайте, я вовсе не считаю Бертолда маменькиным сынком. Но вряд ли ему понравится, когда он, вернувшись домой, обнаружит здесь меня. Может, вы хотя бы позвоните ему на работу и предупредите?

— Ни в коем случае! Нет! — решительно воспротивилась миссис Кертис. — Судя по вашему рассказу, он не заслужил учтивого обхождения. А кроме того, в пятницу его лучше не отрывать от работы. Я уже звонила сегодня, и он разговаривал со мной довольно сухо. Кстати, хорошо, что я вспомнила, надо позвонить Алексис и отменить приглашение на сегодняшний ужин.

— Надеюсь, это не из-за меня, — промолвила Хилда, а сама подумала: кто такая Алексис? Подруга миссис Кертис? Или Бертолда?

Миссис Кертис как-то странно улыбнулась.

— Вовсе нет, дорогая. Она вдова, моя подруга. Может прийти в любой другой день. Я ведь тоже вдова, так что, увы, у маленькой Петл не будет дедушки. Но зато буду я, не так ли, моя маленькая? — Миссис Кертис склонилась над ребенком. — Так, дорогая, забирайте коляску, а я понесу Петл. Выпьем чаю и поболтаем. А потом в оставшееся до возвращения с работы Бертолда время поедем в магазин, купим Петл какую-нибудь одежду. Не возражаете?

— О нет… конечно.

Изумленная Хилда с помощью миссис Кертис втащила коляску по ступеням и последовала за хозяйкой в дом. Она не ошиблась, предположив, что у этой женщины добрая душа, и вместе с тем миссис Кертис была энергичной и решительной. Непонятно, как у доброй и чувствительной женщины мог родиться такой сынок, как Бертолд Кертис.

Бертолд Кертис…

Хилда представляла его реакцию, когда он обнаружит «шантажистку» у себя дома. Его голубые глаза угрожающе сощурятся. Густые брови сойдутся на переносице, а из раздувающихся ноздрей, наверное, повалит дым. Широкие плечи расправятся, а грудная клетка раздуется от ярости. Он будет готов взорваться в любую секунду!

Хилда улыбнулась своим мыслям.

Ей не терпелось увидеть эту картину.