Повороты судьбы - Кристина Французова

Так как влюблённость, а вместе с ней и любовь в моём представлении — это должны быть бесконечная нежность, смех, радость, улыбки, взаимные увлечения и интересы, разделение тревог и неурядиц пополам. Но никак не причинение физической боли и создание трудностей на ровном месте (э-эх, знала бы я какой может быть любовь в реальной взрослой жизни… да и то не поверила бы). Поэтому для себя решила, несмотря на советы подружек, что Петя Шабанов в меня точно не влюблён. Но всё равно сочла нужным присмотреться повнимательнее к Петьке, так как его поведение для меня осталось непонятым.

Оттого сейчас, несмотря на все вопли внутреннего голоса, была не в состоянии противостоять обрушившейся на меня влюблённости. Потому как Игорь-спаситель (решила мысленно называть его именно так) абсолютно соответствовал и идеально вписывался в мои представления о том, как должна выражаться влюблённость, а затем и любовь.

От хулиганов спас, не оставил в беде заведомо более слабое существо, не испугался численного перевеса бандитов, взялся проводить до дома, хотя мог отправиться по своим делам. Значит он сильный, не трус, вежливый, хорошо воспитан. Просто безупречный набор качеств для первой влюблённости.

Вот я и не устояла. Да что там, даже ни капельки не смогла и не хотела сопротивляться свалившемуся на меня чувству. Пока мы дошли до моего дома, влюблённость успела разрастись до размеров дирижабля. Казалось, что если бы Игорь не держал в своих руках крепко накрепко мою ладошку, то я точно бы воспарила на небеса как воздушный шарик. Потому все вопросы, которые он пытался мне задавать, я пропускала по большей части мимо ушей, и в ответ скорей всего лишь невнятно мычала.

Стоило нам дойти до нужного подъезда, Игорь развернул меня к себе и легонько встряхнул, обняв за предплечья. Моё сознание хоть немного очистилось от розового флёра и на минутку я смогла перестать беспричинно улыбаться от уха до уха, будто какая-то дурочка. Он серьёзным взглядом посмотрел на меня, спросил мой телефон, заставил тут же сохранить в сотовый его номер. И отправил меня в подъезд, строго-настрого наказав перезвонить, как только я окажусь в квартире.

Он попытался и вовсе довести меня до двери квартиры и передать с рук на руки моей маме. Но я резко воспротивилась, так как точно не хотела сейчас общаться с мамой и тем более пересказывать ей происшествие. Всё чего мне хотелось, это оказаться в моей комнате в гордом одиночестве. И попытаться справиться со шквалом эмоций, которые так неожиданно пробудились рядом с Игорем. Хотелось разложить все чувства по полочкам, обязательно их посмаковав. Чтоб можно было по-девичьи покружиться вокруг своей оси, глупо улыбаться своим мыслям, пускать розовые пузыри и не бояться быть застуканной и тем более осмеянной другим человеком.

—Беги, пигалица,— напоследок сказал мне Игорь, и опять щёлкнул меня по носу как малявку. Я уже не рычала на его «пигалицу», лишь глупо захихикала и бегом припустила в подъезд, чтобы совсем не казаться простушкой в его глазах.

Уже в квартире с замиранием сердца позвонила и сообщила Игорю, что я дома и всё хорошо. А в ответ получила обещание, что он завтра мне позвонит. И вот тут меня накрыло новой волной эйфории, радости, волнительного предвкушения, в общем, всего самого сладкого, что сопровождает каждую влюблённую девушку в столь нежном возрасте. Благо, мама не стала настаивать, чтобы я поужинала. Младшая сестра, с которой я делила нашу комнату, смотрела какую-то телепередачу в зале. Поэтому я, сославшись на усталость и головную боль смогла побыть в своей комнате одна, как того требовала моя окрылённая душа. И всласть натешилась совершенно новыми и неизведанными для меня чувствами.

