Изменить себе - Аврора Майер

Совет состоял из пяти человек: Арманы, Оливии, Греко, Дамкара и старой Мессы. Они сидели вокруг священного огня, и им предстояло решить важный вопрос — «Что делать с жертвенниками?»

Армана: Какие предложения будут по поводу этих людей, которых даже не хочет взять себе дух племени?

Греко: Я предлагаю их использовать в нашем священном ритуале.

Оливия: Я бы не стала подвергать такой опасности своих, потому что совершенно не ясно, что они представляют из себя. Этого обряда достоин только самый смелый охотник.

Армана: Я согласна, не будем смешиваться с нечистыми и неизвестными людьми. Я предлагаю их оставить в нашей деревне и заставить работать, чтобы они не просто так ели наш хлеб. А через три года, когда будет явление священного духа, опять их предложить в качестве жертвы.

Дамкар: Мне нравится эта идея.

Армана: Дополнительные рабочие — это всегда хорошо.

Весь диалог со стороны наблюдает пожилая женщина — Месса. Она сидит и внимательно выслушивает каждого. Глаза её наполнены мудростью, мысли ясны и размеренны. Она является важным элементом обеих общин, к ней прислушиваются люди и Арманы, и Дамкара. Она повелевает духами, душами и является связующим звеном между богами и простыми смертными, помогает задобрить их. А главное, она обладает знаниями, которые позволяют ей читать книгу предков, где оставлены пророчества для всех поколений и предостережения.

Армана обращает свой величественный взор в сторону Мессы и спрашивает:

«Месса, что ты нам скажешь по поводу этих «чужаков»? Какое решение будет угодно духам?»

Месса: Мои великие вожди, я и боги вас благодарят за то, что вы в своём решении хотите угодить им. Но сразу скажу, что воля богов, возможно, вам будет сначала не ясна и разожжёт в ваших душах противоречивые чувства. Не бойтесь их. Чтобы получить хорошие угли — костру нужно прогореть. Ничего в жизни не случается без причины. Так и эти путники пришли к воротам, которые открываются раз в три года, не случайно. Это всё давно изложено в священном писании, там только не указано точной даты.

Берёт огромную потертую книгу и медленно читает:

«И придёт двенадцать белых, подобных вам. Но священный дух не тронет их, значит, пришло время. Нужно каждого сделать таким же как вы, принять в свою семью как равного и получить их потомство. Именно эти дети — дадут вам новую жизнь. Невыполнение воли влечёт неминуемое угасание рода».

Все растеряны, удивлены.

Месса: Тут есть над чем подумать. Помните — у нас всегда есть выбор.

Оливия: Откуда нам знать, что это предсказание относится именно к нашему поколению? Ведь дата не определена, Месса — ты сама сказала.

Месса: Всё верно, Оливия. Я лишь могу вам расшифровать записи этой книги, а решать — вам. Ещё я хочу сказать, что последние два ребёнка родились с отклонениями, которые несовместимы с жизнью, и нам пришлось их отправить в «долину смерти». Может, это и есть начало вырождения рода. Возможно, наши племена больше не способны воспроизводить здоровое потомство?

Дамкар: Месса, а почему вы не поставили нас в известность. Я ничего не знал об этом.

Месса: Я говорила об этом Армане, она мой вождь.

Месса с мягким укором посмотрела на Арману, а та сделала вид, что не обратила внимание.

Армана: Не вижу в этом никакой закономерности, поэтому и не доложила, такое случалось и раньше.

Дамкар: Очень на это надеюсь. Но если дело действительно плохо, то мы готовы выполнить волю предков, как указано в придании, до сих пор повиновение нам приносило лишь удачу.

Армана: Мы подумаем над этим вопросом, не будем торопиться. А пока предлагаю использовать их труд.

Дамкар почтительно кивнул в сторону Арманы, Оливии и Мессы, и они с Греко ушли.

Очевидно, Армана находилась в неуравновешенном состоянии. Что-то ей не нравилось в предсказании. Вернее, ей не нравилось всё, начиная с того, чтобы сделать их такими же, как они, и заканчивая смешанным потомством. Их племя единственное и уникальное в своём роде, она всю жизнь гордилась своими корнями, и для неё это был вопрос не просто гордости, а глубокого принципа. Как по ней, так она бы сожгла этих чужаков без сожаления и продолжила бы свою размеренную жизнь. Лучше умереть, чем смешать кровь их священного рода с какими-то альбиносами. Но это всё эмоции. И Месса говорила именно об этом огне, который горел сейчас в её душе. А она — вождь, и думать должна о своих людях, об их интересах. Армана ничего не сказала, жестом показала Оливии следовать за ней, они обе поклонились Мессе и ушли. Она в ответ улыбнулась своей загадочной старческой улыбкой, как будто всё это предвидела. Да, в общем, так оно и было, Месса знала эту девочку с рождения — она была сильна духом и характером, но слишком горделива. Но уроки не прошли даром, и Армана стала мудра, не делала поспешных выводов, а вела борьбу внутри себя и лишь потом выдавала обдуманное мудрое решение. Она была самым молодым вождём, её назначение тоже описано в книге. При её правлении предки обещали большие перемены и процветание племени.

***

Сон был глубоким, провальным. Пробуждение не принесло облегчения. Когда открыла глаза, стало ясно, что кошмар продолжается. Я проснулась раньше остальных, тела девчонок лежали в неестественных позах. Комната казалась тёмной, из-за того, что не было окон или они был закрыты, свет попадал только сквозь щели стен. Неприятное воспоминание сразу ворвалось в голову, и стало нечем дышать. Вдох. Ещё вдох. Уже легче. Кроме подобия кроватей, в комнате нет никакой мебели. Я смотрю на стены и замечаю окна, они просто закрыты ставнями. Встаю, подхожу ближе и пытаюсь понять, как открыть. Окно открывается вовнутрь и поддаётся с первого раза, прямо в лицо мне ударяет свежий утренний воздух. Вместе с ним врывается яркий свет, я стараюсь не делать слишком большое отверстие, чтобы не разбудить остальных. А сама смотрю через небольшую щёлочку и пытаюсь понять, где мы находимся и что происходит. На первый взгляд кажется, что это деревня, рядом стоят две похожие хижины. На улице нет ни одного человека, наверное, ещё слишком рано. Постояв немного у окна, я чувствую слабость в ногах, возвращаюсь на свою кровать и опять проваливаюсь в глубокий сон.

Следующее пробуждение наступило, когда солнце было уже высоко. В комнате стояли еда и вода. Я не могла прийти в себя от шока. Вокруг всё казалось каким-то нереальным, будто я сплю и мне это всего лишь снится.

— Кто-нибудь понимает, что происходит? Где мы? И почему с нами нет ребят?

Алина осторожно прошлась по комнате, заглянула в щелку между ставнями и шёпотом сказала.

— Понятия не имею, но надо отсюда срочно бежать.

Аня еле поднялась с кровати и осматривала свои ссадины.

— Ну, и куда ты собралась? Мы даже не знаем, что нас ждёт за этой дверью?

— Может, мы и не знаем, но я точно не хочу здесь оставаться!