Жили мы втроём: яЖанна Владимировна Титова, мама Светлана Борисовна Титова и моя младшая сестра Лилия Владимировна Титова. В трёхкомнатной квартире не в самом центре города, но и не на окраине, в так называемом спальном районе. Мы с Лилькой занимали одну комнату на двоих, но мама отдала нам самую большую спальню, поэтому тесно нам не было. Вторую меньшую спальню мама оставила себе. А в зале мы собирались втроём почти каждый вечер поделиться событиями уходящего дня, также использовали его как столовую по праздникам и дням рождениям.

Школа наша с Лилей была в пятнадцати минутах ходьбы от дома. Я дополнительно посещала три раза в неделю занятия по рисованию, Лиля же увлеклась последнее время танцами. В одном из соседних домов около полугода назад открылась частная студия современного и не только танца. Вот Лиля несколько месяцев уговаривала маму отпустить её научиться танцевать танец живота. Ха-ха, почему именно танец живота не знаю. Наверно увидела выступления по телевизору вот и загорелась.

Мама сначала была настроена категорически, уговаривала Лильку переключиться на латиноамериканские танцы, а ещё лучше классические бальные танцы. Но Лиля впервые в жизни так заупрямилась, что ничем не сдвинешь. Мол, хочу только танец живота и ничего больше. Кивала на меня, что я уже несколько лет хожу на рисование, и мама оплачивает мои уроки. Вот пусть и Лилины оплатит. Ежедневные ссоры, крики, топот — и мама не выдержала. Отправилась вместе с Лилей к тамошней танцовщице, преподавательнице танцев. Так сказать, хотела со всеми познакомиться, убедиться, что её родной кровиночке ничего не угрожает. Мы с Лилей так и не поняли, кто и чем может угрожать Лиле на этих танцах, но не решились спорить.

Преподавателем оказалась молодая женщина двадцати пяти лет, очень симпатичная, жгучая брюнетка, с миниатюрной фигуркой, приятно воспитанная. Лилька однажды попросила меня пойти за компанию с ней на один урок. Так девушка мне показалась очень доброй. Она крайне вежливо со всеми общалась, не повышала голос, терпеливо все объясняла, и конечно двигалась безумно красиво. Я сравнила её с пантерой.

В то время как моя учительница по художественному кружку иной раз могла и прикрикнуть на кого-то в нашей группе, была очень строгой и вежливостью не отличалась. Я её не любила, просто старалась не обращать внимания на регулярные придирки. Поэтому мы с Лилей и удивлялись маминому упорному нежеланию отправить Лилю на танцы. Но в итоге после знакомства со всеми преподавателями в этой танцевальной студии, и конечно после знакомства со всеми записавшимися в Лилину группу будущими танцовщицами мама дала добро. И теперь Лилька два раза в неделю посещала свои курсы по танцу живота.

Утро после знаменательного знакомства с Игорем-спасителем я встречала с улыбкой на губах. Солнце казалось светило ярче, жизнь будто заиграла новыми красками.

Пританцовывая, сходила в ванную, умылась, провела все утренние процедуры. Одевалась и причёсывалась я особенно тщательно, придирчиво осматривая себя в зеркало. Не появился ли какой-нибудь прыщик на лице, который испортит мне всё настроение? Удостоверившись, что форма сидит на мне отлично, причёска собрана волосок к волоску, быстро покидала тетради и учебники в сумку и отправилась в кухню на завтрак.

—Доброе утро всем,— мама и Лилька уже завтракали.

—Доброе утро. Жанна, вчера ты отказалась от ужина, а сегодня улыбаешься и песни поешь в ванной. Вчера произошло что-то особенное?— мама сразу же решила прояснить все странности моего недавнего поведения. От её цепкого взгляда ничего не утаить. За нами с сестрой она всегда пристально следила. Чем мы живём, какие у нас интересы. Вроде бы именно так и должны вести себя хорошие родители. Но иногда (а в последнее время всё чаще и чаще) мне казалось такое пристальное внимание со стороны мамы излишне навязчивым что ли.